Предыдущая часть:
Шли дни. Она регулярно навещала свекровь. Ей разрешили ухаживать за ней, поскольку, как сказал лечащий врач, пациентке нужны положительные эмоции, а общение с невесткой их обеспечивало. Во время одного визита, подходя к палате, она услышала знакомый голос.
Впервые за время госпитализации к матери пришёл Дмитрий. Но, судя по вопросу, он не особо интересовался здоровьем Ольги Ивановны. Этот вопрос подтверждал, что он только вошёл.
Она решила не заходить, а подождать, пока он уйдёт, уверенная, что муж не задержится. Вскоре догадка подтвердилась. Спросив у матери, написала ли она завещание, и получив отрицательный ответ, Дмитрий сослался на занятость, пожелал скорейшего выздоровления и вышел.
— Дима приходил, — сообщила свекровь вошедшей ей. — Завещание ему нужно, наверное, и правда пора написать. Кто знает, как дальше сложится, жизнь непредсказуема. Я уже думала об этом. Ты мою дачу хорошо помнишь. Ты же всегда от неё в восторге была. Особенно нравилось, что зимой там можно жить, печка хорошая. Так вот, дачу хочу оставить тебе, ты её любишь.
— Ну зачем вы так? — запротестовала она. — Заседание суда по разводу отложено, будет раздел имущества, так что я всё равно что-то получу. Даже если меньше половины, не останусь без ничего. Вы рано говорите о завещании, не накликайте. Думаю, вы поправитесь. Врач тоже об этом упоминал, так что не торопитесь. Лучше спокойно выздоравливайте, набирайтесь сил.
Свекровь пыталась вернуться к теме несколько раз, но она отказывалась верить в плохой исход. Впрочем, понимала, что надежды на полное выздоровление мало, как и гарантии, что адвокат добьётся справедливого раздела имущества, а это могло позволить ей жить нормально. В это время случайно завязавшиеся отношения её с Андреем быстро переросли в настоящий роман.
Она догадывалась, что у Лены нет искренних чувств. Ей просто хотелось подняться выше, жить в современной квартире, ездить на дорогой машине и иметь всё, что даёт статус жены состоятельного человека.
Что касается Андрея, то он был по-настоящему очарован. Если вспоминал о бывшей невесте, то без особого сожаления о разрыве. Впрочем, он понимал, что Лена стремится затащить его под венец, но сил сопротивляться не было. Андрей старался быть деликатным с Ириной. Не хотел причинять боль, поэтому стремился спустить всё на тормозах — чтобы она сама охладела. Для этого требовалось, чтобы она узнала о новых отношениях как можно позже. Однако невеста узнала об измене и сразу порвала все связи. Но на этом не закончилось. Отец Ирины, один из влиятельных бизнесменов региона, узнав о случившемся, счёл семью оскорблённой. Он считал брак дочери с Андреем выгодной партией — дела молодого человека шли в гору, и скоро он мог войти в список успешных предпринимателей. Уверенный, что Андрей опозорил дочь, отец решил нанести удар по бизнесу бывшего жениха, чтобы тот, если и оправился, то нескоро, а в идеале никогда.
О планах влиятельного бизнесмена Андрей узнал от знакомых и начал принимать меры, чтобы минимизировать потери, хотя понимал, что многое не удастся. О беспокойстве молодого человека узнала Лена. Мало разбираясь в бизнесе и живя одним днём, девушка не придала опасности значения. Для неё важно было здесь и сейчас, а будущее не особо волновало. Она просто убеждала Андрея, что любит без памяти и готова прожить с ним жизнь, несмотря на невзгоды.
Прошло немного времени, и Ольга Ивановна, лёжа в больнице, сообщила ей, что завещание составила. Невестка получит дачу и кое-что ещё.
Она поблагодарила свекровь и заверила, что сохранит уютный домик в первозданном виде, но всё же, получив его в наследство, будет чувствовать вину.
— Зря вы думаете о завещании. Вам жить да жить ещё долго. Мне кажется, нужно думать только о выздоровлении, поверить в себя по-настоящему. Один доктор говорил, что от уверенности зависит девяносто процентов успеха. И если она есть, лекарства действуют лучше, организм борется.
Едва они закончили разговор, как в палату вошёл Дмитрий. Первые слова были о завещании. Ольга Ивановна не скрыла, рассказала всё, и услышанное так возмутило сына, что он устроил скандал, обвиняя мать в предпочтении родному ребёнку какой-то аферистке, пытающейся через крючкотвора-адвоката отобрать нажитое. Тут в палату зашёл лечащий врач. Он услышал громкий голос, проходя по коридору.
— Немедленно покиньте палату, — потребовал доктор, обращаясь к Дмитрию. — Нашей пациентке и без того плохо, а вы скандалы устраиваете, голос повышаете. Это больница, а не рынок.
— Я не понял. Я сказал что-то неясное? — спросил он, видя, что Дмитрий не реагирует. — Полицию вызвать или особое приглашение требуется? Уходите, пока я охрану не позвал.
Побагровев от злости, мужчина пробормотал что-то невнятное и вышел, не закрыв дверь.
Врач справился о самочувствии пациентки, попросил её побыть подольше, напомнив, что такие встречи улучшают состояние.
— Я к вам сейчас пришлю одного человечка, который действует на больных как лучшее лекарство, — улыбаясь, сказал врач, выходя. — Вообще-то она не должна здесь быть, но мы уговорили завотделением и главврача сделать исключение. Для нас главное — чтобы пациенты поправлялись быстрее.
Прошло немного времени, и она увидела, как в открытую дверь входит девочка. Поздоровавшись и сказав, что её зовут Маша, она стала рассказывать, что тоже немного заболела и лежит в детском отделении во втором корпусе, соединённом тёплым переходом с главным.
— Хотите, я вам стихи почитаю? — неожиданно спросила малышка. — Я много знаю, целую кучу, а ещё сказки рассказываю хорошо. Вот, послушайте, бабушка, — обратилась она к Ольге Ивановне, — и вам сразу легче станет, честно-честно.
К удивлению её, девочка действительно знала много стихов, причём таких, которые школьники читают только в старших классах. Затаив дыхание, женщины слушали, как Маша, ни разу не запнувшись, прочитала сон Татьяны, а потом начала сказку Ершова "Конёк-горбунок". В какой-то момент она перевела взгляд с девочки на свекровь и заметила, что Ольга Ивановна преобразилась. В её глазах зажглось нечто, чего не было уже несколько лет.
— Где она отыскалась? — рассказала ей о странной девочке дежурная медсестра. — Почти неделю в больнице, приходит к пациентам, что-то рассказывает, и людям прямо легче становится. Может, дар у неё такой? В седьмой палате после её визитов мужчина резко пошёл на поправку. Доктор сказал, через три дня выпишут. Непонятно, почему так. Врачи думают, доброта играет роль, а девочка по-настоящему ласковая, и память отменная. Наверняка на одни пятёрки учится.
— Да, непонятно, — думала она, спускаясь по лестнице со второго этажа. — Хотя Ольге Ивановне и вправду будто легче стало.
Тем временем отец брошенной невесты начал претворять план в жизнь. Бизнес Андрея затрещал по швам. С подобными проблемами он не сталкивался, и что бы ни пытался, результатов не было. О случившемся узнала Лена. Догадываясь, что светлое будущее может не сбыться, она решила постепенно свести отношения с Андреем на нет, но без спешки — вдруг это временные трудности, и потом всё наладится.
Неизвестно, постаралась ли Ирина, решив отомстить разлучнице, или меры принял её отец. Но вечером возвращавшуюся с работы Лену окружили незнакомые молодые люди. Вежливо поговорив, они услышали, что девушка действует не по своей инициативе, а по просьбе Кати, посоветовавшей сойтись с бизнесменом и разрушить его отношения с невестой. Лена говорила убедительно, и люди, присланные для разборки, поверили. На следующий день проблемы начались у ни в чём не повинной Екатерины. Разборки с новой фигурой закончились быстро.
В это время у дедушки Андрея улучшилось состояние. Наметилась ремиссия, деменция отступала, и он вспомнил, как его выручила Катя. Место работы сообщил внук, и в первой половине дня он вошёл в цветочный магазин.
Разговаривали она и представившийся ей Николай Сергеевич на улице. Такой вариант предложила она, опасаясь, что Лена услышит что-то лишнее и использует в своих целях. Николай Сергеевич оказался наблюдательным и сразу заметил, что со спасительницей неладно.
Оглядываясь на дверь магазина, она рассказала о последних событиях и неприятностях от преследования за то, чего не совершала.
— Всё будет хорошо, не переживайте, милая, — успокаивал её дедушка. — Я попытаюсь помочь, как смогу.
— Ну как? — искренне удивилась она. — Вы же не в этих делах, дедушка.
— У этого бизнесмена передо мной должок, — усмехнулся Николай Сергеевич. — Между гибелью моих сына и невестки, родителей Андрея, и этим бизнесменом есть косвенная связь. Прямой вины нет, но предотвратить он мог, если бы захотел. Так что поговорю с ним по душам.
— А вы-то как? — испугалась она. — Не влезайте, пожалуйста, вдруг что случится.
— Обо мне не беспокойтесь, со мной ничего не случится, — усмехнулся дедушка. — Я старый, но ещё крепкий, знаю, как говорить.
Вероятно, Николай Сергеевич сдержал слово. Закончив смену и навестив свекровь, направляясь домой, она не встретила вежливых молодых людей, ранее настойчиво пытавшихся что-то объяснить. А поздно вечером позвонил Андрей.
Молодой человек принёс искренние извинения, сказав, что не догадывался о происходящем.
— Поймите, я не разбираюсь в женских хитростях, совсем, — признался бизнесмен. — Мне казалось, всё идёт как надо, по-честному. Жаль, вы ничего о себе не рассказали тогда, но я многое узнал от дедушки и хочу извиниться лично, не по телефону. Может, завтра, в конце рабочего дня? Я бы хотел помочь, если нужно.
Закончив работу и выйдя из магазина, она увидела Андрея, выходящего из белоснежного кроссовера. Его заметила и вышедшая следом Лена. Выражение лица бывшей подруги сразу изменилось. Если недавно на нём читалась подчёркнутая независимость и надменность, то теперь появилась влюблённость.
— Катя, я подвезу вас. Пойдёмте, не стесняйтесь, — приветливо улыбнулся молодой человек.
В первое мгновение она хотела отказаться, но, вспомнив о Лене, улыбнулась и шагнула к машине. Остановившаяся у двери Лена замерла. Маска влюблённости сменилась растерянностью, а когда машина тронулась, лицо девушки превратилось в злую гримасу.
По дороге в клинику она рассказала о свекрови и недоведённом разводе с мужем. А ещё описала девочку Машу, которая регулярно приходит к Ольге Ивановне, и каждая встреча поднимает настроение и улучшает самочувствие.
— Представляете, теперь даже лекарства на неё действуют иначе, — с долей иронии говорила она. — Это не только Ольга Ивановна замечает, но и медсёстры, и лечащий врач. Свекровь считает эту девочку своим ангелом-хранителем. А я подумала и хочу забрать её из детского дома, удочерить. Дети должны жить в семье, а не в приютах. Правда, не уверена, что отдадут мне. Всё же нас скоро разведут, и я останусь одна, без поддержки.
— Да, интересно. Но честно, я не в курсе таких вопросов, не сталкивался. Но мне кажется, такой женщине, как вы, должны отдать ребёнка, вы же добрая и ответственная.
Остановив машину на парковке недалеко от входа в больницу, Андрей взглянул на часы.
— Не торопитесь. Побудьте там сколько нужно, я подожду. Мне спешить некуда.
Она открыла дверь машины и вдруг услышала от него:
— А вы ведь совсем не такая, как ваша подруга. Вы добрая, по-настоящему, от души.
Продолжение: