Найти в Дзене
Venefica

Мухожук и все-все-все. Философская сказка.

Лоллий Ардеевич Брюханов и его давний соратник по Бомборскому клубу и борьбе за имперские идеалы - Лупиан Гевалтович Пугин были не только братьями по разуму, но почитали себя двуединым воплощением нутряной мощи литературного и философского дарования самого великого из живших когда-либо в Непредсказуемой писателя, всколыхнувшего умы интеллигенции отечественной на рубеже прошлых переломов - причем Лупиан, как человек, более приверженный внешнему канону, отрастил достойную этого праведника бороду, а Лоллий принял на свои плечи груз его любословия, расцветив его, в соответствии с принципами снова начавшей входить в моду державности, виньетками витийств и следами приходов белочек на древе Познания. Оба они готовились преподнести Стратигу в День его священного Рождения свои мыслимые дары: один опубликовал роман о взлете и крахе не до конца проникшего в верховные смыслы ближнего соратника и военного наперсника, а другой - творчески полно необходимость введения монархии для окончательного упо

Лоллий Ардеевич Брюханов и его давний соратник по Бомборскому клубу и борьбе за имперские идеалы - Лупиан Гевалтович Пугин были не только братьями по разуму, но почитали себя двуединым воплощением нутряной мощи литературного и философского дарования самого великого из живших когда-либо в Непредсказуемой писателя, всколыхнувшего умы интеллигенции отечественной на рубеже прошлых переломов - причем Лупиан, как человек, более приверженный внешнему канону, отрастил достойную этого праведника бороду, а Лоллий принял на свои плечи груз его любословия, расцветив его, в соответствии с принципами снова начавшей входить в моду державности, виньетками витийств и следами приходов белочек на древе Познания.

Оба они готовились преподнести Стратигу в День его священного Рождения свои мыслимые дары: один опубликовал роман о взлете и крахе не до конца проникшего в верховные смыслы ближнего соратника и военного наперсника, а другой - творчески полно необходимость введения монархии для окончательного уподобления Царству Божиему и достижению Золотого века, который вот-вот должен был нагрянуть благодаря строительству немыслимого ранее множества хороших дорог, по которым предполагалось запустить движение калик перехожих, как курьерской службы, передающей в ручном режиме ангел злат венец как символ всеобщего воссияния и непобедимости.

Вручение главного подарка, планированное еще к золотому семидесятилетию все откладывалось - пока до бриллиантовой даты, что, конечно же, огорчало двух философов, ибо в этом случае они надеялись быть отнесенными навсегда к сословию жреческому в чине земных архангелов, чтобы славить невозбранно за толику разумную порядок высокого начальства и ни в чем себе не отказывать в планетарном масштабе.

Ох - вздыхал Лоллий, пытаясь поймать ускользающую из его пальцев последнюю пуговицу парадной рубашки, сшитой по специальному заказу восточными девственницами и объемами своими напоминавшую один из парусов "Катти Сарк", одного из летучих по волнам символов канувшего в небытие мира порядка и гармонии, где философам воздавалось философово, а смердам - смердово, - Сейчас бы по по проспекту широкому, да в танке горящем, из всех щелей постреливая - бдыщь-бдыщ-быдыдыщ, и вот он - Ключ Золотой, хвать его - и к Самому! Бери, батюшка, володей! Эх, судьбинушка моя горькая! И знаю, как натурально угодить - да всё эти обстоятельства!

Лупиан же, поправляя черный орден у ворота, надежно скрываемый окладистой бородой от глаз непосвященных , напевал себе под нос собственного сочинения гимн об Абсолютном Рассвете. Он наслаждался своим положением философа при демиурге, настоящего безумного философа (об этом и справочка в нужном месте припасена, и события для окончательного диагноза уже давно сведены в точку. Точка стоила пдочки - ну так что ж с того? Авраам первый начал!). Приема скорее всего не будет - но будет собрание Верных, на котором зачитают благодарственное обращение и прозвучат соответствующие случаю здравицы.

Так и надо! Правитель просто обязан дистанцироваться, высылая к подданным симулякры, а к ближним - циркуляры. Это придает необходимую сакральность правлению и поддерживает чувство ранга, когда даже мельком увидеть пиджак Стратига - уже счастье.

РИс. А. Меринова
РИс. А. Меринова

Роскошный зал сиял огнями и бриллиантами. В нем собралась пена дней и сливки подворотен, лучшие из худших радостно приветствовали кланявшийся им звездный мусор, а пыль под ногами разносила угощения. Обстановка была самая радостная, но ей не хватало чего-то по-настоящему великолепного, чего-то, что должно было венчать торжество, некоего подобия "Аллилуйя" в сцене описанного классиком бала - и оно случилось: сначала затрепетал напряженно воздух от нарастающего гула, потом на миллион осколков рассыпалось большое хрустальное окно и влетел огромный, как страшный сон древнего фараона Мухожук!

- Баммм! - сурово рявкнули часы на башне.

- Ууууйохооуй! - завыли баньши Инишерина.

- Обанамат твой налево! - прохрипел дворник Истам и опасливо зашаркал метлой.

Где-то в середине океана начал зарождаться очередной тропический вихрь.

Страна просыпалась с похмелья. Что это было с нами? И никто не давал ответа...

****

Все аллюзии, аналогии и прочие совпадения - под вашу личную, граждане, ответственность. И помните, товарищи, о старике Эзопе.

НепоДзензурное традиционно тут:

https://vk.com/public199851025

или тут

https://old-venefica.livejournal.com/

Сарказм в уксусе, йад с перцем, окололитературные изыскания и прочие деликатесы, взращенные на отечественных реалиях