Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
А, политичненько!

Капитализм лишил нас возможности иметь своё жилье и размножаться?

Правда ли, что капитализм лишил нас возможности иметь своё жилье и размножаться? По логике так и есть, но всё не так просто. Сейчас объясню. Капитализм вроде и дал нам доступное жильё, и забрал. Начнем с не самого очевидного. Сегодня жильё всё чаще покупают не для жизни, а как объект инвестиций: финансовые фонды, инвесторы и небанковские кредиторы скупают жилые объекты и извлекают доход. Это растягивает цены вверх и сужает доступ рядовым покупателям. Бреттон-Вудская система давала относительную (видимую) стабильность после 1944. Ее фактический крах в 1971 и последующая либерализация финансовых рынков открыли дорогу для огромных трансграничных потоков капитала, в том числе в недвижимость как «тихую гавань». Это усилило спекулятивные циклы цен на жильё и сделало локальные рынки подверженными глобальным волнам ликвидности. Без доступной социальной политики владеть своим жильем становится почти невозможно. Рост неравенства концентрирует активы в руках небольшой верхушки, среднему классу пр

Правда ли, что капитализм лишил нас возможности иметь своё жилье и размножаться? По логике так и есть, но всё не так просто. Сейчас объясню. Капитализм вроде и дал нам доступное жильё, и забрал.

Начнем с не самого очевидного. Сегодня жильё всё чаще покупают не для жизни, а как объект инвестиций: финансовые фонды, инвесторы и небанковские кредиторы скупают жилые объекты и извлекают доход. Это растягивает цены вверх и сужает доступ рядовым покупателям.

Бреттон-Вудская система давала относительную (видимую) стабильность после 1944. Ее фактический крах в 1971 и последующая либерализация финансовых рынков открыли дорогу для огромных трансграничных потоков капитала, в том числе в недвижимость как «тихую гавань». Это усилило спекулятивные циклы цен на жильё и сделало локальные рынки подверженными глобальным волнам ликвидности. Без доступной социальной политики владеть своим жильем становится почти невозможно.

Рост неравенства концентрирует активы в руках небольшой верхушки, среднему классу приходится брать большие кредиты, откладывать рождение детей или отказываться от покупок жилья. К тому же, среднего класса становится всё меньше.

Высокая цена жилья, нестабильность занятости и неопределённость по поводу будущего - всё это откладывает брак и рождение детей. Экономическая неопределённость повышает «стоимость» рождения ребёнка для семей и снижает фертильность.

Это не «вредоносный заговор», а, к сожалению, системная комбинация: финансовая либерализация + финансовизация активов + неравенство + сокращение общественной политики = рост цен и снижение доступности жилья.

Как следствие — демографические решения становятся всё более «экономическими»: люди откладывают детей или вообще отказываются. Решения лежат в политике: регулирование финансовых потоков в недвижимость, налоги/ограничения на спекулятивные покупки, масштабные программы доступного жилья, укрепление трудовой стабильности и семейной политики, а главное – восстановление реального производства, чтобы был экономический рост.