Конец сентября ознаменовался перестановками в руководстве Казахстана. Пожалуй, самое заметное кадровое решение президента Токаева – назначение нового министра иностранных дел и перемещение старого на позицию помощника главы государства. Но эта замена вряд ли сильно скажется на отношениях Москвы и Астаны.
Касым-Жомарт Токаев занялся кадрами вскоре после возвращения из Нью-Йорка с Генассамблеи ООН, куда его сопровождал тогда ещё действующий глава МИДа Мурат Нуртлеу. По мнению некоторых наблюдателей, этот визит совершенно не задался – по крайней мере президент Казахстана так и не встретился с Дональдом Трампом. Дескать, именно поэтому Нуртлеу потерял должность, а посол среднеазиатской республики в США Ержан Ашикбаев был отозван.
В такой оптике кажется логичным, что следующим министром иностранных дел Казахстана стал Ермек Кошербаев, в 2020–2023 годах работавший послом в России, а затем, прежде чем переместиться в кресло вице-премьера, руководивший Восточно-Казахстанской областью, более трети населения которой составляют русские. Кажется, налицо признаки того, что Астана снова взяла курс на конструктивное сотрудничество с Москвой, в последние недели явно осложнившееся из-за ситуации на границе.
Где-то с середины сентября начали поступать сообщения об образовании гигантских, в тысячи фур, очередей на въезд в Россию. Чуть менее масштабные пробки наблюдаются и на выезд из нашей страны. Перевозчики объясняют коллапс ужесточением досмотровых мероприятий, предполагая, что таким образом активизировалась борьба с серым импортом. Однако можно здесь разглядеть и некую реакцию на действия Казахстана, в июле вдруг замедлившего прохождение российских грузов через свою границу. Казалось бы, подобные инциденты вряд ли возможны между государствами – участниками Таможенного союза ЕАЭС, но они тем не менее становятся чуть ли не регулярными. И хороший вопрос: окажется ли способен Кошербаев с его знанием российских реалий повлиять на то, чтобы логистическая – или всё же политическая – проблема получила не временное, а постоянное решение?
Теперь что касается сторонника сближения с Западом Нуртлеу, служившего министром иностранных дел с 2023 года и теперь назначенного помощником президента по международному инвестиционному и торговому сотрудничеству. На самом деле этот функционер по-прежнему входит в ближний круг Токаева, остаётся одним из наиболее доверенных его лиц и, очевидно, по-прежнему может влиять на внешнеполитические манёвры Казахстана, более того – непосредственно их планировать. Кажется, о совсем недавних неприятностях всем чиновникам предлагается накрепко забыть.
В начале сентября казахстанское издание Orda распространило информацию о задержании Нуртлеу, якобы случившемся на следующий день после возвращения министра с саммита Шанхайской организации сотрудничества. Власти, равно как и сам глава МИДа, эти сообщения категорически опровергали, однако СМИ продолжали настаивать на своей версии событий. Как бы то ни было, нельзя не обратить внимания на следующее совпадение: предполагаемое задержание Нуртлеу и его нынешнее перемещение в помощники происходили непосредственно после заграничных командировок то на Восток, то на Запад. Так где же именно у Казахстана находятся центры принятия решений?
Данияр Ашимбаев, политолог
– Казахстанская традиция подразумевает, что влияние человека далеко не всегда связано с занимаемой должностью. Есть люди, которые занимали высокие посты, но ни на что не влияли. Есть люди, которые занимали в принципе низкие посты и влияли на всё. То есть это, скажем так, формальное понижение. Должность помощника президента подразумевает постоянное присутствие в ходе международных визитов. Это очень близкий пост. И заметьте, Нуртлеу – один из ближайших и самых опытных людей в команде президента. Он работает с ним уже больше 20 лет – и в МИДе, и в Женеве, и в сенате, и в АП. Тем более президент демонстративно оставил его в команде. Это не связано ни с изменением внешней политики страны, ни с изменением приоритетов. Тем более главным дипломатом в Казахстане является не министр, а сам президент.