Начало тут.
Предыдущая глава здесь.
Все попытки ухаживания с его стороны вызывали у меня смех:
- Игореша, зачем нам портить отношения? Мы и так любим друг друга.
На что, скорчив кислую физиономию, он отвечал:
- Понятно-с. Рожей не вышли-с.
Лицом-то он как раз вышел. Умом и ростом тоже. Одна лучезарная улыбка от уха до уха чего стоила. Наоборот, считала, что может выбрать гораздо красивее чем я.
- Хватит мечтать, - окликнул меня брат. - Начинайте грузиться. Сейчас Игорь сюда бригаду привезёт с добром разбираться. Шевелись давай.
Быстро переоделась, взяла сумку, направилась во двор.
Ребятишки уже прыгали на заднем сидении автомобиля. Кирилл загрузил собаку в багажник, открыл ворота:
- Отчаливайте. Мы попозже приедем.
Я глубоко вздохнула и надавила на газ.
В квартире стояла тишина. Видимо Верочка ещё не появилась. Вряд ли горела на работе, скорее всего носилась по магазинам или была у очередного массажиста.
- Эх, мать - мать её! - Подавила я вздох.
Могла бы и встретить, поинтересоваться почему мы так быстро закончили дачный сезон.
Расстегнула Даньке ошейник. Принялась распаковывать ребятишек. Будь оно неладное это непутевое лето. Начало июня, а ребятишек без теплых одежек на улицу не выведешь. Ванька скинул куртку и кроссовки, с боевым кличем индейцев помчался в детскую к своим любимым терминаторам. Собака помчалась за ним. Манюня стояла среди коридора широко расставил руки, ждала когда я вытряхну её из одежек. Помогла ей раздеться, убрала одежки в шкаф, переобулась в тапки, побрела на кухню.
Надо что-то приготовить на скорую руку. Через полчаса - час дети запросят есть. К тому же скоро должен вернуться Кирилл и обязательно с Игорем. Есть вероятность, что притащат с собой прораба если ещё кого по дороге не прихватят.
Быстро можно приготовить рыбу. Вытащила её из морозилки, засунула в холодную воду размораживаться. Ещё из морозилки достала пакеты замороженных овощей. Великолепная вещь эти заморозки, для меня прямо палочка - выручалочка. Высыпала на сковороду, посолила, поперчила, добавила травок - приправок и гарнир на все случае жизни. После нехитрых манипуляций засунула рыбу в духовку. Теперь только жирком поливать. Ещё в холодильнике обнаружила яблоки, кефир и сметану. Быстро сделала салат из яблок и замесила тесто на оладушки. Теперь пусть хоть полк приглашает.
Данька, учуяв запах рыбы и оладий, явилась на кухню. За ней, естественно, Ванька. Полез за стол. От рыбы отказался, а оладушек отложил себе на тарелку.
- А Манюня где?
- Лизыт. - Пробормотал он с набитым ртом. - Болеет.
- А ты чего молчал?
Ванька пожал плечами. Сняла последние оладьи со сковороды, направилась в детскую.
Манюня лежала на кровати свернувшись клубочком. Голова была горячей. Потрогала лоб губами. Температура никак не меньше тридцати восьми. Уложила в постель, поставила градусник. Так и есть тридцать восемь и две. Напоила микстурой, на лоб положила компресс.
- Рассказать сказку?
- Не, я спать буду.
Я её поцеловала:
- Спи, солнышко. Я с тобой посижу.
Где она могла простыть? По лужам не гуляла, окна в машине не открывали. Через какое-то время она засопела ровно, спокойно. Уснула.
Я тихонечко вышла из комнаты. В прихожей посмотрела на часы. Времени десятый час. Пора укладывать Ванюшку спать. Пошла в комнату где он смотрел телевизор. Ребёнок спал на паласе положив голову на собаку. Данька поелозила хвостом, приветствуя меня. Умничка наша, не соскочила, не побежала, терпеливо лежала чтоб не потревожить ребёнка.
Перенесла племянника на кровать, кое-как раздела, укрыла одеялом, чмокнула в розовую щёчку. Потрогала лоб Манюни. Температура вроде бы спала. Дышит ровно, спокойно. Спите, мои солнышки.
В дверном замке повернулся ключ и я опрометью выскочила в прихожую, прижала палец к губам:
- Тихо, Манюня заболела. Дети спят.
Пришёл Кирилл, как я и предполагала, в компании Игоря и строителя. Они закивали головами, принялись разуваться стараясь не шуметь, от чего шуму было ещё больше. Пока мыли руки я накрыла на стол.
- Идите, а то остынет.
Поставила тарелки с соленьями, спросила:
- Водку или коньяк?
- Водку. - Решил за всех братец.
Игорь добавил:
- Ты же знаешь мы плебеи.
Строитель смотрел на меня удивленными глазами. Видимо не часто видел, чтоб женщина так запросто, без намёков предлагала спиртное.
Мужики здоров проголодались. После рюмочки дружно застучали вилками. Игорь первым управился с рыбой, положил себе ещё. При этом не забыл осыпать меня комплиментами. Очень любил вкусно поесть наш страж порядка. Только ему это редко удавалось, чаще обходился перекусами. Дома тоже холостяцкая еда. Жениться так и не удосужился.
Юрий Николаевич наоборот ел медленно, вдумчиво, словно присматривался к каждому кусочку.
- Вкусно. - Проговорил он.
Говорливый, однако. За день десяток слов. Весело должно быть с ним жене.
Подала чай, поставила оладьи и сметану.
- Без подлянки не можешь? - Возмутился Игорь. - Предупреждать надо. И так дышать трудно. Вот куда теперь их? Ну, давайте под оладушки. - Пододвинул рюмку к рюмке брата.
Управились с оладьями. За чаем принялись обсуждать события дня. На меня, вдруг, навалилась такая усталость чуть ли со стула не падала. Ждать когда можно будет поговорить с братом о находке не было сил. Ничего, не горит, завтра поговорим.
Я стала прощаться. Видя моё намерение тащить сумку с вещами Игорь вызвался меня проводить. Подхватил баул, вышел со мной в подъезд.
- Вера-то где? - Спросил шёпотом когда за нами закрылась дверь.
- Черт её знает - где. - Пожала плечами.
- Хочешь я за ней послежу?
- Это Кирилл должен хотеть. Моё дело - дети.
- Святая. - Вздохнул он.
Пока открывала дверь доблестный мент сделал попытку обнять меня.
- Не шали. Ты же мне друг, почти что брат.
- Лучше бы был чужим.
- Не обижайся, я не могу на тебя смотреть иначе. Я тебя очень люблю как лучшего друга.
- И на том спасибо. - Скис друг, почти что брат. - Надумаешь посмотреть по другому - свистни.
Чмокнул в щеку.
- Договорились. Пока. - ответила, открывая дверь.
Включила свет в прихожей и опустилась на баул. Силы совсем покинули меня. Надо идти в душ, расстилать постель, я же не могла пошевелить рукой. Скинула кроссовки, прошлепала до дивана. Полежу пять минут и в душ. Едва успела ноги пледом накрыть. Глаза сами собой закрылись и я словно провалилась в яму.
Ровно в шесть утра глаза мои открылись. Что за дурная привычка? Сегодня спокойно могла бы позволить себе поспать подольше. Нет, ведь, сработал внутренний будильник. Коли проснулась больше уснуть не смогу, хотя усталость не прошла. Очевидно от того, что спала в одежде. Ну, что же, буду вставать.
Взяла халат, побрела в ванную. Под напором струек воды усталость смылась, а после растирания полотенцем прошла совсем. Влезла в старые джинсы, любимую футболку чуть-чуть растянутую и поблекшую от чего ещё более уютную. Очень захотелось кофейку, простого, растворимого, одну чашечку. Включила чайник и принялась за разборку вещей.
Раскладывая по полкам вещи задумалась,
Надо бы обновить свой гардероб, а то как у бедной родственницы. Примерно одна десятая от Верочкиного. Может ещё меньше. Часть гардероба надо бы заменить. Да, пора уже приобретать вещи посолиднее согласно моего возраста. Все равно придётся весь отпуск быть в городе, вот и начну шататься по магазинам от нечего делать.
На дне сумки лежал пакет с находками. Взяла сверток, направилась на кухню. Налила чашку кофе, забралась в любимый уголок углового диванчика и развернула находку.
Иконы отложила в стороны. Я в них абсолютно ничего не понимаю. Конечно, предполагаю, что старинные, написаны дореволюционными мастерами, имеют ценность. На этом мои познания заканчивались. Меня больше заинтересовали билеты колчаковского займа. Осторожно развернула тряпицу, взяла одну зелено-бело-коричневую бумажку, стала разглядывать.
Продолжение тут.