Пролог
Шум дождя по жестяной крыше был единственным звуком, заглушавшим тиканье старых часов в кабинете. Тело Леонида Петровича Орлова нашли утром, когда его сиделка, Валентина, принесла завтрак. Он сидел в своем кожаном кресле, уставившись в потолок стеклянными глазами. На столе перед ним стояла недопитая чашка холодного чая и лежала раскрытая книга — сборник стихов Ахматовой. Рядом с книгой, аккуратно положенный, как закладка, лежал старый, пожелтевший от времени конверт.
На первый взгляд — смерть пожилого, больного человека. Инфаркт. Но капитан МВД Игорь Волков, прибывший на вызов, с первых секунд почувствовал неладное. Слишком уж «правильно» все выглядело. Слишком спокойно было на лице умершего. И этот конверт... Он был пуст.
Глава 1. Неправильная картина
Волков был детективом старой закалки. Не блестящим интеллектуалом, вышагивающим по Бейкер-стрит, а уставшим, чуть циничным служакой с тридцатилетним стажем. Он верил не интуиции, а фактам. А факты здесь были против него.
Вскрытие показало: смерть наступила в результате острой сердечной недостаточности. Ни следов борьбы, ни насилия. Леонид Петрович давно и тяжело болел. У него был запущенный диабет, больное сердце. Лекарства, найденные в тумбочке, могли бы составить аптечку небольшого стационара.
Но Волков не отступал. Его беспокоила одна деталь — та самая чашка с чаем. На ней не было ни единого отпечатка пальцев. Ни Леонида Петровича, ни сиделки. Она была тщательно протерта. Кто и зачем вытирает пальцы на чашке в своем собственном доме перед тем, как умереть?
В квартире царил образцовый порядок. Книги в полках стояли ровно, папки с документами разложены по алфавиту. И только в одной, с пометкой «Семейный архив», царил хаос. Кто-то недавно и спешно в ней копался.
У Леонида Петровича было двое детей: дочь Марина, сорока с лишним лет, подтянутая женщина с напряженным взглядом, и сын Алексей, живущий в Германии и уже лет десять не общавшийся с отцом. На похоронах он не появился, прислав лишь скупую SMS.
Марина, оформляя документы, была суха и деловита. «Отец был сложным человеком, капитан. Он всех от себя оттолкнул. Мама ушла от него, когда мы были маленькими. Он жил в своем мире, мире книг и старых обид».
— А что было в этом конверте? — спросил Волков, показывая на конверт с пожелтевшим прямоугольником.
Марина пожала плечами:
—Не знаю. У отца был талант собирать старый хлам. Возможно, просто забыл там какую-то бумажку.
Но Волков видел едва уловимую дрожь в ее пальцах, когда она брала стакан с водой.
Глава 2. Тень из прошлого
Волков начал копать. Биография Леонида Петровича была типичной для его поколения: инженер на оборонном заводе, уважаемый специалист, вышел на пенсию в начале девяностых. Но в архивах Волков наткнулся на интересную деталь. В 1992 году, в самый разгар хаоса, на заводе, где работал Орлов, произошел крупный пожар. Сгорели архивы конструкторского бюро. Дело тогда замяли, списали на неисправность проводки.
Следующий виток — сиделка Валентина. Простая, бедная женщина из глухой деревни. При допросе она была нервной, но Волков списал это на потрясение. Пока его напарник, молодой амбициозный лейтенант Семенов, не проверил ее телефонные звонки.
За неделю до смерти Орлова ей на номер поступил крупный денежный перевод. Отправитель — фирма-однодневка, зарегистрированная на подставное лицо.
Валентина, загнанная в угол, расплакалась:
—Он заставил меня! Сказал, это для его же блага! Я просто должна была давать ему лекарства не по графику, а так, как он скажет! И в день смерти... я должна была положить в его чай не сахар, а вот эти таблетки. — Она протянула Волкову маленький пластиковый контейнер с белыми порошками. — Сказал, это новое сильное обезболивающее. Я не хотела, клянусь! Но он заплатил столько... мне на операцию внуку нужны были...
— Кто «он»? — строго спросил Волков.
— Не знаю, честно! Звонил с неизвестного номера. Голос был глухой, мужской. Все общение по телефону.
Волков понял главное: Леонида Петровича убили. И убийство было тщательно спланировано. Но кем? И зачем устраивать спектакль с сердечным приступом, если можно было просто заставить сиделку подсыпать яд? Нет, кто-то хотел, чтобы смерть выглядела максимально естественно. Значит, боялся внимания.
Глава 3. Разрушенный мост
Волков вышел на Алексея, сына, через коллег в Германии. Тот оказался успешным IT-специалистом. После долгих уговоров он согласился на видео-звонок.
Лицо Алексея было изможденным.
—Я не общался с отцом десять лет, капитан. После того, как он выгнал из дома нашу мать. Он был тираном. Я не жалею, что не был на его похоронах.
— А что было причиной их ссоры? — не отступал Волков.
— Деньги. Всегда деньги. Мама хотела забрать свою долю из их общего бизнеса, а он не давал. Говорил, что все вложил в какие-то «бумаги», которые вот-вот взлетят. Это было в 92-м. Потом мама уехала, а через год погибла в автокатастрофе.
— В каком бизнесе? Ваш отец был инженером.
— А вы проверьте, капитан, — усмехнулся Алексей. — После развала Союза он и его друг, дядя Коля, вложились во что-то. Что именно — я не знал. Мама говорила, это было связано с заводом.
Друг. Николай. Волков нашел его быстро. Николай Семенов, бывший коллега Орлова, ныне — владелец небольшой, но процветающей фирмы по торговле металлопрокатом. Тот самый дядя Коля.
Глава 4. Друг и партнер
Николай Семенов принял Волкова в своем просторном кабинете. Он был полной противоположностью покойному Орлову — дорогой костюм, уверенные манеры, твердый взгляд.
— Леонид? Да, мы были друзьями. Жаль, что так все вышло. Но он сам виноват. Не смог перестроиться в девяностые. Ушел в себя, в свои книги.
— А пожар на заводе в 92-м? Вы оба там тогда работали.
На долю секунды в гласах Семенова мелькнула тревога, но он тут же взял себя в руки.
—Страшное было время. Все горело. И предприятия, и судьбы.
— У меня есть информация, — солгал Волков, — что Леонид Петрович хранил у себя некие документы. Возможно, связанные с тем временем. Конверт. Вы не в курсе?
Семенов побледнел.
—Нет. Не в курсе. Леонид был странным человеком. Собирал всякий хлам.
Волков ушел ни с чем, но был уверен — Семенов лжет. И лжет именно о конверте.
Глава 5. Стеклянная ловушка
Волков решил надавить на Марину. Он приехал к ней вечером и без церемоний заявил:
—Ваш отец был убит. И вы знаете, почему. Вы знаете, что было в том конверте.
Марина долго молчала, глядя в окно на огни города. Потом обернулась, и по ее лицу текли слезы.
—Это были акции, капитан. Не современные, а древние, еще советские, какого-то МММ образца 92-го года. Но не простые. На предъявителя. И их было очень, очень много.
Она рассказала историю, которую скрывала годами. Ее отец и Николай в 92-м году, пользуясь хаосом, вывезли с завода и перепродали партию дефицитного стратегического сырья. На эти деньги они скупили акции первых чековых фондов. Тогда это была лотерея. Но их лотерея оказалась выигрышной. Фонд, в который они вложились, стал прародителем одной из крупнейших ныне нефтяных компаний. Те старые, никому не нужные «бумажки» теперь стоили состояние.
— Но они были на предъявителя, — рыдая, говорила Марина. — И хранил их отец. Николай все эти годы требовал их разделить, но отец отказывался. Говорил, что это проклятые деньги, из-за которых погибла наша мать. Он считал, что ту аварию устроил Николай. А Николай боялся, что если предъявит акции, всплывет история их происхождения. Получится громкий скандал. Поэтому он искал способ забрать их тихо.
— А вы? — тихо спросил Волков. — Вы знали, что Николай планирует убийство?
— Нет! Клянусь! Он только сказал мне, что уговорит отца отдать акции. Что мы разделим их пополам. А потом... потом отец умер. А Николай сказал, что акций он не нашел. И что если я проболтаюсь, он меня уничтожит. Он сказал, что так же поступил и с нашим братом.
— С Алексеем? Что с ним?
— Алексей... Он тоже знал про акции. И пытался шантажировать Николая. Через неделю на него напали в Франкфурте. Чудом выжил. После этого он перестал с нами общаться. Я думаю, он просто испугался.
Волков все понял. Николай Семенов хотел получить все. Он заставил сиделку давать Орлову неправильные лекарства, чтобы спровоцировать инфаркт, а в день смерти приехал, пока сиделки не было, забрать акции. Он нашел конверт, вытащил содержимое, а пустой конверт положил на стол — либо из насмешки, либо в спешке. А потом ушел, оставив умирать своего старого друга.
Но где акции сейчас? Их нет ни у Марины, ни у Алексея. Значит, они все еще у Семенова.
Глава 6. Правда, которую не хотят слышать
Доказательств не было. Все строилось на словах Марины. Следователь отказался санкционировать обыск у уважаемого предпринимателя Семенова. Дело хотели закрыть, оставив версию о естественной смерти.
Волков понимал, что Семенов вот-вот уничтожит акции, превратив их в легальный капитал через свои схемы, и все улики исчезнут навсегда.
Тогда он пошел на отчаянный шаг. Он пришел к Семенову в последний раз. Не как следователь, а как человек.
— Николай Семенович, я все знаю. Про акции. Про пожар. Про то, как вы убили Леонида Петровича. Юридически я вас не достану. Но подумайте вот о чем. Леонид хранил эти акции не из-за жадности. Он хранил их как улику против вас. И он оставил запасной план.
Это была блеф. Но Волков смотрел Семенову прямо в глаза.
—Он отправил копии всех документов, доказывающих ваше мошенничество в 92-м, своему сыну в Германию. Алексей просто боится их обнародовать. Но если со мной что-то случится, они появятся в прокуратуре и в СМИ. Ваша империя рухнет. Вам не нужны эти акции. Вам нужно молчание.
Семенов смотрел на Волкова с ненавистью. Он был бледен как полотно. Он понимал, что детектив прав. Убийство Волкова будет последней каплей.
— Что вы хотите? — прошипел он.
— Признания. В убийстве Леонида Орлова. Только так вы сможете остановить эту машину. Иначе Алексей, испугавшись за свою жизнь, обрушит на вас все, что у него есть.
Молчание в кабинете длилось вечность. Семенов смотрел в пустоту, видя, как рушится все, что он строил тридцать лет.
Эпилог
Прошло три месяца. Николай Семенов заключил сделку со следствием и дал признательные показания. История со старыми акциями стала достоянием общественности, но быстро затерялась среди новостей поактуальнее.
Марина продала отцовскую квартиру и уехала в другой город, пытаясь начать жизнь с чистого листа. Алексей, получив гарантии безопасности, вернулся в Россию ненадолго, чтобы поставить свечу на могиле отца. Они с сестрой не общались.
Капитан Волков сидел в своем кабинете, разбирая бумаги по закрытому делу. Он не испытывал триумфа. Была лишь горечь. Горькая правда о том, как деньги, страх и старые обиды могут отравить души людей и разрушить семьи. Леонид Орлов, хранивший свою тайну как крест, в итоге стал жертвой собственной гордыни и жадности бывшего друга.
Волков вздохнул, отложил папку и посмотрел в окно. Начинался дождь. Такой же, как в тот день, когда все началось. Жизнь шла своим чередом, оставляя за собой лишь тихий след из невысказанных слов и несделанных шагов. А самая сложная загадка, как он понял, заключалась не в том, чтобы найти убийцу, а в том, чтобы понять, что в жизни каждого из нас может стать той самой последней каплей, что переполняет чашу.