Важным местом в отношениях живых родственников с предками является их почитание, поминовение и вообще - забота об их посмертном существовании. Благополучие предков в ином мире зависит от действий живых: поминальные трапезы и обряды обеспечивают предкам достаток. Если же родные перестают чтить память усопших, те обречены на лишения - голод, холод и мрак. Судьба предков в загробном мире во многом определяется молитвами живых: родственники могут облегчить их участь и замолить их грехи. Умершие сами не могут молиться за себя и что-либо изменить в своей загробной судьбе, но они могут молиться за живых: «Мы за них (за умерших) молимся, а они за нас. Ни им без нас, ни нам без них нельзя быть».
Поминальные мероприятия в основном совершались в специальные календарные даты. Однако случались и внеочередные подношения - если предок являлся во сне, тревожил живущих жалобами или просьбами. Тогда родственники готовили специальную пищу - оставляли её на окне, несли на кладбище или в церковь, раздавали нуждающимся. Считалось, что умершие питаются той едой, которую приносят им в дни поминовения. Но что это была за еда и почему именно она?
Кутья составляет непременную принадлежность похоронного обряда и поминок. Вместе с тем её иногда употребляли на свадьбах, родинах (праздновании родов) и крестинах. Кутью традиционно готовили из цельных зёрен - обычно пшеницы, а в городах, где её не было, заменяли рисом. Если рассматривать кутью именно как блюдо из семян, станет понятнее её ритуальная суть. Зерно способно долго хранить и возрождать жизнь, бесконечно умножая её в круговороте семя - растение - семя. Употребляя его в пищу, люди приобщаются к этому вечному циклу.
В животном мире аналогом зерна выступает яйцо - оно так же хранит и даёт начало новой жизни. Неслучайно яйца использовались в погребальных обрядах многих народов как символ бессмертия.
К кутье часто добавляли ягоды (черёмуху, а в городской традиции — изюм). По сути, ягода — это семя, заключённое в плод, ещё одно воплощение идеи вечного возрождения. Всем этим объясняется, почему кутью употребляли на свадьбах, при рождении детей и смерти. Она знаменует постоянство возрождения жизни, невзирая на смерть.
Почему при поминках употреблялись блины - на этот вопрос можно ответить только предположительно. Во всяком случае, не потому, что они своей круглой формой напоминают солнце и должны служить магическим средством возвращения солнца после зимы, как думают некоторые исследователи. Вместе с тем блины должны иметь другое обрядовое значение, чем кутья, так как они не взаимозаменимы, а употребляются параллельно. По-видимому, блины - древнейшая форма печёной мучной еды. Когда ещё не умели печь хлеб, муку смешивали с водой, делали жидкое тесто и порциями выплёскивали его на горячие камни. Таким образом, блины по происхождению - не магическая еда, как кутья, а древнее, архаическое блюдо, средство насыщения, получившее обрядовое применение.
Кисель считался обязательным блюдом на поминках наряду с кутьёй и блинами и подавался на стол по окончании поминального застолья.
Традиционный кисель - это запаренная кипятком мука (чаще всего овсяная, реже пшённая, пшеничная и др.), подслащённая и оставленная сбраживаться, или «кваситься», в тепле, затем процеженная и упаренная в печи. Ели кисель холодным, разрезая ножом на куски, с мёдом, маслом или молоком.
В русских волшебных сказках связь киселя с миром мёртвых отражена в сюжетах, где герой попадает на «тот свет» или (что одно и то же) в тридевятое царство, он видит молочные реки с кисельными берегами.
У всех славян особая роль отводилась первым дарам: первому куску еды, ложке из общего блюда, блину, плоду нового урожая или глотку напитка - их традиционно выделяли как жертвенную долю предкам.
Также считается, что предки питаются и паром от горячей пищи. Поэтому в поминальные дни на подоконники клали тёплый ломаный хлеб и ставили горячие блюда – чтобы души могли «подкрепиться». Едой, предназначенной предкам, считались остатки поминальной пищи, а также крошки и куски, упавшие со стола, - их запрещалось поднимать. Любой стук, скрип, летающее в доме насекомое воспринималось как свидетельство присутствия душ.
Предназначенную для предков пищу (или просто недоеденную еду) оставляли на столе (под столом, на окне, в углу дома), бросали в печь, выкладывали за окно, относили в сени, закапывали в огороде, скармливали животным и домашней птице, отдавали нищим или колядникам.
Такими же блюдами кормили различных духов: домового, духов местности, духов болезней и даже духов стихий.
Такие подношения считались обязательными в ключевые моменты года — когда выгоняли скот на пастбище или загоняли на зиму, начинали жатву, отправлялись на охоту, рыбалку или за грибами, в случае пропажи домашних животных, при заболевании и краже. Например, если получивший увечье в лесу долго не поправлялся, он отправлялся туда же, оставлял на перекрёстке лесных троп еду и говорил: «Кто этому месту житель, кто настоятель, кто содержанец, - тот дар возьмите, а меня сделайте здраву и здорову...».
В восточнославянской традиции существовал обычай приглашать мороз на ритуальную трапезу (на кутью, кисель, блины), особенно во время святок. Считалось необходимым накормить мороз обрядовой пищей, чтобы он не морозил посевы злаков и огородные культуры. При этом говорили, что «кормят» Мороз, приглашали его на угощение, чтобы обеспечить хороший урожай: «Мороз, мороз, не тронь мой овёс, приходи кисель (кутью) есть».
Подношения в виде еды делались и по отношению к растениям, считавшимся ипостасью или местом обитания духов. Подношения в виде хлеба, соли, зерна, воды, вина, мёда и т. п. часто совершались в ситуации, когда больные ходили к деревьям «передавать» свои болезни.
Чтобы сохранить чистой воду и умилостивить духов, у всех славян соблюдали обычай кормление колодца: в него бросали часть праздничной трапезы. В воду бросали пищу (хлеб, зерно) не только для задабривания водяного, но и для поддержания жизнетворных сил самой воды.
Чтобы задобрить огонь и предотвратить пожар, в ряде мест принято было «кормить» печь.
Кормление ветра известно и как способ его задобрить, для этого в сторону ветра бросали муку, крупу, остатки праздничной еды, пепел от костей животных, потроха и т. п.
Кормление земли представляет особую важность и деликатность, так как земля и находящиеся в ней покойники как бы сливаются в одно целое. Хочется отметить, что в землю что попало не клали, даже нечистых людей похоронить не могли, дабы не осквернить землю, но это уже тема другой статьи.
Считалось, что предки, пребывающие в земле, имеют власть над урожаем. Поэтому забота о посевах неизбежно переплеталась с заботой о мёртвых: усопших надо умилостивить, надо выразить им свою любовь, почтение. Надо поддержать пищей, питьём и теплом. Надо приобщить их к кругообороту жизнь - смерть - жизнь, которым живёт природа. Такой подход был не просто данью памяти, но и сакральным действием - предки тоже должны были помогать круговороту, от которого зависело благополучие живых.