В 1930 году советская власть решила предоставить льготы бывшим красногвардейцам и красным партизанам, участвовавшим в борьбе с противниками красных в 1917 - 1922 годах. Сохранившиеся личные дела на получение этих льгот дают уникальный материал для изучения своих прадедов - участников непростых событий в стране того времени.
Сам я случайно обнаружил личное дело прадеда Лобанова Андрея Лаврентьевича на оформление льгот, как бывшему красногвардейцу.
Вот как это было. В процессе сбора и изучения сведений о прадеде, у меня образовали пробел в его биографии за период с 1917 до 1940-х годов.
Из рассказов родственников я понял только одно, что он «он постоянно где-то воевал и дома почти на был».
Исчерпав все возможные способы поиска дополнительных сведений о прадеде, я тупо набрал в поисковой строке Яндекса его фамилию, имя и отчество и … вот чудо - в результатах поиска выдаётся надпись «Личное дело красногвардейца Лобанова» со ссылкой на сайт Госкаталог.
На Госкаталоге обнаружил, что такое личное дело хранится в Саткинском краеведческом музее. Причем на сайте имелись несколько отсканированных листов из этого дела, но было видно, что дело представлено на сайте не в полном объеме.
Начал искать на Госкаталоге другие документы в фондах этого же музея. В итоге нашел личное дело на брата жены прадеда - Печенкина Василия Ивановича и родного брата прадеда - Лобанова Якова (правда дело оформлено на основании заявления его вдовы на получение льгот). Кроме того, в музее в наличии были сотни похожих дел на других бывших красногвардейцев. Во многих делах даже были фотографии.
В группе Саткинского краеведческого музея во ВКонтакте я попросил выслать мне на электронную почту дело на моего прадеда в полном объеме. На эту просьбу получил быстрый отклик и уже через пару дней скан дела был уже у меня. За что большое спасибо работникам Саткинского музея!
И так, что представляет из себя это дело. В нем подшиты: опись к делу, удостоверение на льготы, анкета, автобиография, заявления на рассмотрение вопроса получения льгот, выписки из протоколов комиссии по установлению льгот, справки.
К сожалению, в удостоверении на получение льгот фотография отсутствовала, причем а деле содержится информация о том при каких обстоятельствах фото из удостоверения было вырвано, но об этом чуть позже.
Далее изучаю анкету и автобиографию - это два почти идентичных документа, на формализованных бланках, содержащих ответы на вопросы: ФИО, дата рождения, национальность, партийность, когда и где вступил в Красную гвардию, краткие сведения об участии в боях, по каким причинам выбыл из Красной гвардии.
Из анкета и автобиографии узнаю следующее: прадед в марте 1918 года вступает в Саткинский отряд Красной гвардии. В мае 1918 года вступил в бой в Месягутово, пришлось отступить до Сулии, потом опять стали отступать, окончательно отряд разбили в Юрюзане (здесь возможно речь идет о боях с белочехами).
В 1918 году был арестован под Усть-Катавом и отправлен в Уфу и далее в Иркутск. Находился в лагере Колчака.
Освобожден в феврале 1919 года.
Вот такой непродолжительный боевой путь прадеда кратко описан в вышеуказанных документах.
Из документов дела видно, что заявление прадеда об установлении льгот, как бывшему красногвардейцу в 1931 году удовлетворили и льготы установили и даже выдали временное удостоверение на льготы и потом постоянное в красной корочке (в котором вырвано фото).
Но, изучая последующие документы в деле, выясняется, что спустя 2 года после установления льгот, прадеда повторно вызывают на комиссию по установлению льгот и объявляют, что его заслуги перепроверили, признали их недостаточными и поэтому он лишается льгот.
После этого прадед пишет ряд повторных заявлений, где просит пересмотреть решение об отмене ему льгот, в заявлениях дополнительно указывает сведения о своем участии в Красной гвардии, подкрепляет заявления подписями свидетелей - его сослуживцев, но…. всё тщетно.
В протоколе комиссии по установлению льгот от 1933 года вынесено окончательное решение: «Участие товарища Лобанова в отряде Красной гвардии считать малозначительным, принимая во внимание что во время выступления Чехов на отряд он ушел домой, потом добровольно служил в караульной команде у Колчака….».
Вот это поворот! Кто-то под прадеда капнул очень сильно, либо просто оговорили. По версии прадеда - он был в плену у Колчака, а по версии комиссии - добровольно служил в караульной команде Колчака. Так-то по-идеи за службу на врага советской власти полагался расстрел, но прадеду всего лишь отказали в льготах. Так значит точно какой-то поклеп, чтобы была причина отказать в льготах - я такой сделал для себя вывод. Как было на самом деле пытаюсь выяснить, но шансы найти правду крайне малы.
И теперь в качестве вишенки на торте, как говорится - помните я в начале статьи писал про вырванную фотографию в удостоверении на льготы? В протоколе комиссии, где прадеду окончательно отказали в льготах, есть дописка от руки: «При личной явке 15.10.1933 года Лобанов от апелляции решения отказался, вырвав из дела и билета (так называлось удостоверение) фотокарточку».
Прочитав эти строки, в голове у себя я представил реальную картину произошедшего диалога Лобанова с членами комиссии.
Примерно, я думаю, его слова звучали так: «Я вот лично за Советскую власть грудью стоял, товарищей терял, сам чудом выжил. А вы где шлялись, пока мы кровь проливали? Теперь, когда вдруг снова потребуется оружие брать, кто выйдет в бой: вы, уважаемые начальники, или те самые парни, которым вы без зазрения совести плюнули в душу, отказывая в компенсации за страдания и жертвы, принесённые ради вашей власти?».
Зная характер своего отца, который наверняка впитал дух своего деда , я не сомневаюсь, что мой прадед, сказал именно так.
Спасибо за прочтение!
Подписывайтесь на канал!