Сегодня я немного опоздал на работу, отводил детей в школу. Когда я только зашел в больницу, то тут же услышал голоса Тамары Львовны и новой уборщицы, они спорили с новым охранником-стажером.
Он просил их предъявить пропуска, а они на него кричали и спорили. Решил с первого же дня нажить себе врагов, решил я, и мышкой проскользнул мимо них. Пришел к себе в кабинет, и ровно через две минуты вбегает Тамара Львовна и сразу с ходу начинает жаловаться на нового охранника. Ее возмущения продолжались бы еще долго, если бы в кабинет не вбежала толпа детишек с женщиной. Я вначале подумал, что пришла воспитательница из садика, а нет, оказалось, что все они были ее детьми – целых десять маленьких кричащих практически в один голос человечков.
Из-за их криков не было ничего понятно, да и Тамару Львовну было не слышно, пришлось ей ретироваться. Наконец, практически спустя полчаса она смогла их успокоить, и понял, что один из ее детей, восьмой по счету, которого звали Фенчик, упал с горки неудачно и повредил руку. Я отправил их делать снимок. Пока они вернутся, я успею пообедать, решил я, и не теряя времени спокойно поел. Они вернулись спустя полтора часа. За это время я успел сделать отчеты, пообедать и даже прочитать электронную почту. После того, как я закончил с Фенчиком, они всей гурьбой отправились домой. Вдруг ко мне заглянул Франциск Петрович и сказал, что у нашей уборщицы Галины скоро день рождения, и он ответственен за подарок. Он ходит по врачам и собирает деньги. Что собираетесь подарить? – спросил я. – А разве не ясно? Конечно, слуховой аппарат, а это не слишком грубо? – спрашиваю я. – А кричать на всю больницу, чтобы даже пациенты оборачивались или выбегали из палат, думая, что что-то случилось, это по твоему нормально? Ладно, ладно, только успокойтесь, и сдал пятьсот рублей на подарок. После того как Франциск Петрович ушел, ко мне пришел один товарищ, на голове каска, на ногах дырявые кирзовые сапоги. Я вначале подумал, что бомж, но нет, это был крановщик Альберт Павлович Скоробогатый, так представился он едва заплетающимся языком, а запах от него был словно он не мылся целый год.
У меня даже слезы на глаза навернулись от такого аромата. Он сломал себе руку, когда выпорхнул из крана, как он выразился. Да в таком виде только можно выпорхнуть, а не слезть. После того, как я с ним закончил, то тут же открыл все окна настежь и на ночь решил их не закрывать. Рабочий день как раз подошел к концу, и я пошел домой.
# рассказы # юмор # отношения # больница