Захоронения, приписываемые сподвижникам пророка Мухаммеда Хакаму ибн Амру аль-Гифари и Бурейде ибн аль-Хусайбу аль-Аслами – считаются одними из самых древних исламских святынь в Хорасане.
Объекты культурного наследия Туркменистана, в том числе и Государственный историко-культурный заповедник «Древний Мерв», включены в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, что подтверждает их выдающуюся ценность. Сохранение и популяризация национального культурного наследия является неотъемлемой частью последовательной государственной политики Туркменистана. Такие уникальные памятники архитектуры и истории, как мавзолеи асхабов Бурейды и Хакама, находятся под особым вниманием государства. Их восстановление и защита рассматриваются как приоритетные задачи, призванные обеспечить сохранность этих святынь для будущих поколений и всего человечества.
На южной окраине древнего Мерва, среди пологих земляных холмов, скрывающих очертания исчезнувших кварталов, возвышаются два скромных, но необычайно значимых мавзолея. Эти захоронения, приписываемые асхабам – сподвижникам пророка Мухаммеда Хакаму ибн Амру аль-Гифари и Бурейде ибн аль-Хусайбу аль-Аслами – считаются одними из самых древних исламских святынь в Хорасане.
Архитектурный ансамбль погребений асхабов был тщательно изучен Южно-Туркменистанской археологической комплексной экспедицией (ЮТАКЭ) в 1950 году, что позволило глубже понять его эволюцию и датировку различных элементов.
Согласно мусульманским преданиям Хакам и Бурейда прибыли в Мерв в VII веке в составе первых арабских отрядов, которые несли ислам на восток. Однако в отличие от простых воинов они были миссионерами, несущими не только новое слово, но и принципы справедливости и веры, их проповеди отличались мягкостью и убедительностью, а их праведная жизнь была скромна и безупречна. Они несли послание мира и единства, а не завоевания, и заслужили глубокое уважение местных жителей. После их смерти были погребены рядом, и это соседство стало вечным символом духовного братства во имя истины.
В этом священном месте, где время словно замедляет свой ход, архитектура становится продолжением молитвы, а тишина – формой рассказа. Оно стало своего рода духовными вратами в Мерв – первым, что видели путники, и последним, с чем они прощались, покидая оживлённый город.
Архитектурный облик двух мавзолеев отражает дух ранней исламской эпохи, где доминировали простота, покой и ощущение вечности. Кирпичная кладка, потемневшая от времени, поражает своим мастерством. Здесь нет ни мозаики, ни резьбы, ни изысканных росписей – только чистые, строгие линии и игра света и тени, создающая особую поэтику пространства. В этой немногословной архитектуре раскрывается суть эпохи, когда вера выражалась не в украшениях, а в поступках, стойкости и глубокой памяти. Мавзолеи производят глубокое впечатление своей простотой: в их строгих формах ощущается вечность, а в их молчании – многовековая история.
Эта архитектурная сдержанность напоминает о ранних мечетях, где главную роль играла не роскошь, а функциональность и духовное наполнение. Отсутствие пышных декораций заставляет сосредоточиться на самом важном – на памяти о тех, кто здесь покоится. С течением времени, когда исламская архитектура стала более декоративной, эти мавзолеи остались образцом первоначальной простоты и чистоты.
В XV веке новые правители Мерва выстроили у могил из кирпича два глубоких сводчатых айвана, расположенных строго по осям надгробных мавзолеев. Архитектура айванов представляет собой своеобразный отголосок столичной архитектуры государства Тимуридов, расцветшего в Центральной Азии, задачей которой являлось не только возвеличивание правителей, но и проповедников ислама – идеологии, на которую опиралась духовная и светская власть Тимура и его наследников.
Между мавзолеями и айванами расположен вымощенный дворик, где паломники и путники могли укрыться от палящего зноя. Поодаль от мавзолеев сохранилась старинная сардоба – подземное хранилище воды, некогда служившее источником жизни для всех, кто посещал это место. Её наличие свидетельствует о том, что территория вокруг мавзолеев была не просто местом захоронения, но и важным пунктом на караванных и паломнических маршрутах. Согласно местным преданиям, вода из этой сардобы обладала чудодейственной силой. Легенда гласит, что во время сильной засухи, когда колодцы высохли и люди страдали от жажды, один старец пришёл к сардобе и, склонив голову, попросил у асхабов благословения. Он не успел договорить свою молитву, как из земли забил родник, наполнив сардобу до краёв. Это чудо спасло жителей окрестностей и укрепило их веру. С тех пор люди приходят сюда в надежде на чудо, веря в силу духовного заступничества.
Местные легенды хранят множество историй, связанных с этими местами. Говорят, что в редкие ночи над куполами появляется лёгкое сияние, а ветер приносит запах горных трав, будто привет из иных времён. Старейшины вспоминают, что когда-то сюда приходили женщины с новорождёнными, прося покровительства, и каждый ребёнок, принесённый под сень этих мавзолеев, считался под особым благословением. Место захоронения асхабов никогда не было забыто. Оно упоминалось в средневековых хрониках, попадало на карты паломнических маршрутов и становилось темой поэтических строк. Считается, что душа странника всегда найдёт здесь покой, а сердце – утешение. В век тревог и потерь мавзолеи остаются точкой опоры, где незримое прошлое становится почти осязаемым.
Весной холмы вокруг мавзолеев покрываются цветами, и тогда здания будто всплывают от земли, соединяя земное с небесным. В ясные зимние вечера их силуэты вырисовываются на фоне багрового неба, как стражи, дремлющие у порога великой истории. Они не требуют слов и не нуждаются в прославлении. Их миссия – просто быть. И именно в этом заключается их величие. Паломники, археологи, художники и простые путники – все, кто побывал здесь, увозят с собой чувство особого прикосновения, будто грань между временами стёрлась, и голос из глубины веков прошептал нечто важное. Такова сила этих мест: тихая, несокрушимая, напоминающая о вечных ценностях и истоках веры.
Язгуль ТИРКИШОВА,
главный хранитель Государственного историко-культурного заповедника «Древний Мерв». Фото из архива Государственного историко-культурного заповедника «Древний Мерв»