В Великом Герцогстве Люксембург наступают времена перемен, и дело не только в недавнем отречении от престола Великого Герцога Анри. Его сын и преемник, Великий Герцог Гийом, вместе с супругой Стефанией, похоже, намерены кардинально переписать правила монаршей жизни, взяв за образец опыт других европейских дворов, в том числе и испанского.
Первым и самым громким заявлением новой правящей четы стал их отказ следовать вековой традиции и переезжать в официальную резиденцию монархов – замок Кольмар-Берг. Это величественное здание, расположенное в живописной долине реки Альзетт, с 1964 года служило домом для правящей семьи. Однако Гийом и Стефания решили, что блеск и официоз огромного дворца не соответствуют их представлениям о семейном уюте. Они предпочли остаться в замке Фишбах, окруженном природой, где, по их мнению, созданы идеальные условия для воспитания их сыновей, принцев Шарля и Франсуа.
Впрочем, Фишбах – это лишь временное пристанище. В своем официальном обращении, опубликованном 17 июля, пара поделилась куда более амбициозными планами. Они намерены построить современный и уединенный жилой флигель на территории того самого поместья Кольмар-Берг. В заявлении Гийом подчеркнул, что как будущий глава государства и как отец он видит своей задачей найти баланс между служением нации и семейной жизнью. Он выразил убеждение, что для правильного развития и подготовки к будущим обязанностям их дети должны расти в максимально приватной и теплой домашней атмосфере, а не в казенных залах официальной резиденции.
Такой подход может показаться революционным для консервативного Люксембурга, но он идеально вписывается в общеевропейский тренд, заданный монархами нового поколения. И здесь нельзя не провести параллели с Испанией. Король Фелипе VI и королева Летисия уже много лет назад сделали похожий выбор. Вместо того чтобы занять апартаменты во дворце Сарсуэла, где до сих пор проживает королева София, они остались в так называемом «Павильоне принца» – более компактном и современном доме на территории того же комплекса. Именно там, вдали от излишнего внимания, выросли их дочери – принцесса Леонор и инфанта София.
Испанский пример не единственный. По другую сторону Ла-Манша британский король Карл III после восшествия на престол не спешит перебираться из своего уютного Кларенс-хауса в помпезный Букингемский дворец, который всегда был официальной резиденцией суверена. Все это говорит о глобальном сдвиге в сознании европейских монархов. Они больше не хотят быть заложниками протокола и старинных традиций, когда речь заходит о самом главном – о семье. Выбор люксембургской четы лишь подтверждает: современная монархия стремится стать ближе к людям, демонстрируя, что королевские обязанности вполне совместимы с простыми человеческими ценностями.