Однажды в Тбилиси.
Быть гениальным во всем практически невозможно. Конечно, есть в мире единицы, которым одинаково хорошо удается, например, играть в театре и писать научные диссертации. Но все-таки это очень и очень редкие исключения из правила.
Ирина Роднина — легендарная фигуристка, имя которой знают во всем мире, ее достижения вряд ли когда-нибудь кто-то повторит (3 золота ОИ, 10 побед на ЧМ, 11 викторий на ЧЕ). Но как хороша была чемпионка на льду, так же плохо ей удавалось пение.
«Я больше похожа на маму. Единственное, что нас с ней отличает, — мама была потрясающая певунья, все время пела. У меня же ни слуха, ни голоса», — рассказывала Роднина в своей книге «Слеза чемпионки».
В середине семидесятых весь мир уже знал о силе пары Ирина Роднина/Александр Зайцев, они выигрывали все подряд. И однажды их пригласили выступить с показательными выступлениями в Грузию.
«Там был маленький каточек. Первый ряд сидел ниже арены, то есть у них лица оказались чуть выше уровня льда. Слишком маленький каток для нас с Зайцевым, чуть ли не треть от нормального. Я весь прокат думала, как бы кому-нибудь не испортить физиономию. Тем более что это Кавказ, и в первых рядах сидят самые уважаемые люди. В первый день мы с Зайцевым не катались, а буквально ходили по этой площадочке, демонстрируя какие-то поддержки. Если вы были в Тбилиси, то и рассказывать ничего не надо. Если не были — не поверите. Мы выходили с катка, у служебного входа стояла кавалькада машин. Каждого, кто после своего выступления освобождался, тут же сажали в одну из машин и куда-то отвозили. Поздно ночью мы собирались в гостинице. Кто с кем у кого в каких гостях был, разобраться невозможно. На второй день нам кататься было легче, площадка уже не казалась такой маленькой, а на третий день выяснилось, что на ней полно свободного места.
Зайцева от нас куда-то увезли, мы с Надей Горшковой оказались в чьем-то доме. После выступления всегда хочется пить. Только уселись — прямо перед нами стоит глиняный кувшинчик. В нем то ли сок холодный, то ли морс. Мы же не знали, дурочки, что это молодое вино. Нетрудно себе представить, в каком мы оказались состоянии. В доме, к несчастью, кроме этого шикарного стола и людей, сидящих за ним, из которых мы никого не знали, еще стоял рояль. Мы вышли с Надей к роялю и там заголосили: «А, мама? Мама, мама, люблю цыгана Яна». Позже выяснилось, что мы оказались в доме ректора консерватории, а в гостях у него помимо нас было руководство детского хора из Одессы, который гастролировал в это время в Тбилиси. Утром я поняла: лучше будет, если я никогда в жизни не буду петь!», — писала Роднина в своей книге «Слеза чемпионки».
В материале использовались цитаты из книги Ирины Родниной «Слеза чемпионки»