– Зачем ты привел ее в наш дом? – золовка была настроена против меня, и скоро я поняла ее опасения

Я считала свой брак с Максимом идеальным. За пять лет мы ни разу не поссорились. Все изменилось с приездом его сестры Ирины.

Мы поселились в просторном доме его матери, Веры Петровны. Она, овдовевшая несколько лет назад, с радостью приняла нас – возраст и болезни отнимали у нее силы, а содержать большое хозяйство в одиночку становилось непосильно.

— Анечка, как я счастлива, что вы здесь! — приветливо говорила свекровь. — Мне было так тоскливо одной в этих стенах.

Год спустя появился Степашка, ставший всеобщим любимцем.

Однажды, вернувшись с прогулки с малышом, я увидела во дворе незнакомую женщину с девочкой лет девяти.

— Посмотри, кто к нам приехал! — сияя, воскликнула Вера Петровна.

Приблизившись, я поняла, что это старшая сестра мужа, Ирина. Я знала о ней лишь по рассказам: она много лет жила в Беларуси и редко навещала родных.

— Здравствуйте, очень приятно. Меня зовут Аня, а это Степа, — улыбнулась я, чувствуя внезапную неловкость.

Взгляд Ирины был тяжелым и оценивающим.

— Здравствуйте, — холодно отозвалась она. — Я вижу, вы тут уже прочно обосновались?

— Да, — спокойно ответила я. — Мы с Максимом переехали сюда полтора года назад.

— Что ж, мы с Лизой тоже намерены остаться у мамы. Надеюсь, вы не против? В конце концов, это и мой родной дом тоже.

Последнюю фразу она произнесла с язвительным подтекстом.

— Доченька, я безумно рада, что ты дома! — свекровь светилась от счастья. — Теперь все мои самые близкие люди будут рядом.

Вера Петровна обняла нас обеих.

С того дня золовка постоянно меня критиковала. Омлет на завтрак был слишком жирным, мои методы ухода за сыном — неправильными. Максим становился все более замкнутым.

Как-то раз я услышала их разговор.

— Зачем ты привел ее в наш дом? — шипела Ирина. — Мало тебе урока с Юлей? Разве тебя не настораживает, что она так спокойно согласилась жить со свекровью?

— Ты не права, — попытался возразить Максим. — Аня совсем другая. Она не имеет ничего общего с Юлей.

— А Юлия поначалу тоже казалась идеалом, — ядовито ответила сестра. — Чем все закончилось, забыл? До сих пор мороз по коже от воспоминаний.

Дальше они перешли на шепот, и я ничего не разобрала.

Я не понимала, о чем речь, но атмосфера в доме сгущалась. Однажды я напрямую спросила мужа о его прошлом, но он уклонился от ответа.

Все обострилось, когда у моей матери случился инфаркт. Мне нужно было срочно улетать, но с кем оставить маленького сына?

— Лети, — неожиданно сказала Ирина. — Я останусь со Степой.

Я подняла на нее заплаканные глаза:

— Правда? Ты не против?

— Конечно, нет, — кивнула она. — Решай свои вопросы.

Я улетела с тяжелым сердцем, оставив сына с женщиной, которая меня явно недолюбливала. Успокаивало, что рядом оставался муж. Два месяца я ухаживала за мамой, и все это время Ирина заботилась о Степе.

Когда мама пошла на поправку, я немедленно вернулась домой. Уложив сына, я вышла на кухню выпить воды. Ирина сидела за столом.

— Ира, я хочу поблагодарить тебя, — начала я, садясь напротив. — Без тебя я бы не справилась. Ты спасла меня.

— Пустяки, — она отпила чаю. — Степа замечательный малыш, с ним нет хлопот.

— Скажи, почему ты меня так невзлюбила? — спросила я прямо. — Чем я тебя обидела?

Она вздохнула и рассказала историю. Первая жена Максима, Юля, чуть не отобрала у семьи дом, подделав документы. От пережитого у их отца случился инсульт, и он умер.

— Я просто устала ждать подвоха от каждой новой женщины в жизни брата, — призналась она.

Мне стало ее жаль.

— Давай попробуем заново, — предложила я. — Раз уж свела нас судьба под одной крышей. Возможно, мы сможем стать друг для друга не обузой, а опорой.

Ирина улыбнулась.

— Ладно, — кивнула она. — Давай попробуем.

Этот разговор не сделал нас родными душами в одночасье, но лед тронулся.