Вкратце: территории нынешней Польши были хорошо знакомы коэнам, т.к. через них пролегали торговые пути их купцов радхонитов. После того, как Киевская Русь стала угрожать детищу коэнов – Хазарскому каганату, часть евреев спешно переселилась в Польшу, где стала накачивать деньгами и советами мелкого князька Мешко 1-го. Тот объединил часть местных племён в «поляков», заложив основы государственности, но помочь хазарам не успел, т.к. уже вскоре они были разбиты русскими войсками.
В дальнейшем, коэны успешно отбили несколько попыток католиков старавшихся поставить во главе государства подконтрольных себе людей. Попутно была практически обескровлена польская католическая церковь, а власть короля сделали ничтожной. Тем самым Польша стала «тихим омутом», где вольготно чувствовали себя проеврейские олигархи-магнаты, а евреи, которых становилось всё больше, заняли многие важные должности.
В 16-м веке, получив усиление в виде богатейших сефардов (сказочно разбогатевших в Испании на денежных потоках из Нового Света), проеврейские марионетки вполне успешно объединили Польшу и Литву в Речь Посполитая. Но, допустили ошибку, позволив католику Сигизмунду 3-му стать во главе государства. Исправляя ошибку, коэны стравили поляков с Московским государством, где дела у их марионетки Годунова шли не очень хорошо. Тем самым значительно ослаблялись позиции католиков перед решающей Тридцатилетней войной.
Пытаясь достигнуть более глобальных целей, коэны значительно «перегнули палку» в отношении польского населения. В результате чего, сначала вспыхнуло кровавое для евреев восстание Богдана Хмельницкого, а затем среди местных ашкеназов широко распространилось учение неугодного коэнам Шабтая Цви. К тому же, в тот момент истории сил у коэнов и сефардов не хватило на взятие под свой полный контроль Великобритании. Поэтому коэны были вынуждены начать заигрывать с богатейшими ашкеназами, направляя максимум их средств и усилий в Англию. Всё это закономерно привело к хаосу среди польских евреев, ослабило страну, и закончилось чередой разделов Речь Посполитая.
До середины 6-го века через территорию нынешней Польши пролегал т.н. «Янтарный путь», поэтому данные земли были достаточно хорошо знакомы радхонитам – еврейским купцам. Вскоре на этих безлюдных землях (из бывших жителей Дакии) начали образовываться множество племён слОвян (которых объединяло «слово», т.е. общепонятная им речь), одними из них были и поляки.
Примерно в эти же времена, радхониты, преследуя свои цели, относительно не далеко от будущей Польши создали иудейскую Хазарию, а вскоре начались и набеги викингов на европейские территории (см. статью «Зачем Петра 1-го стравили со шведами. История Швеции»). Всё это в конечном итоге привело к созданию Киевской Руси и разрушению ей Хазарского каганата в 969 г., о чём я более подробно напишу позднее в «Истории России».
Очень похоже, что незадолго до печальных для хазарских радхонитов событий, коэны решили создать на уже ставших не без людными землях нового политического игрока – Польшу. Возможно, она понадобилась коэнам в качестве противовеса Киевской Руси, а возможно и для прикрытия части своих транзитных торговых путей между странами Западной Европы с Арабским халифатом и Византией, по которым уже в 9 веке шла активная торговля пушниной и рабами.
Как бы то ни было, фактом является то, что примерно в середине десятого столетия евреи начали достаточно массово переселяться в будущую Польшу из германских земель (в результате чего, ко второй половине 11 столетия по всей Польше уже были разбросаны еврейские поселения). А уже с 960-го года «некие силы» начали оказывать очень значимую поддержку мелкому князьку Мешко 1-му, которого и принято считать основателем государства Польша. Именно при нём из племён слензан, вислян, мазовшан, поморян, и т.д., и стали формироваться «поляки».
На то, кем именно были эти «некие силы», указывает тот факт, что главную «информационную поддержку» данному начинанию оказал сефард Ибрагим ибн Якуб, который и распространил известия о новой «стране Мешко». Естественно, что данный князь послушно способствовал всяческому развитию международной торговли (в т.ч. и экспорту рабов, чем в те времена охотно занимались евреи), а так же создал систему постоянных податей – любимое поприще коэнов.
Начинания Мешко продолжил Болеслав 1-й, которому оказывали всяческое покровительство проеврейские папа Сильвестр 2-й и император Оттон 3-й. А вот с Мешко 2-м коэнам не повезло, т.к. на него стали оказывать сильное влияние католики, благодаря чему произошло не только резкое ускорение христианизации населения (в Поморье и Куявии), но и усиление Церкви, которая получила значительные земельные владения. Для исправления ситуации коэны задействовали различные внешние военные силы, а самое важное – «под шумок» натравили толпы черни на уничтожение костёлов и католиков. Тем самым была практически уничтожена польская церковная организация, что сыграло очень значимую роль во всей дальнейшей истории страны.
Естественно, что мешавший коэнам Мешко 2-й был убит, при этом, «заговорщиками» стали «некие польские феодалы». Следующие наиболее важные события произошли в 1076 г., когда католикам удалось пропихнуть в короли Болеслава 2-го. Но, правил он не долго, т.к. уже в 1079 г. коэны организовали гос переворот, и сделали королём слабохарактерного Владислава 1-го, легко управлявшимся «польскими феодалами». Коэны больше не стали рисковать и провели в Польше т.н. «перераспределение земель», резко сократив гос земельный фонд. Тем самым они уронили авторитет княжеской власти и возвысили крупных «польских феодалов», что привело к началу феодальной раздробленности страны.
Таким образом, к 1096 г., когда католики пропихнули в Папы Римские своего человека, объявившего (первый) Крестовый поход и натравившего толпы «крестоносцев» на поголовное уничтожение евреев (см. статью «Клюнийская реформа, Священная Римская империя, вырезание сефардов и ашкеназов»), Польша оказалась не только под властью олигархов, но и с крайне слабой Церковью. В результате чего, поляки не только не приняли участия в Крестовом походе, но и были вынуждены принять толпы евреев, устремившихся в эту страну из мест, где их вырезали крестоносцы (Германии, Чехии и Богемии). Эти «беженцы» настолько уверенно чувствовали в Польше, что в 12-13-х веках чеканили польские деньги с надписями на них на иврите, и даже не стеснялись их подписывать, к примеру, «Раби Авраам Бар Ицхак Анагид», «Пинхас Акоен», «Юсеф Калиш», «Авраам Юсеф», и др.
Развал Польши продолжился при Болеславе 3-м, когда в рядах шляхты (изначально это было исключительно воинское сословие) начали появляться «магнаты» - всё те же «польские феодалы», которые заполучили большие земельные наделы. А такой правитель как Мешко 3-й, уже открыто отдал евреям управление таможней и монетным двором. Не отставали от него и более мелкие «правители», к примеру, в 1264-м году граф Болеслав издал для евреев «Калишский статут», который гарантировал их права, но не устанавливал максимальный процент от средств, занятых у евреев.
Наиболее понятно образование магнатов и наиболее богатых родов шляхты на примере польского короля Казимира 3-го Великого. Ещё в 15-м веке евреи Казимежа (позднее ставшего одним из районов Кракова) стали распространять сказку о том, что некая еврейка Эстер родила от короля пятерых детей. Что давало им основание для появления целого ряда польско-еврейских шляхетских родов. Не исключено, что таковыми стали магнаты Велёпольские, Шафранцы и Залуские, имевшие отношение к Кракову. Кстати, в те же времена (в 1356 году), «некие заинтересованные лица» открыли в Кракове первый в стране университет.
Естественно, что при подобном положении дел, Польша всё время послушно принимала евреев, которые якобы «несли в страну цивилизованность». Целые «еврейские волны» были: из Германии в 1346 г., из Венгрии с 1349 по 1526 гг., из Франции в 1394 г., из Австрии в 1420 г., и т.д. Не менее естественно, что евреи стали занимать самые высшие должности в стране. Так в 1368 году Казимир назначил откупщиком, а заодно и управляющим шахтами и краковской таможней, своего еврейского банкира Левку (трое из сыновей которого впоследствии стали знатными шляхтичами). Попутно, Казимир Великий подтвердил различные привилегии евреев в Польше, в т.ч. разрешил им приобретать в собственность земли. Да и в целом – примерно с этих времён, каждый вроде бы «польский» магнат, открыто имел при себе «еврейских факторов» - придворных евреев, которые пользовались преимуществами и особыми правами перед местным населением и исполняли обязанности поставщиков, тайной полиции, шпионов, и т.п. А другие евреи снимали подряды или занимались откупом.
Интересно то, что уже в 1386 г. состоялась первая попытка объединения Польши и Литвы, где у евреев тоже были сильные позиции. (Для Литвы всё началось после того как в конце 11 века самые первые крестоносцы стали массово вырезать евреев, и те бежали в земли нынешних Польши и Литвы. Эти беглецы-ашкеназы и стали поддерживать никому не известного мелкого вождя Миндовга, а затем подталкивать балтийские этносы "литва", "жамойть" и "ятвягов" к объединению и сопротивлению Тевтонскому ордену.)
В 1410 г. произошёл очередной этап объединения Польши и Литвы в одно государство. Это было связано с захватом портового города Данцига (Гданьска), через который пошёл огромный поток зерна. Фактически Польша в это время стала «хлебным амбаром Европы», т.к. начались «Гуситские войны» (1419 – 1434 гг.) и коэнам нужно было кормить воюющего крестьянина-гусита, у которого не было времени на выращивание урожая. А польские евреи в этот период переживали свой расцвет, и всё сильнее внедрялись в экономику не только Польши, но и Белоруссии, Литвы и Украины. Попутно они начали оказывать своё влияние и на события в России.
Как и в других странах, положение евреев в Польше во многом зависело от очередного правителя на троне, давления католиков и настроений среди аристократии (лично я это называю «еврейскими качелями»). К примеру, Казимир 4-й, сначала вывел евреев из-под юрисдикции католического суда и пожаловал им внутреннюю автономию, а затем, под давлением значительной части шляхты, принял «нешавские статуты», которые отменяли часть прав, ранее данных евреям. Нечто подобное происходило и при Александре Ягеллоне. В 1492 г. он издал постановление, согласно которому всем иудеям, проживающим в Литве, предписывалось покинуть страну. А уже в 1501 г. ввёл смертную казнь за ложное обвинение в ритуальном убийстве (с помощью такого рода преступлений, коэны «повязывали кровью» своих исполнителей). Затем этого князя коэны использовали для очередной попытки объединения Польши и Литвы, при этом попробовали уйти от, не удобной для них, наследственной монархии и начать «выбирать» королей.
Т.к. «еврейские качели» в Польше были очень слабыми, то данная страна стала для евреев тихим и спокойным пристанищем, где подконтрольные им князья и короли, всячески защищали иудеев от нападок католического духовенства. То, в 1492 г. в страну хлынули богатейшие сефарды из Испании, а в 1497 г., и из Португалии. Что резко ускорило внутриполитические события в стране. Для начала, польского короля втянули в не слишком удачные войны, и навешали на него многочисленные кредиты под залог земли. После чего, в 1501 г. навязали «Мельницкую унию», согласно которой, король должен был выбираться. Но… в 1505 г., якобы сейм Великого княжества Литовского не утвердил данную унию – т.е. Александр проявил строптивость. Не удивительно, что в том же 1505 г. он заболел, и вскоре умер в возрасте 45 лет… В это же время в Польше началась (и длилась до середины 17 века) «Реформация», значительно отразившаяся на развитии литературы, образования и т.п. И именно в это время в Польше для евреев начался «Золотой век» - они открыто подмяли под себя откуп на сбор казённых налогов и пошлин, заведовали чеканкой монет, массово брали в аренду королевские и шляхетские имения, и т.д. и т.п.
Всё это привело к тому, что в Польше в 16 веке скопилась огромная масса евреев – считается, что из 11 миллионов населения Польши, не менее 800 тысяч были евреями. Доходило до того, что в ряде областей, евреи составляли большинство населения, а еврейский язык даже стал повседневным языком для польских крестьян.
Вполне естественно, что при подобном положении дел не обошлось без еврейских «мудрецов». В начале 16 века главным раввином Кракова и всей Юго-Западной Польши был назначен Раби Яаков Поляк. Он основал ешиву, которая сделала из Кракова настоящий «европейский центр изучения Торы», где обучался целый выводок будущих «мудрецов». Не менее естественно, и то, что в Польше евреи организовали свою систему самоуправления «кагал» - совет в каждой области, состоявший из раввинов, судей и наиболее влиятельных членов общины, а над «кагалом» был объединенный совет всех земель — «ваад».
Наиболее благоприятное время для польских евреев, это периоды правления короля Сигизмунда 1-го Старого и его сына Сигизмунда 2-го Августа. В это время, во владениях магнатов, евреи не только участвовали в избрании городских властей, но и сами избирались в магистраты. Очень часто евреи занимали должности факторов, арендаторов, банкиров, секретарей, переводчиков, надсмотрщиков и шпионов. Поэтому не удивительно, что в 1569 году состоялась уже вполне удачная попытка объединения Литовского Княжества и Польского королевства в Речь Посполитая. А в 1572 г. коэны добились того, что короли в «Республике Обоих Народов» стали выборными (хотя ещё и не на 5 лет, как нынешние «президенты»). А лично для себя, в 1588 г. коэны пропихнули принятие «Третьего литовского статута», по которому, еврей принявший христианство (и его потомство) автоматически становились шляхтой.
К середине 16-го века, в ответ на создание коэнами «протестантов», католики набрались сил и начали свою «Контрреформацию». Тем самым, Европа всё ближе подходила к решающей «Тридцатилетней войне» (1618-1648). И именно в этот момент, польские евреи допустили непростительную ошибку – в 1587 г. польским королём был избран швед Сигизмунд 3-й Ваза. Ошибку допустили кукловоды стоящие за «великим коронным гетманом» Замойским - именно он проталкивал на трон, вроде бы послушного, шведа Сигизмунда, рассчитывая в дальнейшем им управлять. Но, как оказалось, тот был воспитан иезуитами как воинствующий католик.
Через Сигизмунда папство постаралось упрочить и в Речи Посполитая, и в Швеции, католицизм, после чего объединить обе страны и направить их против протестантов. Уже в 1592 году Сигизмунд объединил под личной унией оба эти государства – так появился сильный противник, который вместе с подконтрольными Габсбургам странами, мог сломить протестантизм в Европе.
После этого, все усилия коэнов (как в Речь Посполитая, так и в Швеции) были направлены на устранение этой угрозы. К прим., в 1595 году в Швеции устроили гос переворот и посадили на трон протестанта, а все дальнейшие попытки Сигизмунда вернуть себе шведский престол не увенчались успехом (см. статью «Зачем Петра 1-го стравили со шведами. История Швеции»).
Тем не менее, в Речь Посполитая, Сигизмуд смог удержаться у власти, опираясь в основном на небольшую группу иностранцев и иезуитов. Естественно, что против него и его людей, коэны организовали много разных атак, к примеру, для шляхты было специально придумано право «liberum veto» (для которого сначала придумали философию «золотой вольности»).
Учитывая общую обстановку (в т.ч. и на Руси, где дела у проеврейской марионетки Годунова складывались не лучшим образом) коэны решили ослабить Речь Посполитая, втянув её в афёру связанную с Лжедмитриями 1-м и 2-м, и тем самым ослабить позиции католиков перед «Тридцатилетней войной». Тем более, что папство достаточно успешно навязывало «Брестскую унию 1596 года», и объединение католической и православных церквей, значительно бы усилило позиции католиков.
После успешной для себя Тридцатилетней войны, коэны, перебравшиеся к этому времени из Испании в Голландию, переключились на взятие под свой полный контроль Англии. Поэтому Речь Посполитая стала для них второстепенной и понемногу начала угасать.
Между тем численность евреев в Польше постоянно росла. И так же постоянно росло угнетение ими крестьянства и бедного казачества, которые были основой экономики Польши, и которые гораздо чаще сталкивались не с «польским паном», а с «арендатором-евреем», сдиравшим с них семь шкур. Не удивительно, что первый еврейский погром произошёл уже в 1407 году (естественно в Кракове). Позднее, стихийные антиеврейские восстания происходили ещё несколько раз, но все они жестоко пресекались марионетками евреев, засевшими в высших эшелонах власти.
От эксплуататоров, польские крестьяне могли бежать только в низовья Днепра - в Запорожскую Сечь. Длительное время польские власти не трогали эту вольницу, в т.ч. и из-за угрозы нападений со стороны Крымского ханства. Но в 17 веке обстановка изменилась, и в Запорожскую Сечь пришли крупные землевладельцы, арендаторы и трактирщики. «Не реестровых» казаков стали притеснять, перегибали палку и при сборе налогов. Взимали с православных плату за отправление обрядов в церкви, понастроили «шинок», запретив казакам самим изготавливать алкоголь для собственного потребления, и т.д. и т.п.
Как результат – в 1648 г. произошло памятное коэнам и ашкеназам восстание Богдана Хмельницкого, в ходе которого евреев вырезали тысячами. Только в городе Немирове за один день погибло 16 тысяч евреев, при этом, в первую очередь убивали управляющих арендаторов-евреев. Не зря в 1649 г., польский король Ян-Казимир был вынужден заявить, что евреи не могут быть «ни владетелями, ни откупщиками, ни жителями в украинских городах». Но это было не более чем уловкой коэнов, т.к. после поражения Хмельницкого под Берестечком в 1651 г. евреям опять разрешили быть «обывателями и арендаторами в имениях его королевской милости, и в имениях шляхты». Примерно в это же время, среди еврейских общин начался раскол из-за деятельности сторонников «миссии» - Шабтая Цви, неугодного коэнам.
Всё это привело к ослаблению позиций коэнов, больше не желавших вкладывать финансы и усилия в Польшу, где проживало слишком много не подконтрольных им ашкеназов. Своеобразным «первым звоночком» стало применение специально выдуманного «liberum veto» («не разрешаю») впервые прозвучавшее в 1652 г, после чего польский сейм распустили. И до 1763 года сеймы распускались еще 53 раза, т.е. примерно каждый третий, что очень сильно ослабляло страну. Хотя один раз военную мощь Речи Посполитой коэны возродили. Произошло это при Яне 3-м, тогда было нужно послать поляков воевать с Османской империей, а заодно и освободить Вену от осады турок.