Найти в Дзене

Бузиновый куст

Серые сумерки уже окутали землю, когда я впервые увидела этот заброшенный сад. Ветхая ограда, поросшая плющом, едва виднелась сквозь пелену осеннего тумана. Казалось, время здесь остановилось, а сама природа застыла в вечном молчании. Среди голых деревьев и пожухлой травы выделялся один объект — пышный куст бузины, чьи чёрные ветви тянулись к небу, словно когтистые пальцы. Рядом с кустом возвышалась полуразрушенная статуя, чудом уцелевшая от неумолимого времени. Статуя изображала существо с искажёнными чертами лица, напоминающее нечто среднее между человеком и древним божеством. Я побродила между деревьями, вслушиваясь в шорох опавших листьев под ногами. Я люблю осень с ее печальной песнью об опавшей листве. Но в этот раз я почувствовала тревогу. Холодный ветер пробирал до костей, а воздух был пропитан запахом сырости и тления. Статуя притягивала взгляд своей зловещей красотой, и мне показалось, что именно она - источник той нарастающей тревоги. Туман уже опустился, укутав сад в призр

Серые сумерки уже окутали землю, когда я впервые увидела этот заброшенный сад. Ветхая ограда, поросшая плющом, едва виднелась сквозь пелену осеннего тумана. Казалось, время здесь остановилось, а сама природа застыла в вечном молчании. Среди голых деревьев и пожухлой травы выделялся один объект — пышный куст бузины, чьи чёрные ветви тянулись к небу, словно когтистые пальцы. Рядом с кустом возвышалась полуразрушенная статуя, чудом уцелевшая от неумолимого времени. Статуя изображала существо с искажёнными чертами лица, напоминающее нечто среднее между человеком и древним божеством.

Я побродила между деревьями, вслушиваясь в шорох опавших листьев под ногами. Я люблю осень с ее печальной песнью об опавшей листве. Но в этот раз я почувствовала тревогу. Холодный ветер пробирал до костей, а воздух был пропитан запахом сырости и тления. Статуя притягивала взгляд своей зловещей красотой, и мне показалось, что именно она - источник той нарастающей тревоги.

Туман уже опустился, укутав сад в призрачную вуаль. Бузина казалась живой. Её ветви слегка покачивались, хотя ветра не было. Ягоды на кусте отливали неестественным пурпурным цветом. Небо начинало окрашиваться в багровые тона. Стая ворон кружила над садом, издавая пронзительные крики. Я сделала несколько снимков. Туман был настолько густым, что я едва различала собственные руки. Еще один снимок. И тут я заметила движение. Оно было робким, едва заметным. А бузиновые ветви теперь касались статуи, некоторые даже обвивали её. Я подошла ближе. Нет, не показалось: куст двигался. Медленно, почти незаметно, но двигался. Его корни, толстые и узловатые, проступали сквозь землю. Ягоды пульсировали в такт какому-то внутреннему ритму, а листья издавали тихий шорох, похожий на шёпот. Статуя же, напротив, казалась безжизненной — лишь бледная тень своего прежнего облика. Я коснулась её и сразу отдёрнула руку. Это был не камень. Мягкая, но холодная человеческая рука. Я попятилась назад, но споткнулась об извилистый корень.

Куст бузины возвышался надо мной. Он питался энергией, вытягивал её из земли, из воздуха, из самого пространства вокруг. Его корни уходили в глубины, связывая этот мир с чем-то древним и чуждым. Вдруг ветки дрогнули и медленно стали тянуться к моим запястьям. Над головой пронзительно кричали вороны.

Я бежала из сада, преследуемая ощущением чьего-то взгляда между ветвей. Я больше никогда не возвращалась к тому дому, но знаю - куст бузины всё ещё там. Он ждёт...