Все истории этого цикла - про перстень Поликрата, про жениха, который проплясал свою свадьбу, про находчивого тирана и его сыновей - дошли до нас благодаря стараниям Геродота Галикарнасского.
И до Геродота были люди, занимающиеся описанием произошедшего, так называемые логографы - Гекатей Милетский, Ксанф, Харон из Лампсака и другие. Опираясь на мифы и предания, они пытались восстановить целостную картину прошлого. От их произведений уцелели жалкие отрывки, труд Геродота дошел до нас целиком. Хотя, несомненно, он изучал работы своих предшественников и пользовался ими.
Город Галикарнас, позже прославившийся своим мавзолеем, во времена Геродота находился под управлением тирана Лигдамида. Против него составился заговор, в число участников которого входил поэт Паниасид и сам Геродот, тогда ещё молодой. Восстание не удалось. Паниасид был казнён, а Геродот изгнан из города и лишён гражданства. Он вынужден был переехать на остров Самос и в течение всей жизни много и далеко путешествовал, но в родной город, по-видимому, так и не вернулся. Уже зрелым человеком (точный год рождения историка неизвестен, но примерно ему было около сорока) Геродот вписался на правах колониста в основание города Фурии в южной Италии и из Геродота Галикарнасского стал Геродотом Фурийским.
Большая часть жизни его прошла в путешествиях. Он был в разных частях Персидской державы: в Вавилоне, Ассирии, Египте, побывал у скифов в Северном Причерноморье, изъездил Балканский полуостров. И всюду записывал, записывал, все что слышал, а слышал он порой невероятные вещи. Прямо как в том меме с котом: пришло время офигительных историй.
Представим себе картину. Вот приезжает Геродот, к примеру в Египет и просит возчика, чтобы тот его подбросил до какого-нибудь постоялого двора. Ну, как вам живётся в Египте, колесничим, спрашивает Геродот. Ты что, какой я колесничий, отвечает возчик, я главный жрец храма Осириса, а извозом так, для души балуюсь. Ну раз ты такой осведомлённый, говорит пассажир-грек, расскажи мне, откуда вытекает Нил. Охотно расскажу, говорит главный жрец, щёлкая кнутом. Вооон, видишь те две горы с остроконечными вершинами? Мы называем их Крофи и Мофи, вот между ними как раз есть бездонные источники, из которых он и вытекает. А как вы поняли, что они бездонные, спрашивает Геродот. А мы тут с фараоном на пару взяли верёвку подлинней и стали опускать, но дна так и не достигли. А значит, она бездонная, раз у нее дна нет.
Геродот помечает себе в записном папирусе "Это ещё ничего не значит, возможно в той местности сильные водовороты, встречные течения и поэтому опущенный туда канат не может достичь дна. А про истоки Нила это уже третья версия что я слышу".
А знаешь ещё что, продолжает разглагольствовать таксист-жрец, вот ты пирамиды, наверное видел, такие три здоровых дуры посреди пустыни? Как же их не увидишь, соглашается пассажир. А знаешь как их построили? Был у нас фараон Хуфу, по-вашему Хеопс. Вот чтобы построить самую большую пирамиду, он все прочее строительство остановил, весь народ на стройку согнал, прорабов назначил и пошло дело. Да что там! Он, мне говорили собственную дочь в публичный дом отдал, чтобы средства получить. А дочка-то вся в папашу, драла с клиентов втридорога, чтоб себе на пирамиду тоже оставить. Мда, говорит Геродот, ну и нравы у вас здесь. Да ты чё, давно это было, отвечает возчик, да вот мы кстати и приехали. Три таланта с тебя.
А потом Геродот аккуратно запишет все версии, которые слышал, включая самые завиральные, а некоторые снабдит собственными комментариями. Потом все это он будет читать перед афинским народным собранием, и слушатели, потрясенные обилием фактов, будут массово донатить ему на новые путешествия. Такой вот античный трэвелблоггинг.
Откуда Геродот брал деньги на все свои вояжи по Средиземноморью, неясно. По одной версии, он был купцом. Торговцы люди мобильные. Хотя в сочинениях его нет ничего, указывающего на торговые сделки, они носят более энциклопедический характер. По другой версии, он совмещал функции разведчика и аналитика, черпая информацию из доступных источников. Плутарх писал что однажды за выступление в Афинах ему отсыпали десять талантов серебра. Аттический талант равнялся 26 килограммов серебра, на эту сумму можно было снарядить небольшую флотилию. Хотя Плутарх тоже тот еще ненадежный рассказчик, а труд его называется "О злокозненности Геродота", так что по части вознаграждения осетра надо бы значительно урезать.
Несмотря на все свои недостатки, труд Геродота - эпохален. Какие-то части его проверены и отброшены, многие - подтверждены из других источников. Слово "история", которым автор назвал свою работу, изначально означало "расследование". Теперь оно означает науку о прошлом, именно благодаря этому труду. Так что, простите за каламбур, Геродот - он ещё и крестный отец истории
Автор: Михаил Рыжок