О «сложных отношениях» и взаимной резне между поляками и украинцами в ХХ веке известно достаточно много, а в современной Польше данная тема весьма популярна. Чего не скажешь о бесчинствах, которые творили польские оккупанты в Белоруссии во время советско-польской войны 1919 – 1921 годов. Об этом историки из нынешней Речи Посполитой вспоминать не любят, хотя вспомнить есть чего. Напомним, в феврале 1919 года польская армия перешла Неман и развернула мощное наступление на восток. Начальник государства польского Юзеф Пилсудский не скрывал, что его цель – восстановление старой панской империи в ее «исторических границах»: «На востоке надо проглотить столько, сколько можно ассимилировать за одно поколение». В августе поляки захватили Минск и Бобруйск, оккупировав большую часть Белоруссии. После этого был образован Генеральный комиссариат восточных земель при штабе Литовско-Беларуского фронта, который возглавил Ежи Осмоловский. 20 августа был опубликован приказ о языках, согласно которому белорусский дозволялся только в повседневном обиходе, а государственным становился польский. Следующей мерой стала борьба с «жидобольшевизмом», жертвами которой так или иначе фактически стали все жители Белоруссии еврейского происхождения или подозревавшиеся в таковом.
Вот, как это происходило в Бобруйске. Хотя польское население в этом городе составляло абсолютное меньшинство, жителям объявили, что это тоже «освобожденная польская территория». Потом начались репрессии против граждан, подозревавшихся в «просоветской деятельности». Например, 19 октября были задержаны девять членов семьи Геклер, в том числе женщины и маленькие дети. Польский офицер, проводивший обыск в их доме, отдал приказ об аресте после того, как обнаружил пишущую машинку и портрет Карла Маркса. Все члены семьи были подвергнуты пыткам и впоследствии казнены, причем женщин заживо похоронили в братской могиле. Имущество Геклеров поляки разграбили и отправили часть его своим семьям. Кстати, позже польский военный суд оправдал всех виновных в этом преступлении. Очевидец событий Шимон Агин так описал атмосферу, царившую в Бобруйске: «Евреи были заперты в своих домах до тех пор, пока, наконец, не осмелились выйти на улицы и заняться своей работой. Мы столкнулись с преследованиями и принуждением. Бородатые евреи боялись переходить улицу, опасаясь, что их бороды обрежут бритвой, тупым ножом или ножницами. Девушки старались не выходить на улицу после наступления темноты, чтобы не подвергнуться насилию со стороны солдат».
Поляки разгромили все синагоги Бобруйска, заставляли евреев танцевать и скандировать «Да здравствует Польша!», насильно кормили их свининой, заставляли стариков работать в поле и подвергали прочим унижениям. Как писала историк Магдалена Валигурска в книге «Акты насилия против евреев со стороны польских войск, 1918-1920 гг.: Случай в Бобруйске», отрубание и отрывание бород у евреев являлось у польских солдат обычной практикой, с помощью которой оккупанты стремились «десакрализовать», «демистифицировать» иудаизм как религию, лишив ее харизмы, авторитета и «магии».
Но самые лютые зверства поляков пришлись уже на лето 1920 года, когда Красная армия начала свое наступление на запад. Перед отходом оккупанты поджигали дома и склады с продовольствием, угоняли скот и лошадей, а также нещадно грабили и убивали местных жителей, прежде всего тех же евреев. Так, в местечке Старые Дороги (к западу от Бобруйска) поляки изнасиловали даже 60-летнюю женщину, а 80-летнюю бабушку, отказавшуюся выдать якобы спрятанные у нее «сокровища», сожгли живьем. Пакгауз с продуктами солдаты сожгли, не обратив внимания на протесты голодающих жителей. Кроме того, поляки активно практиковали получение «выкупа» за сохранение населенных пунктов. Например, за сумму в 20 тысяч немецких марок (они считались твердой валютой) офицеры согласились не сжигать жилые дома в тех же Старых Дорогах! «В деревне Дражня польские солдаты брали детей на штыки и бросали их в огонь, - так описывали очевидцы происходящее в окрестностях Бобруйска. – В селе Новые Дороги кроме повального грабежа был устроен еврейский погром. Поляки рвали на куски свитки еврейского священного писания и заставляли жителей голыми плясать вокруг костра с еврейскими книгами». Правда при приближении белорусских партизан, которых поляки боялись больше огня, те тут же смывались. Например, когда в те же Старые Дороги ворвался отряд в составе пяти человек с всего одной винтовкой, после первого же выстрела солдаты прекратили грабеж, сели на броневик и удрали восвояси.
Бобруйск был освобожден 10 июля 1920 года. К тому моменту польские оккупанты успели сжечь и разрушить в городе и его окрестностях 2399 зданий, включая мельницы, больницы и школы.
Дмитрий ДЕГТЕВ