У подножия горы Тэнто на Хоккайдо(второй по величине остров Японии) находится Музей тюрьмы Абасири – место, где суровое тюремное прошлое Японии сохранилось в дереве и железе. В этом музее под открытым небом, который раньше был настоящей тюрьмой, теперь хранятся оригинальные тюремные корпуса, административные помещения и часовня. Всё это было перенесено и отреставрировано, чтобы показать, какова была жизнь за холодными деревянными стенами.
Блуждая по его тёмным коридорам, посетители часто останавливаются перед поразительным зрелищем: манекен в натуральную величину, висящий над головой, словно застывший в момент, когда пытается выбраться на свободу по балкам. Одетая только в белую набедренную повязку, фигура изображает Ёсиэ Сиратори, заключённого, которого не могла удержать ни одна тюрьма. С 1936 по 1947 год человек, известный как «японский Гарри Гудини», совершил четыре дерзких побега из тюрьмы, заслужив статус легенды среди мастеров побега.
Ёсиэ Сиратори родился в 1907 году в префектуре Аомори. Он был средним из трёх детей в семье. Его отец умер, когда он был совсем маленьким, и вскоре мать бросила его и сестру, забрав только старшего сына к фермеру в Аките. Двое младших детей остались на попечении тёти, которая держала магазин тофу, где Сиратори вырос, помогая с доставкой и другими делами. Беспокойный и обременённый долгами покойного отца, Сиратори покинул дом тёти в восемнадцать лет, чтобы работать на русском судне для ловли крабов. Имея стабильную работу и доход, Сиратори женился несколько лет спустя и родил ребёнка. Но вскоре он столкнулся с финансовыми трудностями.
Отчаяние толкнуло его на азартные игры, а затем и на воровство. В 1933 году он присоединился к небольшой банде, которая ограбила склад торговца в Хигасицугару. Ограбление прошло ужасно неудачно. Приёмный сын торговца бросился в погоню и был смертельно ранен ножом. Два года спустя, когда одного из его сообщников поймали, Сиратори сам сдался властям. Хотя он отрицал совершение убийства, полицейские, как сообщается, избивали и пытали его, чтобы добиться признания.
В 1936 году Сиратори отправили в тюрьму Аомори, где условия содержания были жестокими, а охранники – ещё хуже. Когда он протестовал против грязи и жестокости, наказания становились только строже. Сиратори начал наблюдать за охранниками, изучать их движения и запоминать их распорядок. Он заметил, что по утрам между обходами всегда наступало пятнадцатиминутное затишье. Это было небольшое окно, но его хватало.
В июне того же года он сделал свой ход. Используя тонкий кусок проволоки, снятый с ведра для купания, Сиратори открыл замок своей камеры. Затем он проскользнул через треснувший световой люк, оставив под одеялом ложное изображение из досок пола, имитирующее спящее тело. Проходя мимо, охранники решили, что он всё ещё в постели. К тому времени, как они это заметили, он уже исчез.
Свобода Сиратори продлилась всего три дня. Его поймали за кражей медицинских принадлежностей из больницы и притащили обратно в цепях. На этот раз суд приговорил его к пожизненному заключению за побег и попытку кражи. В 1941 году его перевели в тюрьму Акита, ещё более суровое место, чем предыдущее.
С Ширатори обращались ещё хуже, чем прежде. Его держали в наручниках день и ночь в камере, построенной специально для отпугивания пытающихся сбежать преступников, с высокими потолками и маленьким световым люком. Каждую ночь Ширатори высвобождал руки из наручников, карабкался по гладким медным стенам камеры и работал над гниющим деревянным каркасом светового люка. После нескольких месяцев усилий он наконец-то открыл его. Он дождался штормовой ночи, когда ветер и дождь заглушат звук его шагов по крыше, и снова исчез во тьме.
Три месяца спустя он совершил ошибку, появившись в доме начальника охраны Кобаяси с просьбой о помощи, поскольку тот был одним из немногих, кто проявил доброту и уважение к Ширатори во время его пребывания в тюрьме Акита. Однако Кобаяси вызвал полицию, и Ширатори арестовали и отправили обратно в тюрьму. На этот раз Ширатори отправили в печально известную тюрьму Абасири на Хоккайдо, откуда ни один заключённый не сбегал.
В Абасири, тюрьме, гордившейся своей неуязвимостью для побегов, охранники позаботились о том, чтобы Ёсиэ Сиратори больше никогда не увидел дневного света. Его бросили в открытую камеру, где он вынужден был переносить суровые зимы Хоккайдо в одной лишь лёгкой летней одежде. Узнав, что однажды он выскользнул из наручников, они заказали изготовленные на заказ тяжёлые наручники, которые, как предполагалось, невозможно было снять.
Но они недооценили его находчивость. Каждое утро Сиратори выплевывал немного мисо-супа на металлические наручники и металлическую рамку узкого проёма для еды на двери камеры. Соль в супе медленно разъедала железо, разъедая его день за днём. И вот, ночью 26 августа 1944 года, под прикрытием военного светомаскировки, он сделал свой ход. Согласно легенде, он вывихнул плечи, чтобы протиснуться через крошечный проём для еды, и снова исчез в ледяной пустыне.
Как и многие другие легенды о Сиратори, точные детали окутаны фольклором, со временем приукрашенным рассказчиками и поклонниками. Достоверно известно, что он выжил в горах, найдя убежище в заброшенной шахте. Почти два года он жил словно призрак, питаясь орехами, ягодами и любой дичью, которую ему удавалось поймать.
Когда война наконец закончилась, Сиратори спустился с гор и забрел в близлежащую деревню, где узнал о капитуляции Японии. Голодный и ослабевший, он украл несколько помидоров с поля, но кража была обнаружена, и завязалась стычка с фермером. Позже Сиратори утверждал, что действовал в целях самообороны, когда мужчина напал на него. Фермер был смертельно ранен, и Сиратори снова был схвачен. На этот раз его приговорили к смертной казни и отправили в тюрьму Саппоро дожидаться исполнения приговора.
В тюрьме Саппоро Ёсиэ Сиратори поместили в камеру, специально оборудованную для предотвращения побегов. Потолок был высоким, а окна не больше его головы. Убеждённые, что из такой крепости никому не выбраться, охранники успокоились. Они даже не потрудились надеть на него наручники.
Но пока проектировщики тюрьмы возились со стенами и потолком, они упустили из виду землю под ногами. Имея в руках лишь несколько суповых мисок, Сиратори начал копать. Ночь за ночью он тихонько откалывал утрамбованную землю под половицами, так хорошо скрывая улики, что даже сегодня никто не знает, куда она делась. Где-то в 1947 году, после месяцев кропотливой работы, он проскользнул в туннель и снова исчез.
Однако, проведя год в бегах, Сиратори совершил нечто неожиданное: он сдался властям и признал себя беглым каторжником. Верховный суд Саппоро, однако, отменил его смертный приговор, признав, что убийство фермера было совершено в целях самообороны. Срок наказания был сокращён до двадцати лет, из которых он отсидел четырнадцать, прежде чем был освобождён за хорошее поведение.
В конце концов Сиратори вернулся в Аомори, чтобы воссоединиться с дочерью. Его жена умерла, пока он был в заключении. В последующие годы он жил скромно, перебиваясь случайными заработками. Ёсиэ Сиратори, человек, которого не могла удержать ни одна тюрьма, умер от сердечного приступа в 1979 году в возрасте семидесяти одного года.
Сиратори стал считаться своего рода антигероем — символом сопротивления несправедливости. Его удивительные побеги захватили общественное воображение, и в 1983 году известный писатель Акира Ёсимура увековечил его историю в романе «Хагоку » («Побег из тюрьмы»), вдохновлённом его жизнью.