Я ловлю себя на том, что злость и обида стали привычными, как шум из окна. Кажется, мы оба забыли, зачем однажды выбрали друг друга. Она говорит быстро, колко, будто каждую фразу нужно защитить бронёй. Я же закрываюсь, потому что каждое её «ты всегда» ранит сильнее, чем признался бы. Меня раздражают мелочи: недосказанные обещания, вечная спешка, телефон вместо взгляда. Раздражает и то, что я стал считать эти мелочи — как бухгалтер, который записывает потери дня.
Я хочу простого: чтобы мы слышали, а не побеждали. Но любая попытка разговора превращается в перекрёстный огонь. Она считает, что я холоден; я думаю, что она несправедлива. И в этой взаимной слепоте мы оба теряем дом, который строили годами. Иногда я представляю, как мы останавливаемся, кладём оружие из слов и признаём: да, больно, да, устали, но ещё не поздно.
Обида — это не приговор, это сигнал. Он говорит: «посмотри сюда». Мне важно научиться говорить о своих границах без крика и слушать её боль без защиты. Я не идеален и не святой. Я просто мужчина, который решил перестать копить злость и попробовать вернуть уважение — к себе, к ней, к нашему «мы».