В 1793 году Великая французская революция одержала окончательную победу: аристократов, не успевших бежать, убивали – иногда быстро и обыденно, иногда торжественно, на городской площади, после суда, перечислив все преступления против граждан свободной Франции. Король был гильотинирован, королеву Марию-Антуанетту отправили в тюрьму, разлучив с детьми. Вот здесь и появился Антуан Симон, которого назначили наставником (тюремщиком?) Луи Шарля (будущего Людовика XVII). Мальчик родился в 1785 году в Версале и стал наследником престола после смерти в 1789 г. старшего брата.
С ранних лет юный наследник проявлял поистине королевский характер. Он был активным, смышлёным мальчиком, (читать научился за месяц – пообещал матери, а в 7 лет говорил по-итальянски и на латыни), нередко демонстрировал силу воли и гордый нрав – наверно, он рано понял, что будет королём, но при этом был отзывчив к чужому горю: посетив приют для детей-сирот, очень переживал и собирал для детей деньги среди придворных.
Мать-королева писала о нём: «Это очень добрый и чувствительный ребёнок, он очень хочет быть хорошим, но это не всегда ему удаётся… Любит выдумывать то, чего нет (фантазировать)… Всем хорошим, что достается ему, спешит поделиться с сестрой… Обожает всё красивое… Всегда выполняет то, что обещал… Иногда очень упрям – предпочитает принять наказание, но не просить прощения».
Антуан Симон, бывший сапожник, неудачливый ресторатор, не имевший ни образования, ни особых талантов, в революцию обнаружил свой главный дар: непреклонность к врагам свободы. Его заметил Марат, которому понравился решительный человек из народа, и сапожник был назначен комиссаром Коммуны. Его суд был быстр и беспощаден, к смерти он приговаривал целые семьи аристократов. Когда королевского отпрыска привели к нему, Антуан преисполнился желания воспитать мальчика, весёлого и жизнерадостного, в духе революции, но вскоре потребовалось бόльшее.
Общий замысел был прост и крайне отвратителен: королева публично должна была признаться в предательстве Франции, в разграблении «народного достояния» – но это не всё. Решено было вызвать к очаровательной женщине, которая и в камере оставалась милой и обаятельной, полное отвращение народа. Всё-таки это Франция, отрубить голову красивой женщине, да ещё и королеве, непросто.
Сам Антуан придумал такой поворот процесса или ему подсказали более опытные комиссары, неизвестно, но от мальчика требовалось подтвердить на суде, что его мать устраивала развратные оргии, в которых заставляла принимать участие и своего сына – смысл был понятен: красивую королеву можно пожалеть, но развратную мать, которая и ребёнка развращала, можно только презирать!
Антуан запирал восьмилетнего мальчика в тёмную камеру, морил голодом и жаждой, насильно поил вином – нужно было сделать его послушным чужой и злой воле, но мальчик сопротивлялся отчаянно, и тогда его переселили в лачугу, бывшую прежде домом сапожника Антуана.
Антуан Симон пил сам и поил мальчика, откровенно избивал, заставлял мыть себе ноги – что он ещё делал, неизвестно, но перепуганный ребёнок согласился повторить всё, что от него требовали.
Комиссар (или всё же сапожник?) сообщил в Коммуну, что ребёнок готов подтвердить, что Мария Антуанетта развращала собственного ребёнка.
Допросы на суде начались в присутствии публики, королева с презрением отвергла все обвинения, но мальчик, оглядываясь на комиссара Антуана, подписал клеветнические показания, и Мария Антуанетта была казнена 16 октября 1793 года.
Комиссар Антуан Симон через полгода был обвинён в предательстве революции и отправлен на гильотину. Маленький наследник французского трона был тоже обречён – Луи Шарль (возможный Людовик XVII) тихо умер под надзором новых антуанов в 1795 г.
Чтобы успокоить современных отчаянных «революционеров», которые готовы оправдать казнь женщины только потому, что она королева, сообщу, что знаменитую фразу: «Если у крестьян нет хлеба, пусть едят бриоши», – (у нас это слово перевели, как пирожные), Мария Антуанетта НЕ произносила.
Фраза про пирожные и принцессу произнёс Жан-Жак Руссо, который умер более чем за 20 лет до Французской революции, он сам в «Исповеди» вспоминал, как одна принцесса сказала, когда ей сообщили, что у крестьян нет хлеба: «Пускай едят бриоши». (Бриоши – сладкая булочка из сдобного теста).
Руссо, «выдающийся деятель Просвещения», вместе с единомышленниками делал всё, чтобы вызвать у масс отвращение и ненависть к прошлому, которое «просветители» изображали временем, наполненным мерзостями, жестокостями и насилием – именно «просветители» расписывали жестокости инквизиции, которая якобы губила десятки тысяч ни в чём не повинных людей, это они придумали истории о безжалостных рыцарях, которые сами пользовались правом «Первой ночи» (что ложь), а сами надевали на несчастных жён «пояс верности» (которого никогда не было – в музеях демонстрируют поделки XIX века, чтобы привлечь туристов), и нет такой гадости, которую они ни приписывали бы дворянству и аристократам. Да, у высшего света было много дури, глупости и подлости, но Великая революция всех превзошла.
А история про принцессу и голод заимствована Руссо у китайцев: когда императору династии Цинь сообщили, что народу не хватает риса, тот ответил: «Почему бы им тогда не питаться мясным фаршем?»
Не виновата Мария Антуанетта!