Начало:
Глава 2. Ласковый ветер и ромашка
Неделю спустя Вероника уже знала все тропинки, ведущие от ее маленького домика к озеру. Она полюбила эти прогулки. Тишина, прерываемая лишь пением птиц и шелестом листьев, была для нее лучшей терапией. Но в глубине души она ловила себя на мысли, что подсознательно ищет в этих краях того самого мужчину с фотоаппаратом и уставшими глазами.
*****
Артём, в свою очередь, целенаправленно избегал этих мест. «Запретная любовь сладка и возбуждает, — с горькой иронией напоминал он себе, перебирая старые снимки. — А сердце бьется вновь, страсть в омут погружает». Он слишком хорошо знал, чем заканчиваются такие истории в его жизни. Омут. Именно это слово лучше всего описывало его прошлое.
******
Но судьба, казалось, решила иначе. В субботу городок залило солнцем, и ветер, теплый и ласковый, пригнал запах полевых цветов прямо к крыльцу библиотеки, где Вероника пыталась отыскать книгу местных легенд. Дверь открылась, и на пороге возник он.
— Найти что-то сложнее, чем покой? — услышала она знакомый хрипловатый голос.
Артём стоял, держа в руках несколько потрепанных фолиантов. Он выглядел менее собранным, чем в то утро на озере.
— Я ищу что-то красивое. В противовес, — улыбнулась Вероника.
— Тогда вам не сюда. Самые красивые истории тут не в книгах, а за городом. В полях.
И он, к собственному удивлению, предложил:
—Я могу их показать. Если, конечно, вам не страшно.
— А что должно пугать? — подняла бровь Вероника.
— Местные сплетни. Со мной лучше не появляться на людях. Моя репутация... немного испачкана.
— А я здесь всего на неделю. Мне нечего терять, — ответила она, и в ее глазах он увидел не жалость, а понимание.
Час спустя они шли по бескрайнему полю, усеянному ромашками и васильками. Воздух звенел от пения жаворонков. Вероника наклонилась, сорвала стебелек ромашки и, заправив его себе за ухо, обернулась к Артему.
— Ну как?
Солнце играло в ее волосах, делая их золотыми. Ветер трепал пряди и легкую ткань ее платья. Артём замер, глядя на нее. В его груди что-то перевернулось, защемило — сладко и больно.
— Вы похожи... на ту самую красивую историю, — с трудом подбирая слова, сказал он. — Та, что не в книгах.
Она рассмеялась:
—На какую именно?
— Вы сейчас — как ромашка в волосах... а я, наверное, как этот ласковый ветер, что до сих пор не может улечься. — Он замолчал, смутившись собственной смелости.
Они дошли до одинокого дуба на пригорке и сели в его тени. Молчание между ними было уже не неловким, а наполненным смыслом. Вероника смотрела на убегающую вдаль дорогу, а Артём — на нее.
— Раскаяться, но в чем? — вдруг тихо, больше самому себе, произнес он. — Ведь сейчас, в этих объятьях тишины и покоя, нам хорошо вдвоем. И разве это не счастье?
Она посмотрела на него, и ее сердце учащенно забилось. Она еще не знала его истории, но чувствовала — это и есть та самая, запретная черта, которую ей так хотелось переступить. Не из дерзости, а потому что по ту сторону этой черты он был совсем другим — не изгоем, а просто человеком. Раненым, как и она.
— Знаешь, — сказала она, ловя на себе его взгляд. — Мне кажется, я пришла сюда не случайно. Я словно в сон пришла... тот самый, о котором давно мечтала.
Артём не ответил. Он лишь смотрел на нее, и в его взгляде читалось то, что он боялся произнести вслух: «Ты ждешь меня, я знаю».
Ветер подхватил его немой вопрос и понес над полями, к тем самым облакам на рассвете, где, как казалось, и жила их любовь — пока еще призрачная, но уже бесконечно прекрасная.
Любовь --начинает жить.
Продолжение следует:
https://dzen.ru/a/aOJ0mElTMVR5XI4c
В 7 утра 7 октября будет опубликовано