Одиннадцатого сентября 2025 года исполнилось 90 лет со дня рождения Германа Титова. Мы привыкли его называть космонавтом №2. Но во многом Титов стал первым и его полёт значимым для науки не менее, чем полёт Гагарина. Именно его полёт показал, что человек может не только выжить в условиях невесомости, но и продуктивно работать на протяжении длительного времени, выполняя сложные задачи и проводя научные наблюдения.
Существует много предположений, почему первым полетел Гагарин, а не Титов. Среди них и такая: более выносливого физически (это подтверждали испытания) Сергей Королёв оставил для более сложной миссии, чем та, что была у первого космонавта.
«Он был тренирован так же, как и я, и, наверное, способен на большее. Может быть, его не послали в первый полёт, приберегая для второго, более сложного». Ю. А. Гагарин, «Дорога в космос», 1961 г.
Во втором полёте уже необходимо было проверить, на что ещё способен человек в космосе, кроме как совершить одиночный виток вокруг планеты. Причём перед полётом Титова врачи настаивали на том, что достаточно будет трёх витков вокруг Земли, но сам Герман хотел лететь на сутки. Так и было решено...
Шестого августа 1961 года, спустя всего четыре месяца после триумфа Гагарина, корабль «Восток-2» с Титовым на борту отправился на околоземную орбиту. Полёт Гагарина длился 108 минут, а Титов провёл в космосе более суток — 25 часов и 18 минут, сделав 17 витков вокруг планеты и пролетев более 700 тысяч километров.
Это был колоссальный риск. Медики и учёные не знали, как скажется на человеческой психике и организме длительная невесомость, наблюдение из космоса за сменой дня и ночи на Земле, одиночество в бескрайней пустоте. Но Титов справился.
Он совершил семнадцать витков вокруг планеты и не только перенёс все нагрузки, но и стал первым космонавтом, который испытал систему ручного управления кораблём, осуществлял маневрирование, вёл детальные наблюдения за Землей и звёздами, принимал в космосе пищу и даже спал. Тем самым Герман Титов доказал, что в космосе возможен привычный ритм жизни. Кроме того, он сделал фотографии планеты с орбиты — разумеется, тоже впервые.
Правда, за внешним успехом этой миссии скрывались трудности и проблемы, о которых космонавт не написал в официальном отчёте, но подробно рассказал коллегам из первого отряда, врачам и Сергею Королёву. Оказывается, спустя несколько часов после старта у Титова начались симптомы того, что потом назовут «космической болезнью», или синдромом космической адаптации.
Он испытывал тошноту и головокружение, особенно усилившиеся после приёма пищи и при попытках выполнять физические упражнения. На седьмом витке состояние космонавта ухудшилось настолько, что на сеансах связи с ЦУПом на все вопросы он отвечал односложно. А разговаривая с товарищем по отряду Павлом Поповичем, на вопрос о самочувствии ответил по-русски прямолинейно: «Хреново!» Но когда ему предложили прервать полёт досрочно, отказался.
Обнаружив, что если не двигать головой, то дискомфорт снижается, Титов провёл почти полный виток в неподвижности, после чего доложил: «Всё хорошо, ребята».
Эпизод, связанный с ухудшением самочувствия, имел важнейшее значение для космической медицины и подготовки последующих экипажей. Так впервые удалось выявить проблему адаптации человеческого организма к длительной невесомости.
Стало понятно, что необходимо внести кое-какие изменения в программу подготовки космонавтов. Судьба отвела Титову роль второго космонавта СССР, и говорят, что он до конца жизни переживал по этому поводу, но его вклад в мировую космонавтику оказался ничуть не меньше. Его полёт принёс уникальные данные, а его личный рекорд — звание самого молодого космонавта в истории (25 лет и 330 дней) — не побит до сих пор. Так что в истории космонавтики Герман Титов отнюдь не был «серебряным призёром».
(Когда готовили программу пилотируемого облёта Луны, ему предложили возглавить отряд, формировавшийся для этого. Он ответил, что согласен, если только полетит первым: «Вторым я уже был». Это его подлинные слова).
Благодаря Герману Титову в нашем календаре существует День космонавтики. В марте 1962 года он обратился с соответствующим предложением в ЦК КПСС, и тогда же 12 апреля — день полёта в космос его предшественника — стало общенациональным праздником.
Предыдущая часть:
Продолжение: