- На виллу Сибирякова – озадачили мы подъехавшего водилу.
Видно, не очень популярны маршруты по заброшкам в Батуми.
Объяснили. На навигаторе показали. И даже адрес назвали. 1-ый переулок Тамар Мепе, дом 2.
От нашего Орби Сити- километров десять. Машина остановилась на обочине трассы. На переулок Тамар Мепе не очень похоже.
- Отсюда пешком метров триста – кивнул водила в сторону поднимающейся вверх лестницы – Для машины дальше дороги нет.
И бережно погладил торпеду своей Тойоты.
Стоящий у лестницы крест
сразу навеял пессимистические мысли.
Виллу себе сибирский золотопромышленник Константин Михайлович Сибиряков построил на высокой горе.
На старой открытке ошибка. Это не Зеленый мыс. Мыс Кара-Дере.
Но делать нечего. Лестница вела только до прибрежной железной дороги. Дальше по навигатору. По еле видимым тропкам.
Пока сквозь заросли не показалась вилла.
Вернее то, что от нее осталось.
С трудом угадывается то, что сибирский золотопромышленник построил.
Руины забором из профнастила огорожены.
Кто-то пытается восстановить былое великолепие?
Похоже. Вот и подпорки поставили.
Чтобы остатки стен не рухнули.
Но, похоже, неизвестные реставраторы давно забросили свою благородную затею. Субтропическая растительность их место быстро занимает.
Остатки былой роскоши можно из-за забора рассмотреть.
Окна стрельчатые.
Возможно, и сам хозяин к проектированию руку приложил.
Родился Константин Михайлович в Иркутске. С братьями- шестое поколение купцов Сибиряковых.
Поначалу у юного Кости никакого желания в семейный бизнес впрягаться не было. Поступил в Императорскую академию художеств. Его работы и сейчас в российских музеях можно увидеть. Скульптуру «Портрет неизвестного» в Государственном русском музее. «Женский портрет»- в Рязанской картинной галерее.
Когда умер папаша, каждый из трех братьев получил активов по миллиону рублей. Пришлось коммерцией заняться.
Как его в Батуми занесло?
Жена хворала. Чахотка. И ребенок.
Вот и решил в теплые краткая перебраться. Сначала в Туапсе. Потом сюда. В Батуми.
Решение так себе. Для чахоточных в Крым надо было. А не сюда.
Умерли. И жена. И ребенок.
Константин Михайлович горевал недолго. Женился второй раз. На курсистке Бестужевских женских курсов. На тридцать лет моложе. Сибиряковы были спонсорами этих курсов.
Но и эта семейная идиллия длилась недолго. Большевики выгнали экспроприаторов из их виллы.
Санаторий устроили.
Чтобы простые советские труженики сил набирались. Так необходимые для строительства коммунизма.
Санаторий до начала 1990-х годов работал.
Как же он за такой короткий срок в руины превратился?
В начале1990-х сюда заселили беженцев из Абхазии. Беженцев к концу 90-х расселили. Вот бы тогда и подремонтировать здание. Но нет. Забросили.
Вот, в 1908 году, сгорела вилла.
Так рачительный хозяин меньше, чем за год все отремонтировал. Лучше прежнего стало. А ту не нашлось. Рачительного хозяина.
При Сибиряковых рядом с домом фонтан был.
Со скульптурой Эроса.
Не нашли даже остатков.
Зато вокруг поляны перед виллой какие-то тумбы стоят.
Между которыми море виднеется.
Эти тумбы вход на лестницы обозначают.
Одна узенькая.
Исчезает буквально через несколько ступенек.
Вторая широкая.
Сохранилась лучше.
Парадная.
К главному входу вела.
Вдоль лестницы вазоны стояли. Скульптуры.
С которыми на снимке американские моряки на снимке обнимаются. С дружеским визитом в Батуми после войны зашли.
По этой лестнице и спустились вниз. К заскучавшему водиле.