С самого начала всё шло прекрасно. Ольга, мама моего мужа, сразу приняла меня в свою семью, называла родной и часто приглашала на чай. Однако после нашей с Ильёй свадьбы отношение её ко мне изменилось. Её теплота исчезла, разговоры стали редкими, а визиты прекратились. В её молчании я ощущала едва заметный, но ощутимый упрёк.
Однажды я спросила мужа:
— Ты заметил, как твоя мама стала отдаляться от нас?
Он лишь пожал плечами, уклоняясь от ответа.
Истину я узнала случайно от его тёти. Оказалось, Ольга считала, что я веду себя легкомысленно. Она жаловалась всем родным, утверждая, что Илья связал свою жизнь не с той девушкой. Внутри меня закипела обида, и я захотела выяснить всё сразу. Но понимала, что прямой конфликт только усугубит ситуацию.
Илья, как всегда, старался сгладить ситуацию:
— Не обращай внимания. Главное — наши чувства. Пусть она говорит.
Я начала находить в этом плюсы: у других подруг свекрови родственники часто вмешивались в их жизнь, а у меня была полная свобода. Но лёгкая горечь всё же оставалась.
Со временем я почти смирилась с новой дистанцией. Когда мой срок беременности подходил к концу, Илью неожиданно отправили в командировку. На работе у меня начались схватки, а родители были далеко. Мне пришлось звонить Ольге и умолять её привезти мою заранее собранную сумку.
Она приехала очень быстро, с озабоченным лицом. В приёмном отделении она не отходила от меня, гладила руку и шептала утешительные слова. Меня раздражало всё: ожидание, боль, её слова. Я уже собиралась сделать ей резкое замечание, но подошёл врач.
— Ну что, красавица, пора? Это ваши первые роды?
— Нет, — неожиданно ответила Ольга. — Это уже вторые.
От её уверенности я даже дыхание перехватило.
— Почему вы так решили? — прошептала я. — Это первые.
Разбираться было некогда.
Вернувшись из роддома с маленькой Аглаей, я увидела свекровь с огромным букетом и парой крошечных костюмчиков. Я решила прояснить ситуацию и задала вопрос, который мучил меня:
— Откуда взялась идея о моих предыдущих родах?
— А тот мальчик, который был на торжестве и так похож на тебя, — не твой? Не станешь же утверждать, что он чужой? — с вызовом спросила она.
— Это мой младший брат, — рассмеялась я.
— Конечно, все так говорят, — фыркнула Ольга. — Наверняка ты родила его в юности, а твои родители просто воспитали его.
Спорить было бесполезно. Мой брат-подросток действительно был моей уменьшенной копией. На свадьбе он не отходил от меня ни на шаг, обнимал и говорил, как сильно скучает. Для Ольги же это стало доказательством моей «порочности». Теперь, что бы я ни говорила, она была уверена в своей правоте.