Луч фонаря выхватывал из темноты их силуэты. Я застыл, вжавшись в холодную стену, сжимая в потных ладонях злополучную тетрадь. В ушах стучало: «Ты влип. Ты реально влип».
— Эй, вылазь оттуда! Не заставляй дверь ломать! — это был голос Артёма, жёсткий и безразличный.
Мысленно я прощался с жизнью. В кармане зазвонил телефон — наверное, Санчо. Звонок прозвучал как выстрел.
— Ага, кто-то тут есть, — сказал второй голос, который я с ужасом узнал — Игорь Васильевич. Мой завуч. Учитель. Убийца?
Я огляделся в панике. Луч фонаря скользнул по груде старых матрасов в углу. Это был мой единственный шанс. На цыпочках, затаив дыхание, я юркнул за них, пригнувшись. Пыль щекотала нос, и я изо всех сил сдерживал чихание.
Дверь с грохотом отворилась. Двое мужчин вошли внутрь.
— Свет есть? — буркнул Игорь Васильевич.
— Щас... — послышался щелчок, и лампочка под потолком мигнула, заливая помещение тусклым жёлтым светом.
Я видел их ноги в нескольких шагах от себя. Дорогие кроссовки Артёма и потёртые ботинки завуча.
— Смотри, — Артём подошёл к шкафчику. — Вскрыт. Говорил же, надо было его сразу на металлолом сдать!
— Успокойся, — голос Игоря Васильевича был ледяным. — Главное — найти. Он не мог далеко уйти.
Они начали обыскивать склад, переворачивая хлам. Сердце колотилось так громко, что мне казалось, они его слышат. Я прижал тетрадь к груди, чувствуя, как дрожат руки.
Вдруг телефон в кармане снова завибрировал. Уведомление. Я чуть не вскрикнул от ужаса. Санчо: «Ты там как? Родители отшили?». Его забота могла меня убить.
Артём замер в паре метров от моего укрытия.
— Слышал?
— Слышал, — Игорь Васильевич подошёл ближе. Их тени упали на матрасы. Ещё секунда — и они меня найдут.
Я зажмурился, готовясь к худшему. Но тут раздался громкий лай собаки за окном — вероятно, сторожевая с соседней территории. Мужчины отвлеклись.
— Чёртова собака, — проворчал Артём. — Всё, надо уходить. Кто-то этот шум услышит и вызовет полицию.
— Ты прав, — Игорь Васильевич тяжело вздохнул. — Иди, проверь двор. Я быстро дособираю здесь всё, что касается Витьки. Надо ликвидировать все следы.
Шаги Артёма затихли у выхода. Я видел, как ботинки завуча направились к дальнему углу, где валялись старые коробки. Это был мой шанс.
Собрав всю волю в кулак, я выбрался из-за матрасов и, пригнувшись, ринулся к выходу. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Я выскочил на улицу и, не разбирая дороги, помчался через тёмный школьный двор к дыре в заборе.
Сзади послышался крик: «Стой!»
Я не оглядывался. Я бежал. Бежал так, как никогда в жизни. Тетрадь прижимал к себе, как самого ценного заложника. Потому что теперь я понимал — эта пачка бумаги была единственным, что стояло между мной и участи Витьки.
Ворвавшись в свою комнату, я запер дверь на ключ и прислонился к ней, пытаясь отдышаться. В кармане снова вибрировал телефон. Санчо: «Ты чё пропал?»
Я посмотрел на тетрадь в своих дрожащих руках. Теперь я знал правду. И они знали, что я её знаю. Игра только началась, но отступать было уже некуда.