В нашей деревне мужик один живёт, алкаш алкашом. Сколько я себя помню он всегда подвыпивший был. Не припомню я когда его трезвым видел. Да собственно и не замечал я его в последние годы, и не я один. Спроси кого где сейчас Колька, пожмут плечами, -Может пьяный где валяется, а может и помер. Кто его знает... Да вроде вчера мать Колькина орала чего-то. Обычно она на Кольку орёт. Вроде и нет человека, вроде как и не было никогда. Слышно иногда вечерами как он с матерью ругается. Если бы не мать он давно бы уже помер. Она его в ежовых рукавицах держит. Да разве удержишь. И вот беда, померла его матушка. Неожиданно для всех померла. Вроде не совсем старая была... Хотя, если ему шестьдесят... Да уж, во как время бежит. В общем померла мать у Кольки и остался бедолага один на всем белом свете. В деревне жалеть его вроде как стали, как он теперь жить будет. Не долго ему осталось, помрет где нибудь под забором... Смотрим, а он живет... День живет, неделю живет. Ходит и улыбается. Вроде как сытый. Очень мне интересно стало. Подловил я его как-то да и расспрашивать стал... А он возьми да и выложи мне свою невероятную историю. Историю в которую я поначалу и не поверил. Это позже я все больше и больше стал убеждаться, что видимо Колька не врет... Давайте ка я вам всё по порядку расскажу...
...За окном льёт и льёт. Третий день небо плачет вместе с Николаем. Три дня как Николай мать свою схоронил, и теперь остался один на всем белом свете. Нет у Николая ни жены, ни детей. Родственник был в соседней деревне, да и тот помер незадолго до матушки. Как теперь Николаю жить? Сидит Николай посреди комнаты на старом табурете, который того гляди развалиться. Сидит, голову опухшую от самогона руками обхватил. - Как же я теперь один то?- шепчет мужчина,- Кому я теперь нужен. Да и не умею я ничего делать по хозяйству, всё матушка, и щи сварит, и за огородом присмотрит. Жил себе и жил... Ох, пропаду я... Вон как в животе урчит, а кастрюля пустая. Может до Нюрки дойти? Может сварит чего поесть? Ведь не чужие вроде... Хотя... Обидели мы её.
Николай теперь и не припомнит тот год, когда он привел Нюрку в дом. Молодой ещё был. Обычная женщина, не красавица конечно, но по дому всё делала и в огороде успевала. Только вот матери она видимо не понравилась. Как говорила мама, под ногами у неё путалась. И ела много, и одевалась слишком ярко. Так и выжила её матушка из дома, не прожила та и двух месяцев. Николай молчал конечно. Ну а что он скажет против матери? Мать всегда права. Слово матери, закон.
Что теперь делать Николаю? И здоровье уже не то, чтобы жизнь заново начинать. А может самому щи то сварить. Вроде ничего сложного. Вон у матери щи были, ложку проглотишь. Чего она там в кастрюлю клала? Мясо, капуста, картошка? Буду учиться, деваться некуда.
Николай поставил кастрюлю с водой на газ и стал чистить картошку. От картошки почти ничего не осталось. Всё с кожурой ушло. Бросил то что осталось от картошки в закипающую воду.
- Ты чего это добро переводишь,- раздался голос матери.
Николай вздрогнул от неожиданности едва не опрокинув кастрюлю на пол. Он был и напуган и удивлён одновременно.
- Наверно показалось,- подумал Николай,- с голодухи, или с похмелья.
- Ничего не показалось. Ишь ты, показалось ему. Шесть десятков годков прожил, а ничему не научился. Конечно и моя вина в этом есть...поэтому и не пускают меня в царствие небесное, пока тебя балбеса не обучу уму разуму. Думала хоть помру отдохну, так нет...не пускают.
Николай сьежился от страха. Кто бы сказал, не поверил бы, что такое возможно.
- Ты давай запоминай что говорить тебе буду. Дважды повторять не стану. Память то осталась ещё, не всю пропил?- прозвучал властный голос матушки.
Николай хотел что-то ответить, но так и не смог выдавить из себя ни слова.
Мужчина делал всё в точности так, как говорил ему голос, и у него действительно получились отменные щи. Он даже не заметил как опустошил две тарелки.
- Спать ложись пораньше,- продолжил голос,- Завтра рано подниму. По хозяйству учить тебя стану, что и как. Да и огород совсем запустил. Недели не прошло как померла, а сорняком всё уже заросло. Ну и балбес ты у меня сынок. Лодырь ты.
- Так ты же сама меня не подпускала...
- Лучше молчи... Не зли меня.
Николай стал уже привыкать к голосу матери. Вроде как и не помирала она вовсе. Мужчина сытый и довольный забрался на кровать и с удовольствием вытянул ноги.
- Ну а что,- шепчет он про себя,- Так жить можно. Так я не пропаду.
- Чего ты там шепчешь?- раздался голос над самым ухом.
- Я говорю спасибо,- хитро щурится Николай,- Спасибо что щи помогла сварить. Как там, на том свете то?
- Да откуда мне знать,- загрустил голос,- Я ещё там не была.
- А тебя сюда на долго?
- Сказали пока уму разуму тебя не научу
- Значит надолго,- сладко зевает Николай,- Значит надолго.