Расскажу еще про один интересный камчатский день. Вообще, там неинтересных не было, даже если мы оставались в городе и просто гуляли, потому что у Петропавловска-Камчатского своя богатая событиями история. Но сейчас всё-таки об уникальной камчатской природе.
Поскольку программу планировала я, то в ней изобиловали пункты с подобным содержанием: "Завтра подъём ни свет, ни заря, затем несколько часов на машине высокой проходимости в туманную неведомую даль".
Поездка к экструзии Верблюд всем условиям программы соответствовала полностью. И погода не подкачала, да. Мы, конечно, заглянули в прогноз и повертели головами в надежде увидеть намеки на солнце и голубое небо, однако увы, всё было так плотно закутано облаками, что...
Ну и ладно, решили мы, не в гору же лезть (а хотелось бы), так что поехали!
И поехали! Дорога оказалась знакомой - мы ездили по ней в кальдеру Горелого. Гора Верблюд расположена межу Авачинским и Корякским вулканами, на Авачинском перевале, и, вообще говоря, является сама уже подножием Авачинского. И прекрасно, мечтала я, хоть тушкой, хоть чучелком, а я на Авачинский ногу поставлю!
Наш гид Максим с сомнением поглядывал на смурные небеса и вскоре задумчиво сказал: "Если проехать не получится, поедем к подножию Козельского..."
"Как это? Почему это??? Зачем это??? - удивились мы, - дождя же нет, и ночью не было! Дорога вон сухая, почти..."
"Да тут дело такое, - рассказал Макс, - в городе то его, может, и не было, а вот если выше прошёл, да сухую речку размыло..Её недавно размывало, так несколько дней никто проехать не мог. Да сами увидите, скоро уже въедем".
И мы увидели.
Сухой речкой называют русло пересохшей реки на пути к Верблюду. Однако сухая то она сухая, но время от времени становится вполне полноводной - когда в горах идут сильные дожди, вода срывается с гор и разрушительным потоком несётся по руслу, каждый раз видоизменяя его очертания по своему разумению. Масштабы этих разрушений можно оценить по фотографиям, а в реальности это выглядит и вовсе катастрофично - почвы здесь состоят в основном из вулканического шлака, они легко размываются и очень гигроскопичны. Поэтому водные потоки легко, как ножом, срезают прибрежные пласты. Высоту среза можно прикинуть по фото - мои 160 см, ну и сверху еще как минимум столько же. В русле образуются настоящие каньоны глубиной метра три, и никакие посадки укрепить эти ненадёжные почвы не могут - поверхностный плодородный слой очень тонкий, несчастные деревья повисают на нём в надежде выжить, но увы, только до следующего дождя. Подходить к самому обрыву крайне не рекомендуется, потому как он может рухнуть в любом месте и в любую минуту.
И вот по этому полному бездорожью, переваливаясь из одной колеи в другую, мы тряслись и тряслись около трёх часов вместо положенных минут сорока. И в конце концов приехали на место дислокации.
Это место было просторным, имело вид первобытный и дикий, как я и люблю. Однако безжизненным оно совсем не выглядело - по долине были разбросаны машины желающих подняться на Верблюд. Воон там, вдалеке, видны его два горба:
Пару слов о самой экструзии. Бывает, что вулканы извергают много жидкой лавы, которая катится вниз быстрым потоком. Таким, как я полагаю, было извержение Пра-Горелого, вон там какие поля разлились. А бывает, что густая и вязкая лава медленно выдавливается из жерла вулкана и скоренько застывает. Это и есть экструзия.
Вообще, мне приходилось видеть экструзию в кратере вулкана Баранского на Итурупе - там она выглядела как огромный купол, и я по душевной простоте полагала, что все вулканические экструзии именно так красивенько выглядят. Ан нет, оказывается, они бывают самые разнообразные, и Верблюд тому пример.
Образовалась эта гора недавно, где-то десять тысяч лет назад, и с тех пор постоянно меняет свои очертания - где-то выветрится, где-то выдавится. Максимальная высота около 1200 метров, но подняться нам (ура, полезем в гору!) предстояло где-то на 1100, с превышением, если не вру, метров пятьсот. Супруг мой лезть вверх категорически отказался - действительно, зачем карабкаться невесть куда, если вокруг столько интересного, а в кемпинге неподалёку можно даже выпить кофе?
Я, натянув все тёплые вещи сразу, двинулась вслед за гидом.
И сразу вау! - ледник! И вокруг всё такое дикое-первобытное, что можно было бы почувствовать себя в эпохе Великого оледенения, если бы не группа туристов из стран Дальневосточного региона. Сначала мы решили, что это гости из Китая, но гид пояснил, что скорее, это Южная Корея или Япония.
"Неужели едут?" - удивилась я.
"Ещё как!" - подтвердил Максим.
Отсюда экструзию уже видно очень хорошо,оба горба. На правый подниматься нельзя, но настырный народ всё-равно лезет. Я себя к экстремалам не отношу - нельзя, значит, нельзя, пойдём налево. Когда мы только подошли к подножью, я подумала, что идти придётся по щиколотку в шлаке. Однако, как вскоре выяснилось, его слой не очень толстый, и если ковырнуть ногой, то обнаружится поверхность ледника. И вообще, пространство вокруг, эти бесконечные рельефы и увалы, это в основном ледник, лежащий на подошве Авачинского.
Тропинка шла по спирали, шагалось легко, и вскоре мы дотопали до цели.
Туристические проспекты соблазняют видами одновременно двух вулканов при условии ясной погоды, но поскольку нам в этом плане не слишком повезло, то оставалось только догадываться, как это выглядит. Однако и в условиях пасмурности ландшафт впечатлял. Масштаб, кстати, отлично читается на одной из фотографий, где на склоне можно различить крохотные фигурки заплутавших туристов. Почему заплутавших? Думаю, потому, что они явно не знали, где спускаться, один из них хромал, и в конце концов они разделились на две группы, каждая из которых пошла своим путём, а это не самое лучшее, что можно предпринять в условиях неопределённости.
На вершине я махала руками, как ветряная мельница, в надежде, что мой муж увидит и запечатлеет для потомков. Надежда, конечно, была слабой - ушли достаточно далеко, но вдруг?...
Увы, увы. Вместо того, чтобы восхищаться женой-покорительницей вершин, мой дорогой супруг гулял по окрестностям, пил кофе и наблюдал за местной фауной в лице одного упитанного суслика.
"Суслик? Где?" - возопила я.
"Да вон, рядом с туалетом обосновался, - ответил супруг, - народ мимо не проходит, зверушка быстро сообразила, что домик надо на оживленной тропе ставить".
Я рванула в указанном направлении, решив совместить два дела сразу.
Как выяснилось, суслик действительно не прогадал.
Когда я предъявила фото своим друзьям, мне ответили - суслик? да ну, это сурок, вон морда какая!
Нет, товарищи, несмотря на обширность морды и всего прочего, это действительно суслик! Правда, арктический, он же евражка.
Поскольку он живёт в условиях высокогорья, то и жировые запасы нужны усиленные. Вообще, жировые запасы никогда не помешают, мачо не даст соврать, но тут, где еды мало, а климат суров, надо наедать их в тройном размере.
Суслик позировал так и эдак, демонстрировал анфас и профиль, благосклонно принимал подношения, а потом, сообразив, что так недолго и в норке застрять, завершил фотосессию.
Когда мы уезжали, Авачинский смилостивился и приоткрыл краешек, самую малость, но и на том спасибо. Путь назад мало чем отличался - те же ухабы, те же канавы, то же бездорожье. Однажды на обочину выбежали две лисы и некоторое время трусили параллельным курсом, рассчитывая на подачку. Начал моросить дождь.
А в программе у нас стояло ещё посещение знаменитого Халактырского пляжа, того самого, с чёрным магнитным песком.
"Поедем? Там сейчас дождь..." - видимо, надеясь на наше благоразумие, поинтересовался гид.
"Конечно!" - дружно откликнулись мы.
На пляже встретила табличка, оповещающая об опасности цунами. Подобные указатели мы видели на Курилах, но там они показывали направление, куда бежать в случае чего. А здесь просто "Цунамиопасная зона", и три признака. Очевидно, что пока насчитаешь все три, бежать уже бессмысленно.
Поражал не столько черный вулканический песок, сколько сам Тихий Океан. Он всегда поражает - как сумели люди преодолеть эти бесконечные валы, как вообще добрались сюда,как преодолели стихию? А песок - да, он чёрный, удивительно тёплый и, если запустить в него руку, оказывает успокаивающее воздействие. Мы нагребли немножко домой)
Знаете, что поражало каждый раз в камчатских экскурсиях? Вот кажется, совсем немного ты удалился от города (по времени может показаться долго, а по факту нет), и уже вокруг столько невероятного, фантастического и уникального. А дома тепло и уют, и милая Пыха встречает на пороге, и требует ласки и вкусного. Я писала про Пыху? Нет? Напишу)