В.Г. КАРЕЛЬСКИЙ, публицист, независимый исследователь
Ни одна страна не сталкивается с такой масштабной фальсификацией истории, как Россия. Смысл этой подрывной деятельности гениально сформулировал Дж. Оруэлл в антиутопии «1984» в виде тезиса тоталитарной системы Старшего Брата: «Кто управляет прошлым, тот управляет будущим, кто управляет настоящим, тот управляет прошлым». Многие исторические пробелы и небылицы возникли под влиянием титульных особ и теократий, традиционно пекущихся о политических перспективах. Но это ещё не всё! Автор в ходе исследования убедился, что любое название и любое имя хранит какую-то тайну. Есть она и у прибалтийского города Любек. Его появлению предшествовало поселение и крепость Любице, основанные до IX века. Славянские племена бодричей, осваивали и обживали благодатные земли Саксонии с незапамятных времён. Здесь обосновалась династия Никонидов, которая в IX веке исповедовала христианство. Тут же обнаружены курганы и мегалиты эпохи неолита, которые встречаются повсеместно на европейской части России. В начале X века в Любице произошли столкновения на религиозной почве. Язычники низвергли православную династию, а поселение разорили и предали огню. Христиане бежали от извергов, после чего недалеко от старого поселения возник Любек – имперский вольный город, будущая столица Ганзы. Источником его процветания была торговля – излюбленное занятие всех евреев.
Название «Ганза» появилось в XII веке. До того времени прообраз Ганзы именовался «Норманнским каганатом». Отсюда норманисты делают заведомо ложный вывод о скандинавских истоках привнесённого на Русь государственного порядка. Образование Норманнского каганата происходило на фоне миграционного кризиса и славянской экспансии на большей части Евразийского континента. В Европе уже в VII веке сложился союз западнославянских племён (предположительно, из склавенов и аваров), известный под названием «Аварский каганат». Племена бодричей, основавшие Любице, имели разные названия, среди которых упоминаются ободриты и рароги. Крупнейший порт на Балтике назывался Рерик. В переводе на современный русский «рарик» означает «соколик». Атакующий сокол был тотемным символом славянских князей. Не отсюда ли взялось историческое имя Рюрик? Это – далеко не единственный повод усомниться в норманнской версии.
Только в XII веке, после вторжения саксов и крестоносцев, славянские поселения в Пруссии и Саксонии были разорены и подверглись онемечиванию. Новгородская Русь в то время отбивалась от тевтонских завоевателей, преодолевая усобицы. Исторические скрепы, связывавшая западнославянские племена с Русью, сохранилась до наших дней. Про эти связи пишут различные авторы, но не учебники. Сегодня вопрос о славянской идентичности варягов Русь имеет архиважнейшее значение! На Руси варягами издревле называли приезжих, приплывших издалека морскими путями. Все они были не чужаками и не завоевателями, а людьми близкой веры, носителями славянского языка и православных традиций. Нестор писал, что варяги назывались Русь, как и другие варяжские племена назывались свеями (шведами), англами и готами.
Великий русский учёный Михайло Ломоносов в вопросах истории не был так силён, как в химии. Но интуиция его не обманула и в этой ипостаси, когда он клеймил лжеучёных типа Шлёцера, последними словами: «…из сего заключить должно, каких гнусных пакостей не наколобродит в российских древностях такая допущенная в них скотина». Действительно, факты свидетельствует не о норманнской экспансии, а о существовании единого торгового и этнического пространства славянской империи, охватывавшей Прибалтику и Скандинавию задолго до появления там самостоятельных государств и образования Новгород-Киевской Руси. Русичи имели тесные связи, которые обнаруживаются в археологических исследованиях. Всё это доказывает, что западнославянские племена и варяги Русь имели свой путь развития и исповедовали христианство. В наше время рассмотрение истоков Руси сводится к русофобским выдумкам. Такой предвзятый подход демонстрировал проф. Питер Хизер: «Русь – это не столько государство, сколько пресловутая “Компания Гудзонова залива”, состоящая из условно независимых торговых компаний, расположенных вдоль основных рек и связанных друг с другом необходимостью выплачивать откупные самым могущественным из них… Отсюда, Русь в начале своего существования была иерархической зонтичной организацией торговцев, вне всякого сомнения, созданной с помощью грубой силы» («Великие завоевания варваров»). Это мнение противоречиво, поскольку содержит и отрицание, и признание государственности Руси, которая опережала северо-западную Европу на столетия. Изначальная Русь, как и норманнские племена, и прибалтийские народы возникла из славянской империи, в которой варяги были одним из сословий. Всякие Норманны, Варвары и Викинги – это избежавшие истребления и ассимиляции «осколки» той же империи.
Тот же Хизер признавал: «Начиная примерно с 500-го года, начался процесс масштабной экспансии, который сделает славяноязычные племена главной силой на просторах Европы от Эльбы до Волги». Согласитесь, не похож этот ПРОЦЕСС на деятельность «торговой компании». Об этом ПРОЦЕССЕ сохранилось множество свидетельств, датируемых второй половиной первого тысячелетия. О нём писал Мавро Орбини в своей книге «О расширении народа славянского». Так возник «водоворот истории», в котором средневековая Русь играла ключевую роль. Спрашивается, почему славянские имена выводятся из скандинавских диалектов: Олег из Ингвара, Ольга из Хельги? В действительности, все было с точностью до наоборот! Норманны от бедности своей мигрировали на русские земли в поисках пропитания. Здесь они приобщались к славянской культуре и служили святой Руси верой и правдой (не все, правда!). Те, кто не хотел честно служить, дичали и со временем становились вольными викингами (от англ. wicked – дурной, злой, гадкий). Разными путями исходили от Руси малые народы, ставшие впоследствии жертвой внешней экспансии и русофобии. Эти «осколки» смешивались с соседями, заимствовали чужой язык и образовывали собственные этносы.
Знаменитый Тур Хейердал, известный как безстрашный мореплаватель и честнейший ученый, совершил множество открытий. Покопавшись возле Азова в древних культурных слоях, он установил, что предки викингов были выходцами из Кубанских степей (!). Миграция, которая привела к появлению норманнских племён, происходила более 2000 лет назад. Факты, подтверждающие славянские корни норманнских племён, всячески замалчиваются и затушёвываются ушлыми книжниками. Такую предвзятость принято объяснять случайным наваждением: мол, увлеклись герр профессоры, попали под влияние духа Нибелунгов, может и накосячили малость – с кем не бывает? К чему это лукавство, софистика и «дым в глаза»? Известно, что понаехавшие в Россию «ценные специалисты» обучались и получали учёные степени в иезуитских коллегиях Европы. Какую цель преследовали эти засланцы Ватикана, нетрудно догадаться. Об их миссионерстве написано слишком много, чтобы задерживаться на этом аспекте. Вспомним хотя бы молниеносную реакцию Ватикана, «прихлопнувшего» исторический труд Мавро Орбини точно муху, трагическую судьбу брата Филиппо, подозрительную смерть Ломоносова, подлое убийство Пушкина…Если продолжить сопоставление фактов, то истина оказывается ещё более шокирующей!
Перенесёмся на время из нижней Саксонии в приволжские степи. В тех краях во второй половине 1-го тысячелетия воцарилось необычное квазигосударство – «Хазарский каганат». По всем историческим признакам древние предки хазар якобы не определяются (!?). Их «корни» связывают то с империей гуннов, то с какими-то тюркскими кочевниками, то с уйгурами. Историки придумали своё примитивное объяснение данного казуса, согласно которому название «Хазария» происходит от корня «коз», связанного с укладом жизни тюркских скотоводов-кочевников. Согласитесь, между великой Хазарией и первобытными КОЗами так много общего… Официоз допускает единственное мнение: Хазарский каганат имел тюрко-монгольские корни (?) и возник в результате смешения кочевых племен, мигрировавших из азиатской глубинки, с беженцами, спасавшимися от иудейских войн. Иудаизм хазары приняли как-бы случайно, в результате ток-шоу, в котором участвовали представители различных конфессий. Какой-то странствующий рабе показал себя таким убедительным и красноречивым агитатором, что ему присудили безоговорочную победу и приз «зрительских симпатий» невежественной аудитории. Простите, а как же вековые традиции иудейской веры, «Ветхие Заветы», наконец? – Да будет вам! Разве не ясно, что лжеисторики готовы сочинять любую КОЗлятину, лишь бы не упоминать еврейский идефикс.
В своих верованиях Хазарский каганат следовал исключительно традициям древнего Вавилона, но не Халхи, которая уже в XI веке приняла буддизм. По еврейским преданиям хазары исходили из племени Яфета, сына Ноя. На хазарских монетах написано священное имя – «Моисей». Всё это плохо «вяжется» с расхожим мнением историков-ортодоксов! Зачем каганату понадобилось увековечивать в своём историческом названии уклад каких-то кочевников, если его знать говорила на иврите и никуда не кочевала? Столица Хазарии (г. Итиль) располагалась в дельте Волги и пользовалась всеми благами своего местоположения. Это предположение расходится с мнением Л.Н. Гумилёва, который утверждал: «У хазар не было государственной власти. Сейчас от языка этого племени (выделено мной, – В.К.) сохранилось одно слово, служившее названием крепости Саркел, что означает «Белый дом». Тюркские, финно-угорские и славянские языки не знают ничего похожего на это имя». Гумилёв противоречил сам себе, когда утверждал: «Иудейское правительство Хазарии было враждебно Византии» (выделено мной, – В.К.).
Если учесть иудейские корни хазар, то отношения между Хазарией и Византией могли быть исключительно враждебными. Упоминаемое Гумилёвым «правительство Хазарии» – это признак могучего государства, но не походной скинии кочевого племени! Византия, будучи великой империей, никогда бы не заметила какое-то кочевое племя, расположенное за тысячи километров. Но «Великий каганат» был государством со своей армией и правительством, с которым приходилось считаться и на Руси, и в Восточной Европе! Можно поискать корни названия «Саркел» в армянских и персидских наречиях. Но, среди предков славян упоминаются сарматы! Проще всего связать название «Саркел» с таким распространённым словом, как «сарай» (sarai, sarãi, seral), что на разных языках означает «дворец» (!). А окончание «кел» в тюркских языках означает приставку «назад». В чувашском языке сохранилось «kil», что значит «дом». Например, «кайтып кел» (по-кирг.) значит «прийти обратно» или «возвратиться домой». Отсюда следует, что «Саркел» – это «Дворец в честь возвращения»? Возникает интересный вопрос: почему историки старательно обходят явные энтомологические соответствия между хазарскими названиями и ивритом? Слово «каганат» отсутствует в языках тюркской группы, но явно в родстве со словом «хаган» (защитный, ивр.), который означал собрание еврейских старейшин или, своего рода, Думу.
Совсем уж откровенный факт: в иврите слово «хазара» означает «возвращение» или «повторение»! Например, «бэ-хазара» переводится, как «обратно». После знакомства с еврейской историей это слово ассоциируется с сокровенным еврейским идефиксом. До сих пор всё, что связано с этим идефиксом, тщательно табуируется. Непонятно, зачем прятать «концы в воду», если уши «за версту торчат»? Действительно, иудейская элита не может смириться с изгнанием из благодатного Rha («Исходом»). Напрашивается вопрос: что, если один и тот же сценарий: «Уйти, чтобы вернуться», повторялся в Палестине, в Египте, в Ассирии, в Испании и в Саксонии? Невероятно, но какими-то неведомыми путями, «вечные изгнанники» нашли и вновь попытались реинкарнировать «Рай» в дельте великой русской реки – Волги, обозначаемой в древности, как Rha (!).
Следует подчеркнуть, что тот «райский уголок» во второй половине 1-го тысячелетия был совсем другим, нежели в XXI веке. Дельта Волги занимала значительную часть нынешнего Каспия. Здесь были плодородные почвы, изобилие рыбы и дичи, чистейшая вода, теплый климат. Главное, через низовья Волги проходило множество торговых путей («шёлковый путь», например). – Что ещё нужно для процветания «богоизбранного народа»? Во второй половине первого тысячелетия Хазария поднялась как «на дрожжах», подчинив себе земли от Южного Урала до Днепра и Кавказа, и даже Киев платил дань этому «квазигосударству». Хазары образовали с местными племенами своеобразный симбиоз, напоминающий царство Апофиса. Кого-то из аборигенов заставили потесниться, кому-то досталась рабская доля, а кто-то приспособился и принял новую веру – иудаизм. Отсюда-то и возникла вульгарная басня о «честном и справедливом выборе» веры в результате тендера, проведенного иудейским каганатом. Тот рабе-агитатор наверняка выступал на ток-шоу с вооруженной до зубов «подтанцовкой».
Хазарская знать была крайне заинтересована в росте численности соплеменников, но не прозелитов. Как сообщает «Еврейская энциклопедия», в Хазарии собрались евреи из многих стран, страдающие от всяческих притеснений и мечтающие об «Земле обетованной, где течёт молоко и мёд». В каганате, был грамотей и, вероятно, топ-менеджер рекрутинга по имени Иосиф. Для истории сохранились свидетельства его активной переписки с испанским сановником, важным лицом в оккупационной администрации по имени Хасай ибн Шапрут. Надо полагать, что Хазария вела переписку со многими влиятельными вельможами разных стран. Это свидетельствует об определённом продвижении проекта «Хазария» в международном сообществе. Самая большая еврейская колония существовала в Испании, пребывавшей под владычеством мавров. Наиболее удобный и безопасный путь из Испании в Хазарию в те времена проходил по водным путям, через Прибалтику и земли Киевской Руси. Миграционные потоки проходили через Любек (Любице) и далее – транзитом через Польшу и Прибалтику. Не удивительно, что часть мигрантов оседала в разных пунктах этих маршрутов, создавая временные колонии и, соответственно, «перевалочные пункты». В новых поселениях, как в зеркале, отражалось название мест, полюбившихся когда-то вынужденным переселенцам. Можно полагать, что так возникло «зеркальное» наименование города Любеч, как напоминание о предшественнике «королевы Ганзы» – славянском городе Любице.
Название «Любице» ассоциируется не только со словом «любовь», но и с болотом, поскольку приставка «бица» на иврите означает «топь». Может быть, действительно, эти места так затягивали переселенцев, что уезжать отсюда никому не хотелось? Существует множество созвучных названий: Любляна, Люберцы, Любань, Любеч… Добавлю, совсем недалеко от упомянутых в этом экскурсе мест (недалеко от Смоленска), вскоре после Крещения Руси появилось загадочное еврейское поселение Любавичи, ставшее местом рождения иудейского религиозного движения «Хаббад». Основоположник хасидского движения, Шнеур Залман, был родом из села Ляды, что совсем недалеко от Любавичей. Согласно «Еврейской энциклопедии», любавический хасидизм – это служение, направленное на «извлечение радости (!?) понимания Торы». Под этой «радостью» каббалисты понимают воображаемое «соединение» с Богом, что во все времена у православных называлось одним словом: «любовь».
Придётся открыть ещё одну шокирующую правду: в иврите, как и в Каббале, слово «любовь» напрочь отсутствует! Почему-то «ахув» (любимый) есть, «симха» (радость) есть, а «любви» нет и в помине (?). Не потому ли, что само понятие «любовь» приобрело глубокий духовный смысл и стало краеугольной нравственной основой Евангелие, в связи с чем попало под запрет и было вычеркнуто из Торы? Самое время напомнить, за что был затравлен бесами Барух Спиноза: «Познавательная любовь души к Богу есть та самая любовь, которой Бог любит самого себя, не поскольку он бесконечен, но поскольку он может выражаться в сущности человеческой души, рассматриваемой под формой вечности. Познавательная любовь души к Богу составляет часть бесконечной любви, которой Бог любит самого себя[1]» (выделено мной – В.К.). Каббалистические наставления и герметические учения толкуют только об иллюзорной «радости познания Бога», но не о личностных чувствах, имеющих духовный смысл. Благодаря Евангелие, слово «любовь» сохранилось и приобрело не эротическое, но важное духовное значение. Оно-то и перекочевало вместе с первыми христианами через Балканы на север и запечатлено во многих именах и названиях.
Возникает мучительный вопрос к Клио и ученому сословию: кто же мы, братья-славяне, и кто пришёл к нам на Русь под видом варягов? Главное, какую веру и какой «новый порядок» привнесли эти варяги? Ведь после критического анализа от «норманнской теории» остается не больше, чем от скрижалей Завета! Можно говорить не только об иудейском «следе», но и о глубокой «борозде», перепахавшей когда-то всю историю средневековой Руси и многих народов Евразийского континента! При объективном рассмотрении оказывается, что все ответы на вопросы истории расположены буквально под носом ученой публики. Достаточно в онлайн – переводчике запросить перевод слова «WAR». На английском, норвежском, датском, шведском, финском и пр. перевод звучит одинаково: «война, войны, сражение». Синонимами этого слова всегда были «набег» и «нападение», что связывалось с агрессией воинственных норманнов. В современном немецком и французском языках эти слова звучат совсем по-другому. Это понятно, ведь и Франция, и Германия формировались во втором тысячелетии после того, как на смену варягам Русь пришли тевтонцы, франки-завоеватели и рыцарские ордены. В России от коренного слова «WAR» сохранились явные «следы»: сВАРа (столкновение), ВОРог (неприятель), ВОРовать (грабить) и т. д. Особый смысл подсказывает исконно русское имя Варвара и не менее красивое, древнегерманское, Барбара. Эти имена появились параллельно с греческим «Вarbarus», в котором, звучит явный подтекст: «воин-варяг Русь»! Древние греки обзывали «Барбарусами» представителей славянских племен и скифов, нападавших с севера (из Прибалтики и Причерноморья!). Русская «Веди» в греческом алфавите отсутствует, вместо неё использовалась буква «Бета» (β). Слово «ВАР» не характерно для праязыков кельтской группы. В германском буква «V» заимствована из латыни, но придумать слово «Варварусы» прагерманцы не могли, поскольку это было чужое, славянское слово. Поэтому в германском языке сохранилось имя «Барбара», заимствованное у греков, а у русичей «Варвара» осталось в своём изначальном звучании («женщина из племени воинов»). Со временем смысл слова «Варвар» неоднократно искажался, что привело к появлению унизительного прозвища (грубый, невежественный человек). Тайна упоминаемых здесь женских имён оказались слишком жестокой, чтобы рассказывать о них в учебниках. Глагол «Вар» в санскрите переводится как «выбирать». Стоит ли рассказывать неискушённой публике, как происходила торговля «живым товаром» в Хазарии и на Средиземноморских рынках?
Теперь понятно, почему норманисты обходят прямой и самоочевидный перевод прозвища «Варяга», используя какие-то вторичные и искаженные по смыслу ассоциации: «верингеры», «варанги» и пр. Норманисты упрекают своих оппонентов в том, что те жертвуют научными принципами в угоду национальному самолюбию. Чем они жертвуют, посудите сами! Многозначный корень «ВАР», от которого возникли красивые женские имена и прозвище безстрашных воинов, изначально происходит из языков, близких к санскриту. В индоевропейской энтомологии корень «ВАР» имеет сакральный смысл, соединяющий понятия «защита» (укрытие) и «любовь» (опека и забота). Надо ли напоминать, что великий и могучий, а также греческий, имеют корни в санскрите? Наши предки проживали в Европе задолго до заселения студёной Скандинавии и цветущего Индостана, что доказано различными методами, включая генетический анализ гаплогруппы, энтомологию и топонимику. Из смысла слова-мигранта «ВАР» следует, что сугубо славянское прозвище «Варяга» означало «воин» или «наёмник». Это слово образовалось так же, как множество слов-эндемиков: «доходяга» «баба-яга», «стиляга», «бродяга» и пр. Приставка «яга» характерна для санскрита (жертва Богу). Значит, истинные «Варяги» и «Варвары», могли попасть в Европу только через праславянскую Русь, но никак не из языческой Скандинавии! Для норманистов эта банальная истина подобна уготованной виселице. Любой «ученой скотине» после иезуитской дрессуры остаётся лишь колобродить вокруг колышка, вбитого в скалах Скандинавии, и тупо пялиться на осточертевшие норманнские лишайники.
Представленные здесь факты нужно попросту понимать. В ходе торговли и бытового общения, слова-мигранты мигрировали из славянских диалектов в кельтские, приобретали новый смысл, но сохранили похожее звучание. На коренном языке те же слова сохраняли традиционный смысл, который зачастую отличался от иноземного. Но, это – особая тема для обсуждения. Следовательно, продолжение следует!
[1] Из «Богословско-политического трактата» Б. Спинозы