Стабильная связь, запуск медкарт и консьерж для айтишников: чего ждут от главы минцифры РТ?
«Налоговая нагрузка растет. Демонстрировать темпы роста IT-отрасли станет сильно сложнее. Кто-то будет релоцироваться, кто-то уйдет в тень, подключатся силовики — вряд ли отрасли это добавит стабильности», — рисуют технологические предприниматели контуры сегодняшней реальности, в которой придется работать новому министру «цифры» Татарстана Илье Начвину. От него ждут поддержки бизнеса и развития искусственного интеллекта, починки связи и пересмотра принципов госзаказа, политической гибкости и сервисных услуг для айтишников. Журналисты «БИЗНЕС Online» пообщались с ведущими экспертами в самых разных IT-сферах и выделили 10 точек приложения усилий.
Время разбрасывать камни и время собирать камни
Илья Начвин подошел к рулю минцифры РТ в несоизмеримо более сложную эпоху, чем все его предшественники. Николай Никифоров в 2010 году — в 28 лет — взлетел сначала на региональное, а потом на федеральное министерское кресло с проектом электронного правительства, потрясшим всю Россию. До этого в Казани построили IT-парк, потом Никифоров и Ко занялись Иннополисом. Роман Шайхутдинов запомнился активной работой с компаниями, привлечением мегарезидентов вроде «Почты России», отстроившей при нем логоцентр, развивал телеком и т. д. Даже Айрат Хайруллин попал на восходящий трек — смог заниматься развитием, выбить деньги на новый IT-парк и на мегапроекты. По всем количественным и качественным метрикам Татарстан прямо сейчас находится на очередном пике своего репутационного успеха.
Посмотрим на цифры: выручка за пять лет увеличилась почти втрое: с 78 млрд до 225 млрд рублей по итогам прошлого года. Сформирован рынок с устойчивым ядром крупных игроков — правда, 50 крупнейших компаний региона генерируют около 70% совокупной выручки отрасли (127 млрд рублей), но это и плюс, и минус. Средние зарплаты удвоились: официальная статистика приводит цифру в 114 225 рублей — это почти вдвое выше средней в регионе. В конце концов, республика прочно обосновалась в федеральных рейтингах цифровизации в числе лидеров. Сохранить эту динамику и удержать позиции Татарстана в новых экономических реалиях будет непросто любому, считали наши инсайдеры, кто бы ни занял кресло министра. Беспрецедентное внешнее давление в виде санкций и геополитической изоляции, неизбежно приводящей к технологическому отставанию (особенно по искусственному интеллекту), дефицит качественных IT-кадров, украинские и проукраинские хакеры, новая налоговая политика, на фоне которой компании снова активно посматривают если не в тень, то на зарубежные рынки и зарубежную регистрацию, — вот некоторые ложки дегтя в бочке цифрового меда, с которыми придется считаться.
«Экономика другая. Мобилизационная. Атаки дронов, кибератаки, попытки обрушить сервера и критическую инфраструктуру идут нон-стоп. Минцифры вместо красивых проектов приходится все сильнее ломать голову над тем, как сохранить работоспособность систем. Как бы Начвину вообще не пришлось стать министром цифровой обороны», — размышляют источники. Очевидно, что бюджеты на развитие будут ограничены, а руки связаны, сходятся во мнении практически все эксперты. Возможностей громко заявить о себе экстраординарными проектами — тем более. Вместо развития, освоения бюджетных миллиардов и решения цифровых проблем элегантными девелоперскими проектами Начвину, возможно, придется заниматься оптимизацией и ужиманием поясов. Возможно, ценой собственной гордости. «Есть время разбрасывать камни, есть время собирать камни. Сейчас необходимо показывать не слова, а дела. Нужна стабильная методичная работа, порой незаметная и негромкая, но нацеленная на результат с упором на качество», — в один голос говорят эксперты.
Впрочем, базовый план действий на несколько лет вперед у нового министра уже есть.
Куда идет цифровой Татарстан?
Полгода назад, 30 апреля 2025-го, кабмин РТ подписал постановление, обновляющее ключевую IT-стратегию республики под названием «Цифровой Татарстан». Она одновременно отражает республиканское участие в ключевом нацпроекте «Экономика данных» и свежий региональный проект «Прорывные IT-решения отраслей экономики, социальной сферы, государственного и муниципального управления Республики Татарстан – 2025–2029». Объем финансирования на пятилетку (с 2024 по 2029 год) немаленький — 37,7 млрд рублей. У проекта есть две главные цели, которые пересекаются с федеральными: первая — достижение «цифровой зрелости» через массовое внедрение цифровых платформ, больших данных и искусственного интеллекта с увеличением доли электронных госуслуг до 99% к 2030-му. Вторая — обеспечение информационной безопасности и высокоскоростного доступа к интернету для 97% домохозяйств к 2030 году и 99% к 2036-му с использованием отечественного программного обеспечения и защитой критической инфраструктуры. Обе цели куда больше завязаны на исполнительской дисциплине и эффективности региональной власти, чем на рыночной технологической индустрии. Но такова специфика федеральной оценки эффективности: как минимум здесь цифровизацию можно измерить.
Интересна и структура бюджета. Она наглядно отображает утвержденные приоритеты отрасли на ближайшие пять лет. Почти треть средств — 11,8 млрд рублей — потребуется на развитие информационного пространства — по факту на поддержку традиционных (читай: гос.) медиа: печати, издательской деятельности и телерадиовещания (на ТВ, к слову, за пять лет потратят 7,4 млрд рублей). Еще четверть — 9,3 млрд рублей — государственная поддержка IT-среды и человеческого капитала. Сюда зашито финансирование IT-парка, бизнес-инкубатора, МФЦ и самого министерства, т. е. инфраструктурные расходы, без которых система не работает, но которые сами по себе не создают прямой эффект для граждан и бизнеса.
Чуть меньше — 7,2 млрд (пятая часть) — это развитие телекоммуникационной инфраструктуры: видеонаблюдение, широкополосный интернет, цифровое вещание, обеспечение лицензионным ПО органы власти и так далее — то есть базовые вещи, необходимые для любой цифровизации. Собственно на прорывные ИТ-решения отраслей экономики выделено 5 млрд — в 2,4 раза меньше, чем на медиа. При этом в эту сумму должны уместить десять отраслевых платформ: здравоохранения, образования, АПК, экологии, строительства, экономики и других.
100 млн рублей в год будет направлено на оцифровку базовой инфраструктуры, прежде всего инженерных сетей, что создает барьеры для строительной отрасли и инвесторов. В РТ насчитывается около 145 тыс. километров различных инженерных коммуникаций и только 35 тыс. километров (24%) доступны в цифровом виде у крупных ресурсоснабжающих организаций. Соответственно понадобится примерно 4,5 тыс. рублей на километр сети.
Все эти проекты для нового министра — плановая работа, в некоторых он даже значится администратором, но помимо реализации утвержденных задач, его ждут и другие, неочевидные на первый взгляд вызовы. «БИЗНЕС Online» поговорил с участниками IT-отрасли Татарстана о том, с какими из них предстоит столкнуться новому министру. На условиях анонимности были опрошены эксперты из разных сфер — от бизнеса до госуправления, пользующиеся безусловным авторитетом в своем деле.
Разобраться с legacy и перестроить госзаказ
«Предшественники Начвина, имеющие возможность экспериментировать с мегапроектами, оставили после себя колоссальное legacy, с которым придется разобраться», — говорят в отрасли. Legacy — это не просто «наследие»: на языке программистов это устаревший, сложно поддерживаемый и развиваемый код, написанный предыдущими разработчиками, который все еще используется в системе, несмотря на все недостатки.
Татарстан исторически активно занимался собственной разработкой — Центр информационных технологий в прошлом году даже был реорганизован в акционерное общество. Но постоянно растить внутреннюю компетенцию и поддерживать ее на уровне очень хлопотно и дорого. Кроме того, это не самый рыночный подход, когда государство выступает и заказчиком, и разработчиком, и сам-себе пиарщиком, часто это игра на неконкурентных условиях, пусть и в итоге получаются более кастомизированные сервисы. Разве что нужно устанавливать для ЦИТ план продаж на внешний рынок.
«Минцифре нужно создавать в республике здоровую конкурентную среду через госконтракты с понятными продуктовыми метриками, закладывать изначально принципы заместимости всех продуктов и их независимой оценки», призывают эксперты размещать заказы на разработку софта с привлечением местных команд. Мол, и рынок это оздоровит, и компании мотивирует развиваться.
«Какое-то время назад собственная разработка действительно была хорошей идеей. Сегодня же где-то будет целесообразнее переход на федеральные решения. А опасения, что Москва получит доступ к каким-то сведениям, устарели давно: налоговая и так видит все процессы», — говорят спикеры. Но есть нюанс. «Вы представляется с каким лицом Начвин должен будет прийти к Минниханову с просьбой выделить денег покупку стороннего решения, плохой аналог которого уже пытались сделать в РТ? Первый же вопрос будет, сколько денег на это уже потрачено», — размышляют спикеры.
Но как минимум частично заниматься этим, похоже, придется. Рыночные зарплаты айтишников взлетели за это время в несколько раз и очень далеки от условий даже ЦИТа и ЦЦТ. «На такие зарплаты могут работать либо студенты, либо бесконечно идейные люди. Либо не очень амбициозные», — говорит один из источников. И это еще один вызов — вероятно, имеет смысл оптимизировать свою разработку, сократить штат, повысить компетентность сотрудников, и платить им больше, чтобы удержать — хотя бы для модернизации существующих проектов.
Госуслуги РТ — это как татарский язык: элемент суверенитета
Одна из самых успешных, а стратегически самых болезненных историй — это Госуслуги РТ. Проект в свое время начался в Татарстане (федеральный портал появился позже), республика первой среди всех субъектов перевела все услуги в электронный вид. Но федеральный портал и региональный не могут вечно существовать параллельно, есть большая вероятность, что в конце концов унифицируется все. Для республики это событие может оказаться в одном ряду с потерей обязательного татарского в школах и отказом от должности «президент Татарстана».
«Как у дедушки Ленина: „Лучше безобразно, но единообразно“. Мы сейчас стараемся сделать не безобразно, конечно, но чтобы был стандарт, а самое главное — сделать госуслуги единообразными», — прямым текстом объявил цифровой вице-премьер РФ Дмитрий Григоренко. Для большинства регионов это хорошая новость, но не для республики. Для нового министра это может оказаться не столько технологическим, сколько политическим вызовом — как ответить на вектор федеральной централизации, не производя при этом впечатления сдачи региональных компетенций?
Хуже всего то, что потери здесь не только имиджевые: часть услуг на татарстанском портале оказывается лучше и быстрее. Так что это неизбежное в среднесрочной перспективе единообразие приведет к деградации сервиса и пользовательского опыта татарстанцев. Слияние порталов невозможно: это несовместимые технологии. Одна надежда, что команда минцифры сможет привить свои стандарты на федеральном уровне.
Усилить связь
«Задача 1859 года — наладить связь в Казани (появился первый телеграф), задача 2025 года — отключить связь в Казани», — иронизируют источники. Атаки БПЛА, сопровождающиеся неизбежным глушением мобильной связи и интернета в целях безопасности, энтузиазму людей не добавляют. Особенно возле стратегических предприятий в Авиастроительном районе. Решат ли вопрос wi-fi точки, установку которых анонсировали на Kazan Digital Week, покажет время. Но с телекомом все равно масса сложностей: оборудование подсанкционное, белые пятна на трассах никуда не исчезли, а установка базовых станций хоть и продолжается, но уже меньшими темпами.
«Сохранить инвестиции в развитие сотовой связи», — не задумываясь сформулировали сразу несколько экспертов одной из первых задач. Вызов со звездочкой еще и потому, что телеком-компании смотрят на окупаемость, а самые «жирные» участки связи все давно охватили. Тянуть оптику или ставить базовые станции в удаленных районах дорого, и без федеральных программ финансово неинтересно.
Зато минцифры может и должно проводить работу по обеспечению равного доступа операторов в жилые дома и бизнес центры. А еще создавать условия для расширения покрытия мобильной связью. В первую очередь по регламентации выделения земельных участков для размещения сооружений и линий связи, размышляют эксперты.
Стать центром ИИ-компетенций
Теоретически Татарстан имеет довольно выгодные стартовые позиции для лидерства в сфере искусственного интеллекта. В марте этого года РАНХиГС опубликовало исследование, согласно которому республика занимает четвертое место в рейтинге регионов России по потенциалу создания ИИ-технологий, уступая лишь Москве, Московской области и Санкт-Петербургу. Центры компетенций есть в Иннополисе и в КФУ, но дальше академических успехов и пилотов дело, как правило, не заходит.
В документе кабмина упоминается два прикладных кейса: «умное доение», система оптимизации процесса доения, способная снизить заболеваемость маститом на 70% и увеличить надои на 10%, и «ГосПромпт». Это платформа для републиканских чиновников, которая интегрирует искусственный интеллект в их повседневную деятельность — безопасно (данные остаются в закрытом контуре) и эффективно, благодаря выписанным промптам-запросам. Проект даже изучали и проверяли федералы и вроде как остались довольны, так что, возможно, имеет смысл предложить его всей России. Точечные разработки есть у «Камаза», «Татнефти», «Таттелекома».
Но этого мало с глобальной точки зрения. К 2030 году не менее половины предприятий республики в ключевых отраслях перейдут к использованию технологий искусственного интеллекта и «умных» устройств, сообщил Рустам Минниханов на международном форуме Kazan Digital Week. Для этого нужны специалисты — а их жесточайший дефицит по всей стране. «Нужны работающие фабрики данных. Нужны сервера и ЦОДы. Нужно железо. Нужно каким-то образом преодолеть очень высокую стоимость интеграции ИИ в существующие производства, — размышляют источники. — Минцифра может выступить катализатором этого процесса, предложив какие-нибудь инструменты, которые бы стимулировали этот массовый переход: субсидии, налоговые льготы, образовательные программы»,.
Найти пути поддержки бизнеса
Глава минцифры Максут Шадаев в конце сентября подтвердил планы правительства повысить тарифы страховых взносов для IT-компаний с 7,6 до 15% и рассмотреть отмену льготы по НДС на покупку отечественного программного обеспечения. И нельзя сказать, что отрасль встретила новости с большим энтузиазмом.
«Налоговая нагрузка растет. Демонстрировать темпы роста ИТ-отрасли станет сильно сложнее. Кто-то опять будет релоцировать компании — как в 2022 году: в условном Узбекистане-то развиваться не в пример интереснее. Патриотизм патриотизмом, а бизнес есть бизнес, ничего личного. Кто-то уйдет в тень, в серую зону, займется, допустим, криптой. Всем происходящим явно заинтересуются налоговики, подключатся силовики — вряд ли отрасли это добавит стабильности», — рисуют технологические предприниматели контуры новой экономической реальности.
Как поддержать индустрию? Кто-то считает, что надо продолжать развивать инфраструктуру. Мол, республике нужен еще минимум один ИТ-парк: если построить, все площади тут же займут. Но насколько конкурентоспособные резиденты сидят на уже существующих площадках, если вынести за скобки федеральных «дочек» и господрядчиков? Как создавать здоровую рыночную экосистему, которая бы создавала решения, востребованные на российском и мировом рынке, как выращивать стартапы и объединить усилия бизнеса и науки? Ответами на эти вопросы тоже придется заниматься минцифре. А для этого надо понять реальный ландшафт и расклад сил, честно поговорить с отраслью и выявить их боли.
«Минцифра должна стать для ИТ-индустрии консъерж-сервисом. Обслуживать ее в хорошем смысле слова, создавать среду. Помогать выбивать помещения и меры поддержки, решать бюрократические вопросы и дать айтишникам сосредоточиться на IT — это был бы отличный вклад в отрасль. Проработать механики нетворкинга», — подсказывают один из ответов эксперты.
Обзавестись союзниками
Большая проблема республиканской ИТ-отрасли… в ее раздробленности. Есть несколько центров силы: минцифры, Иннополис, бизнес, муниципалитеты, аппарат, ассоциация цифрового развития и так далее, со своими интересами, своими лоббистскими возможностями, которые иногда работают по модели «лебедь, рак и щука» и ведут свою жесткую борьбу за ресурсы. Отсутствие синергии между ключевыми устоявшимися элементами системы порой тормозит развитие республики в целом, подмечают эксперты. Если Начвину удастся заручиться союзниками в республике и на федеральном уровне, возможно будет шанс сдвинуть баланс с мертвой точки.
Отдельный вызов — работа с другими министерствами и ведомствами: цифровизация — это сквозной процесс, который неизбежно затрагивает всех. Но здесь хотя бы у нового министра после кейса с госуслугами есть накопленный опыт. Как и в федеральной иерархии: Илья Сергеевич еще до назначения был знаком с Максутом Шадаевым и плотно общался с его заместителями — по тем же госуслугам. То, насколько удастся укрепить отношения с Москвой, напрямую повлияет на взаимоотношения и с местной технологической элитой.
Полноценно запустить цифровые медкарты
Если говорить о решениях для жителей, одним из самых востребованных проектов будут цифровые медкарты. О них думают уже больше 10 лет, но до полноценной реализации так дело и не дошло. Собственное приложение с медкартой и различными медицинскими сервисами (рецептами, результатами анализов, выписками и назначениями) минздрав обещал еще в прошлом году. Помимо указанных выше функций, в нем планировалась возможность коммуникации с врачами, рекомендации по профилактике и пр. Но дальше планов дело не зашло.
Возможно, в данном случае как раз имеет смысл перенять столичный опыт, где работает отдельное приложение ЕМИАС — только для москвичей. В приложении можно прикрепиться к поликлинике, записаться на прием и на диспансеризацию, увидеть свои рецепты, направления к узким специалистам и на анализы. В разделе медкарты отображаются приемы пациента, данные результатов исследований, госпитализаций, выписок из стационаров, вызовы скорой, справки, рецепты, вакцинации и больничные. А любому врачу можно предоставить временный доступ к карте, чтобы таскать с собой груду бумаг и не вспоминать результаты всех исследований пятилетней давности.
Взяться за (микро)электронику
В условиях санкций еще один вызов — заниматься не только софтом, но и железом. Частично его закрывает ОЭЗ Иннополис, запустившая на территории бывшего «Смарт Сити» у аэропорта большую производственную площадку «Лаишево», куда приземлились уже несколько технологичных производств. Но привлекать в республику производителей железа нужно продолжать, считают спикеры.
Пару лет назад таким глобальным проектом мог стать завод микроэлектроники, появление которого горячо поддерживал Хайруллин. Но сейчас сам материнский «Элемент» не в самой простой ситуации: «Коммерсантъ» недавно писал, что АФК «Система» ведет переговоры о продаже «Сберу» своей доли в ПАО «Элемент», которое обеспечивает более 50% российского производства электронной компонентной базы. Так что конфигурация производства микроэлектроники сегодня не очень очевидная даже в российских масштабах — найдется ли альтернатива «Микрону» — покажет время.
Но есть еще один перспективный «железный» трек — роботизация и автоматизация промышленности. Бизнес не спешит с этим связываться из-за незрелости и дороговизны технологий, производители не могут удешевить и отточить качество роботов из-за небольшого количества заказов. Может быть, государство в лице минцифры как раз выступит цифровым интегратором как третья сторона?
Умные города, цифровые двойники… экстраполировать опыт Иннополиса
«Начвин может помочь в определении подходов по развитию концепции „умных городов“ в республике и созданию цифровых двойников населенных пунктов», — обращают внимание спикеры на еще один аспект цифровизации. Свежий пример: на прошлой неделе в Иннополисе презентовали цифровую 4D-модель города, которая стала в 10 раз быстрее и точнее. Площади в 2 тыс. га отображена на 258 картографических слоях с информацией о 111 тыс. объектов 64 различных классов. Уверяют, что эта модель позволит администрации Иннополиса в реальном времени мониторить обращения горожан, состояние жилых домов, парков, общественных пространств и других городских объектов и планировать развитие территории.
Опыт ИТ-города в этом и других проектах можно масштабировать на весь Татарстан. «Иногда кажется, что Иннополис — это вещь в себе, изолированная локация, оттягивающая кадры и бизнесы за 40 километров от Казани, препятствуя общему перекрестному опылению всей ИТ-системы республики», — делятся наблюдениями источники. В этом смысле, задачей минцифры может быть выстраивание прочных мостов между Иннополисом и остальной индустрией через совместные проекты и активное внедрение апробированных в городе инноваций по Татарстану.
Кадры решают все — от уроков информатики до кресла первого зама
ГУ и напоследок — важнейший вопрос по Сталину — кадровый. В официальных ведомствах назначения на ключевые должности чаще происходит по принципу личной лояльности, а не профессионализма, и перекос иногда достигает абсурдных масштабов. «Костяк минцифры на удивление профессиональный для экстралояльной команды, но и тут есть ребята, которых Хайруллину приходилось каждый понедельник активно пинать, чтобы все работало», — говорят инсайдеры. Поэтому усиление потребуется однозначно: самому становится айтишником не обязательно, но команда должна быть точно компетентная. Да и понятно, что двух заместителей — очень мало.
Есть проблемы и с квалифицированными IT-специалистами: как и везде в России перекос в сторону джунов и нехватка сильных кадров. Тем более что регион превратился в хорошо заметный и эффективный «рынок» для переманивания кадров московскими корпорациями и федеральными структурами — вроде Сбера, Тинькофф и Яндекса, перекупающего специалистов только так. Выход — в расширении воронки и работе с будущими специалистами со школьной парты. «Может быть, имеет смысл по примеру физматпрорыва обратить внимание на повышение профессионального уровня учителей информатики в школах на системной основе», — размышляют источники.
Наконец, есть еще один нетипичный вызов — нашего времени. Это создание условий для обучения цифровым профессиям и трудоустройство ветеранов СВО. «Это важно. Обучение в области IT и дальнейшая работа — выход для многих из них, особенно имеющих ранения. Об этом надо уже сегодня думать», — настаивает один из экспертов.