Рад вас снова приветствовать, дорогие читатели! Казалось, что наш рассказ об Американо-мексиканской войне не кончится никогда, но в жизни так не бывает. Общими усилиями мы, наконец, добрались до последней (ну почти) главы нашего сериала. Мы посмотрели на развитие Соединенных Штатов и Мексики в первой половине XIX века, подробно разобрали причины и предпосылки этого противостояния и прошли весь славный боевой путь с армиями Закари Тейлора и Уинфилда Скотта. А в прошлый раз мы даже заглянули немного в будущее и узнали, какие поистине судьбоносные последствия имел этот конфликт для Америки. Нам осталось всего лишь подвести итоги и вынести из событий тех далеких лет важные для нас уроки. И в первую очередь мы, естественно, поговорим о том, какова была цена той войны.
Счет мясника
Общие потери Соединенных штатов в Мексиканской войне оцениваются примерно в 19 тысяч человек. Из этого числа менее половины приходится на боевые потери - около 3500 убитых и 4100 раненых. Остальные 11 с лишним тысяч умерли от разнообразных болезней, которые неизменно сопровождали армию на марше или в полевом лагере. В общем, такое соотношение является довольно типичным для войн того времени и не должно вызывать удивление. Представление людей об инфекциях еще было крайне смутным, а большинство солдат, особенно добровольцев, было в принципе не знакомо с правилами гигиены. Даже рытье отхожих мест было для волонтеров непривычным занятием, и печальные последствия не заставили себя ждать. Нередки были случаи, когда солдаты стирали свои вещи в том же месте, где набирали воду, и результатом были массовые отравления и кишечные заболевания. К тому же, Мексика на тот момент была рассадником разнообразных эндемичных болезней, самыми опасными из которых являлись малярия и желтая лихорадка. Никакого другого способа борьбы с ними, кроме как быстрее покинуть зараженный район, тогда не существовало.
Полевая хирургия также находилась на далеком от современных стандартов уровне. Ранение в конечность зачастую означало ампутацию, а попадание пули в грудь или живот почти со стопроцентной вероятностью приводило к летальному исходу. Отсутствие практики дезинфекции инструментов также резко повышало шансы несчастного подхватить какую-нибудь инфекцию в госпитале, с чем его ослабленный организм мог уже и не справиться. Необходимо отметить и тот факт, что анестезия в это время только начинает появляться, и большинство операций проводилось без какой-либо седации пациента.
Напоследок стоит сказать, что все вышеназванные проблемы усугублялись и тем, что медицинская служба армии США находилась еще в зачаточном состоянии. Медицинский департамент был очень мал, и армии приходилось нанимать гражданских специалистов ,квалификация которых могла очень сильно отличаться. Надо отдать американцам должное - они сумели сделать из этой ситуации соответствующие выводы, и во время Гражданской войны в США произойдут серьезные позитивные изменения в организации военной медицины, такие как развертывание мобильных полевых госпиталей, создание станций первой помощи, применение анестезии и разработка программ обучения для армейских хирургов.
Все вышесказанное можно с полным правом отнести и к мексиканской армии, разве что ситуация там благодаря царившей в ней атмосфере бардака и разгильдяйства была, пожалуй, еще хуже. Несколько улучшало положение только то обстоятельство, что мексиканские солдаты, более привычные к местному климату и имевшие иммунитет ко многим болезням, чуть реже страдали от эндемичных заболеваний. Тем не менее, многие мексиканские врачи вполне осознавали весь масштаб стоявших перед ними проблем и как могли старались помочь своим пациентам. Особенно стоит отметить заслуги главного хирурга мексиканской армии бельгийского эмигранта Педро ван дер Линдена, который внедрял передовой опыт европейской полевой хирургии на мексиканской земле и лично проводил операции во время сражений.
Что же касается общих потерь мексиканской армии, то их оценить довольно сложно. Считается, что они составили не менее 35 тысяч человек, из которых 5 тысяч погибло от различных причин, 20 тысяч было ранено и примерно 10 тысяч пропало без вести. Многие исследователи считают эту цифру сильно заниженной и называют количество убитых в 20 или даже 25 тысяч. Проверить эти данные практически невозможно, но можно предположить, что в это число входят и потери среди гражданских, особенно во время многочисленных восстаний и беспорядков, которые сотрясали страну в условиях войны.
Скажем пару слов и об ущербе для экономик обеих стран. Затраты Соединенных Штатов на ведение войны составили не менее 140 миллионов долларов плюс 18 с лишним миллионов на выплату Мексике компенсаций по условиям Договора Гуадалупе-Идальго. В сегодняшнем эквиваленте это равнялось бы сумме примерно в 5 миллиардов. Это были достаточно серьезные потери, и американцам пришлось вновь увеличить сумму внешнего долга, который, казалось бы, еще недавно был сведен в ноль президентом Джексоном. Однако надо понимать, что долговременные выгоды от приобретения столь обширных земель с лихвой окупили эти издержки, которые к тому же меркнут по сравнению с тем, что потеряла страна во время Гражданской войны.
Точная сумма мексиканских финансовых потерь исчислению не поддается. Определенно утверждать можно лишь одно - страна, и до войны не вылезавшая из перманентного экономического кризиса, после нее окончательно превратилась в полного банкрота. Компенсации, полученные в результате потери территорий, и близко не покрывали тех расходов, что пришлось понести во время боевых действий и гражданских беспорядков. Ущерб, нанесенный промышленности, сельскому хозяйству и добывающей отрасли, был просто колоссальным. Президент Херрера сумел на короткое время стабилизировать ситуацию, но уже спустя несколько лет все вновь вернулось на круги своя. Только после изгнания французских интервентов в 1867 году страна встала на долгий путь восстановления и благодаря усилиям президентов Бенито Хуареса и Порфирио Диаса смогла, наконец, преодолеть последствия бездарного управления, а также бесконечных войн и революций.
Забытая война
В прошлой главе мы уже довольно подробно разобрали, какие колоссальные последствия имела Мексиканская война для Соединенных Штатов. В рамках этого конфликта Америка получила территории, само существование которых стремительно ускорило падение страны в пучину кровавой междоусобицы. Однако несмотря на всю ее значимость для дальнейшей истории США, она во многом находится на периферии американского общественного сознания. Это неудивительно - ведь именно последовавшая за ней Гражданская война практически полностью вытеснила из памяти американцев события 1846-1848 годов. Мексиканская кампания, со своими скромными масштабами и потерями, оказалась лишь бледной тенью той грандиозной бойни, что ожидала американскую нацию всего 13 лет спустя. И действительно, за всю войну через американскую армию прошло в общей сложности 116 тысяч человек, причем большинство из них даже ни разу не поучаствовало в боях. Для сравнения - размер одной лишь федеральной Потомакской армии во время сражения при Фредериксберге достигал 122 тысяч. Если говорить о потерях, то разница будет еще более впечатляющей - вся американская армия за два года потеряла в Мексике 19 тысяч человек, в то время как та же Потомакская армия за три дня Гетисберга не досчиталась 23 тысяч солдат.
Однако скромный размах боевых действий отнюдь не отменяет их значимости. Это в полной мере осознают многие американские историки и исследователи, которые в своих работах все чаще обращаются к опыту Мексиканской войны. И в первую очередь они, конечно, отмечают то влияние, что оказал этот конфликт на ход и исход сражений войны Гражданской.
Сражения в Мексике стали первым серьезным испытанием для целой плеяды выдающихся офицеров, которые впоследствии возглавят войска Союза и Конфедерации. Улисс Грант и Роберт Ли, Джордж Мид и Томас Джексон, Уильям Шерман и Джозеф Джонстон, а также Джеймс Лонгстрит, Джордж Пикетт, Пьер Борегар, Джон Седжвик и другие военачальники Гражданской, несть им числа - все они впервые понюхали пороху на службе в армиях Закари Тейлора и Уинфилда Скотта. Уроки, полученные в ходе мексиканской кампании, в полной мере пригодились им в дальнейшем. И надо сказать, что их командиры дали им отличный пример для подражания.
Анализируя ход операций в Мексике, невозможно не отметить выдающееся достижение Уинфилда Скотта. Старый Ворчун провел великолепную кампанию против Мехико - он осуществил сложнейшую высадку в Веракрусе, прошел всю центральную Мексику, одержал несколько блестящих побед над превосходящими силами и в итоге захватил крупнейший город Западного полушария. Он не побоялся отрезать себя самого от снабжения и, пользуясь исключительно имеющимися в распоряжении скромными ресурсами, успешно решил все стоявшие перед ним задачи. Несмотря на враждебное к нему отношение со стороны президента и военного департамента, а также недопустимые поступки некоторых его подчиненных, он в очередной раз доказал, что является одним из лучших полководцев в американской истории. Герцог Веллингтон, который ранее считал, что Скотт сошел с ума, и его стратегия обязательно приведет его армию к гибели, в конце войны признал свою ошибку, назвав его кампанию "не имеющей аналогов в анналах военного искусства", а его самого - "величайшим из живущих ныне солдат". Согласитесь, такая высокая похвала от самого Железного Герцога что-то да значит. Не менее лестно отзываются о нем и современные исследователи. Военный историк генерал Джон Эйзенхауэр как-то сказал, что Скотт "пожалуй, самый способный командир, который когда-либо был в нашей стране".
Примененные им в Мексике стратегические и оперативные решения нашли свое отражение в приемах, которыми воспользовались его бывшие подчиненные много лет спустя. В блестящей победе Роберта Ли при Ченселлорсвилле явно угадывается влияние Скотта, который не боялся разделить свою уступающую в численности армию на несколько частей, чтобы нанести удар по флангу или тылу неприятеля. Кампания Гранта против Виксберга и марш Шермана к морю поразительно напоминают своим замыслом поход на Мехико - армия отрывается от баз снабжения и действует на территории врага автономно, сохраняя мобильность. А высадка в Веракрусе стала первой амфибийной операцией стратегического масштаба, которые станут фирменной фишкой американской армии в последующих войнах.
После войны Уинфилд Скотт продолжил служить своей стране на посту главнокомандующего. Когда его родной штат Вирджиния вышел из состава Союза в 1861 году, он сохранил верность своей присяге и своему флагу. Во время инаугурации Авраама Линкольна он заявил: "Я гарантирую безопасность президента. Если потребуется, я установлю пушки на обоих концах Пенсильвания-авеню, и если кто-нибудь из джентльменов из Мэриленда или Вирджинии... высунет голову или хотя бы посмеет поднять палец, я разнесу их к чертовой матери".
Тем не менее, к этому времени генерал уже был весьма немолод и страдал от целого букета всевозможных болезней. Поэтому спустя некоторое время он вышел в отставку, но продолжал консультировать Ликонльна по военным вопросам и оставался очень влиятельной и уважаемой фигурой в окружении президента. Предложенный им план экономической блокады Конфедерации, известный как"Анаконда", во многом лег в основу финального плана победы Севера в войне, блестяще осуществленного его бывшим подчиненным в Мексике Улиссом Грантом. Старый Ворчун дожил до конца войны и умер в 1866 году в возрасте 79 лет, скорее всего, с чувством облегчения, что страна, которой он отдал почти всю жизнь, все-таки спасена.
Но если стратегические концепции, примененные в Мексике, сохранили свою актуальность и во время Гражданской, то вот тактический опыт той войны принес американцам больше вреда, чем пользы. Очередная революция в военном деле, вызванная изобретением пули Минье и приведшая к массовому внедрению в армиях нарезного оружия, фактически поставила крест на практике лобовых атак укрепленных позиций. Если в Мексике хорошо обученные и дисциплинированные войска могли с успехом штурмовать укрепления в лоб и наносить сокрушительные штыковые удары, то уже каких-то 10 с небольшим лет спустя такая тактика стала лучшим способом угробить побольше собственных солдат. Понадобились несколько лет опыта и сотни тысяч погибших и покалеченных людей, чтобы командиры, наконец, осознали, что старые методы не работают и перешли, в конце концов, к новой доктрине, напоминавшей больше окопную войну Первой Мировой, нежели лихие атаки Наполеоновской эпохи. Это не значит, что лобовые удары стали абсолютно бесполезными - нет, опыт второго Фредериксберга и Миссионерского хребта показал, что в определенных обстоятельства они все еще имели шансы на успех. Но все же такого абсолютного господства наступательной тактики, как в Мексике, мы не увидим еще очень долго. Изменилась и роль артиллерии. Появление нарезных орудий превратило этот род войск в средство дальней поддержки, хотя легкие мобильные гладкоствольные пушки широко применялись еще довольно долгое время.
Ну и нельзя не упомянуть еще одно крайне важное и трагическое обстоятельство. Последовавшая за Мексиканской войной жуткая междоусобная бойня стала страшным испытанием для многих служивших в то время офицеров. Люди, с которыми ты еще вчера вместе ходил в бой, стали теперь твоими врагами. Старые друзья и коллеги оказались по разные стороны баррикад, защищая свое отечество, культуру и образ жизни. Тем не менее, даже в таких обстоятельствах они никогда не забывали тот уникальный дух товарищества, что витал в американском офицерском корпусе во время похода на Мехико. Очень характерно, что когда Улисс Грант и Роберт Ли встретились в 1865 году в местечке Аппоматокс для обсуждения условий капитуляции Армии Северной Вирджинии, они первым делом вспомнили свою совместную службу под началом Уинфилда Скотта в Мексике.
Несмотря на всю важность как политических, так и чисто военных последствий Мексиканской кампании, она все-таки остается для большинства американцев забытой войной. Помимо того, что она меркнет на фоне такого титанического события как война Гражданская, многие люди предпочитают не вспоминать, что США выступили тогда как откровенный агрессор. Это в полной мере понимали уже современники те событий. Улисс Грант так писал в своих мемуарах: "Я был яростным противником аннексии Техаса и по сей день считаю войну, которая в результате этого началась, одной из самых несправедливых, когда-либо развязанных более сильной нацией против более слабой. Это был пример того, как республика следует дурному примеру европейских монархий, позабыв про справедливость в своем желании приобрести дополнительную территорию.... Нации, как и люди, наказываются за свои грехи. Мы получили своё наказание в самой кровопролитной и дорогостоящей войне современности".
Можно долго спорить о том, существует ли такая вещь, как национальная карма, но по сути Грант был абсолютно прав. США действительно были наказаны за эту войну и оплатили свой счет сполна. И если к северу от Рио-Гранде многие уже забыли про этот акт агрессии, то вот к югу от неё ситуация кардинально другая.
Так далеко от Бога и так близко к США
Американо-мексиканская война, или как ее называют в Мексике, Интервенция Соединенных Штатов, до сих пор является одним из важнейших событий в истории этого государства. Она фактически разделила ее историю на до и после. Если до этого мексиканские политики могли бесконечно грызться за власть, устраивать восстания и революции и откровенно плевать на дальнейшее развитие страны, то теперь к ним пришло осознание, что дальше так жить нельзя, особенно когда под боком у тебя столь могущественная держава. Маленькая и непримечательная бывшая английская колония, которая и в подметки не годилась наследнице великой испанской колониальной империи, стремительно мутировала в большого зубастого хищника, вполне способного проглотить незадачливого соседа целиком. Да, сейчас у него серьезные внутренние проблемы, но что будет потом? Как верно подметил мексиканский историк Хесус Веласко Маркес, "горький опыт поражения дал нам возможность переосмыслить то, чем мы являемся, и, в конце концов, сплотил нашу страну".
И действительно, мало-помалу Мексика начала выбираться из того ада, в котором оказалась. Через некоторое время в стране началась Война за Реформу, которая положила начало коренным преобразованиям в жизни страны. Затем император Франции Наполеон III, пытаясь воспользоваться слабостью Мексики, организовал интервенцию, намереваясь установить там монархию и посадить на трон своего ставленника Максимилиана Габсбурга. Мексиканцам вновь пришлось не на жизнь, а на смерть сражаться с иностранными захватчиками. И на этот раз им сопутствовала удача. Под руководством Бенито Хуареса в результате тяжелейшей борьбы они все-таки смогли свергнуть чужого монарха и изгнать интервентов из страны. После этого к власти в стране пришел Порфирио Диас, чье долгое правление по сути было диктатурой, но при этом диктатурой национально-ориентированной. При всей своей противоречивости Диас сумел добиться главного - оздоровить мексиканскую экономику и направить ее по пути развития и прогресса.
Мексика наконец-то оправилась от тех страшных ран, что нанесли ей американское вторжение, а также годы анархии и бесконечной грызни за власть. Да, стране предстояло еще много испытаний, в том числе новые американские вторжения, но они уже не ставили под сомнение существование самого государства. А несколько раз северный сосед, наоборот, приходил ей на помощь, в частности, как раз во время вторжения французов. После окончания Гражданской войны американцы активно помогали сторонникам Хуареса, снабжая их оружием и продовольствием.
Вообще влияние Америки на мексиканские дела и поныне является определяющим фактором жизни этой страны. Чему тут удивляться - когда твой сосед - настоящая мировая сверхдержава, по-другому и быть не может. Мексика поддерживает теснейшие экономические, политические и военные связи со Штатами, а мексиканская культура, испанский язык и католическое вероисповедание крайне распространены на юго-западе США. Мексиканские иммигранты в большом количестве селятся на землях Нью-Мексико и Техаса, точно так же, как почти 200 лет назад это делали американские колонисты.
В XX веке страны приложили серьезные усилия к улаживанию своих старых разногласий. По окончании Второй Мировой войны президент США Гарри Трумэн стал первым американским главой государства, посетившим Мехико. Он даже возложил цветы к памятнику кадетам-героями в парке Чапультепек, вызвав горячее одобрение мексиканского народа.
Однако ни один широкий жест не способен стереть из исторической памяти мексиканцев факт иностранной агрессии 1846 года. Оборона Чапультепека, кадеты-герои, горечь по поводу утраченных земель - все это неотъемлемая часть мексиканского национального самосознания. Страна помнит ту несправедливость, что произошла с ней в середине XIX века и не забывает удивительно точные слова президента Порфирио Диаса: "Бедная Мексика! Так далеко от Бога и так близко к США!
На пути в будущее
Ну что ж, дорогие друзья, вот и окончился наш рассказ об Американо-мексиканской войне 1846-1848 годов. Я надеюсь, что мне удалось хотя бы в первом приближении познакомить читателей с этой важнейшей и интереснейшей страницей в истории двух соседних стран. И напоследок я бы хотел порассуждать с вами вот о чем.
Мы уже не раз говорили о том, к каким трагическим для США последствиям привела аннексия мексиканских земель. Но что если взглянуть на это с другой стороны? Да, компромисс 1850 года, Акт Канзас-Небраска и прочие связанные с ними события стали последними шагами к жуткой пропасти под названием Гражданская война. Но, несмотря ни на что, Америка все же смогла из этой пропасти выбраться. Заплатив жизнью многих сотен тысяч своих граждан, страна, наконец, решила противоречия, терзавшие её с самого основания и покончила с отвратительным институтом рабства. Пережив еще немало трудностей, связанных с Реконструкцией и послевоенным восстановлением, Штаты вступили в XX век мощнейшей мировой державой, которой остаются и поныне.
И вот вопрос - что было бы, если бы у Америки не было этих территорий? Смогла бы она освоиться на бескрайних морских просторах? Построила бы могучий флот, который превосходит все остальные флоты мира вместе взятые? Кто бы остановил японскую агрессию на Тихом океане во время Второй Мировой? И наконец, как бы страна развивалась без богатейших природных ресурсов Техаса и Калифорнии?
На эти вопросы сейчас уже невозможно ответить. Но не подлежит сомнению одно - отторгнутые у Мексики земли стали важнейшим фактором экономического, политического и военного доминирования США на протяжении большей части XX века и продолжают играть эту роль и сейчас. Став однозначным злом в реалиях середины XIX века, в будущем они принесли стране невероятное богатство, могущество и процветание.
Какой же мы можем сделать из этого вывод? То, что мы сегодня воспринимаем тем или иным образом, в перспективе может обрести абсолютно иной смысл. Пройдёт время, и мы будем смотреть на сегодняшние события совершенно иначе. На мой взгляд, именно в этом и состоит один из главных уроков войны, которая почти 200 лет назад развернулась на далеких землях Мексики.
Дорогие друзья, большое вам спасибо за то, что оставались со мной на протяжении всего нашего путешествия по бескрайним мексиканским просторам! История американо-мексиканской войны подошла к концу, но наш рассказ о предвоенных Соединенных Штатах продолжается, и впереди нас ожидает еще немало интересного! А в рамках этого цикла вас ждет еще одна, сугубо техническая часть. Там будут боевые расписания сторон в крупнейших сражениях войны, библиография и другие, не менее любопытные вещи. А я на этом прощаюсь с вами и желаю вам всего самого доброго! До новых встреч!