Третий из запомнившихся мне случаев, произошел уже через несколько лет. Работал уже на «форде» и выехал с 10 подстанции где дислоцировались. Вызов звучал так: « Платформа Ланская, в сторону города, мужчина, из под поезда. Встречают.» Помчались к Ланской, благо недалеко, вышли на платформу – никого, ни тела, ни встречающих. Вдоль путей, на сколько хватает глаз, в обе стороны чисто. Заскочили к ж/д кассам, там тоже не в курсе. Уточняем по рации адрес: – тот же, что и был, вот ведь незадача. Шутников еще не хватало. Решили для очистки совести, вдоль путей проехать, может под насыпью где лежит, а насыпь там крутая, высокая – метра четыре! И вдруг видим навстречу бежит мужик, руками машет, и пар от него столбом! Забыл сказать, что это зимой было, так что снег, морозец легкий, и прочее. Взяли этого мужика в машину, а он рукой сторону железнодорожного моста, над Ланским шоссе показывает. Метров семьсот от платформы. Конечно пришпорили, и через минуту были на месте! С медицинской сумкой и плащевыми носилками, оскальзываясь, чуть ли ни на каждом шагу, вскарабкались наверх. На насыпи, рядом с путями лежит молодой человек, в черной кожаной «косухе» и в «вареных» джинсах, на ногах высокие «берцы». Живой, хоть и бледный. Бубнит чего-то, плачет. Левая нога под немыслимым углом загнута. Крови на снегу нет. Времени на раздумья тоже никакого нету, можно и самим невзначай, под паровоз угодить! Поэтому бедолагу, быстренько на носилки переложили, и как на салазках, с крутого заснеженного откоса, к машине скатились, и так же быстренько загрузились внутрь. Вот теперь и осмотреть пациента можно, и помощь оказать, без суеты. Работа нашлась всем. В тесноте салона, доктор осматривает, один фельдшер, «наркоту» в шприц набирает, а я порю ножницами штанину на пострадавшей ноге, от щиколотки до паха.
Глазам открывается бесформенная мешанина, из рваного мяса, сгустков крови и отломков костей, от практически не пострадавшего армейского «берца», из него из подошвы только гвоздики повылезали, до нижней трети бедра. Все это перемолотое хозяйство едва держится на двух сухожилиях и на изжеванном мышечном лоскуте. Спасать тут нечего. Доктор выглядывая из-за плеча фельдшера, пунктирующего яремную вену, командует мне: – Режь!
Тут надобно дать небольшое пояснение: - железнодорожное колесо жутко тяжелое и перемалывая живую плоть, мозжит и сдавливает артерии и вены, плюс болевой шок, резко понижающий кровяное давление, поэтому кровотечения может и не быть, но это продолжается очень недолго, и стоит только артериальному давлению, мало - мальски подняться, кровь хлестанет как из крана!
Накладываю резиновый жгут на бедро, беру хирургические ножницы, примериваюсь и режу! Скидываю ненужную теперь конечность на пол, и в этот момент, у меня за спиной открывается каретная дверь, и я слышу: - «Ну что тут у вас? Затем, тонкий всхлипывающий стон, и звук падения массивного тела. Поворачиваюсь, и через открытую дверь вижу тела двух милиционеров, картинно лежащих на снегу. Обморок! Ржём всем составом, по моему даже пострадавший улыбнулся!
Доктор вышел спасать представителей закона, и захлопнул дверь, а мы с вторым фельдшером, наладили капельницу, обработали культю, и наложили давящую повязку. В процессе, спрашиваю у чудом оставшегося в живых молодого человека, какого это рожна он на путях делал? И получаю вполне ожидаемый ответ, типа погулять вышел. Ничего себе погулял! Свезли его в Военно Полевую Хирургию без осложнений в пути, сдали в шоковую и отбыли восвояси.
Вечером из теленовостей узнаем, что военные чудо - хирурги, спасли пострадавшему его молодую жизнь, оставив верхнюю треть бедра, о нас конечно же ни слова, да и слава тебе господи. Да и о чем говорить: - Давно всем известно, что о скорой или плохо или ничего!
А морали здесь никакой нет. Есть жгучее желание тыкать всех пренебрегающих собственной жизнью, мордой в такой вот вышеописанный фарш. Но боюсь, что и это бессмысленно. Как плевали они на все, так видимо и будут.
Подписаться на Пикабу Познавательный. и Пикабу: Истории из жизни.