Когда я впервые прочитал Новую книгу(Liber Novus) я был невероятно удивлен тем насколько она глубже и значительнее того что мы привыкли слышать об аналитической психологии, которая мне показалось просто шуткой, поверхностной болтовней в сравнении с ней.
К тому моменту я уже прошел двухгодичный курс по аналитической
психологии, и никто толком ничего о ней не сказал за все 500 часов.
У нас был один семинар по ней за который я весьма благодарен, но он фактически не был о ней.
Если присмотреться к тому что такое аналитическая психология, то мы увидим лишь набор аксиом, которые Юнг собрал отовсюду.
Откуда они взялись?
Вы можете найти эти аксиомы разбросанными по различным философским и
религиозным учениям, но почему одни он взял а другие отбросил?
Ответ лежит в Новой книге, то что совпало с его опытом, то он и принял.
Потому он и называл свою психологию эмпирической, а не теоретической.
Однако нас учат аналитической психологии как теоретической системе с базой аксиом, а практику вы доберете в своём "юнгианском анализе".
Но вы ее там не доберете.
Юнгианский анализ в принципе должен закончиться там, где начинается этот опыт.
Нынче модно говорить о таком опыте "каждый сам по себе".
Как будто мы были до этого когда-то все вместе.
Реальную практику вы доберете если осмелитесь исследовать Новую книгу как карту вашей души.
Это не теория, это практика, которую, однако я не готов рекомендовать ни кому.
Если же вы все таки на нее осмелитесь, внимательно прислушайтесь ко всем предупреждениям которые рассыпал Юнг по ней.
Если вам страшно, то подождите еще.
Да, аналитическая психология это страшно и опасно.
Это так страшно что сковывает все тело до дрожи и погружает в нестерпимую немоту, это так опасно что на вас могут повесить ярлык безумца, и вы будете с этим охотно согласны, потому что не будете себя узнавать.
Но там где опаснее всего и спасение лежит ближе всего.
Да, аналитическая психология это гораздо больше, чем быть с клиентом и постить фоточки с конференций.
Год назад я написал пост мой юнгианский ликбез, в котором указал что на мой взгляд Новая книга есть ядро аналитической психологии, та живая энергия, тот атомный реактор которы стоит за ней, без которой она просто набор мертвых аксиом.
Если мы решились назваться юнгианцами, то у нас есть долги перед мертвыми.
Перед теми кто умирает прямо сейчас, и перед теми кто умер до нас. У нас есть даже долги перед мертвым Юнгом, который заплатил жизнью за эту
работу. У нас огромные долги перед культурой, каждый из нас ей задолжал,
мне кажется оглянувшись вокруг, это станет очевидно.
Дааа, а где же здесь эффективные инструменты для успешной жизни? Хаха!
С тех пор как я написал тот пост, я пошел на философский что бы изучать Красную книгу (тг канал об этом: t.me/theredbook...). Этой мой долг, я в долгу перед этой книгой.
А вы чувствуете свой долг за то что стали человеком?
В завершении оставлю этот диалог Джона Биби(ДБ) и Сону Шамдасани(СШ) здесь:
"ДБ: Я слышал, как вы говорили об умерших юнгианских аналитиках и о вашей печали от того, что они всю жизнь читали Юнга, но не имели доступа к
«Новой книге».
СШ: Да.
ДБ: Таким образом, в каком-то смысле мы, кому благодаря вашим усилиям
посчастливилось прочитать «Новую книгу», в некотором смысле искупляем
тех, кто не получил этого шанса в юнгианской психологии. У всех нас есть
умершие, которым мы чем-то обязаны, те, кто не смог достичь чего-то. И
мы не можем просто игнорировать тот факт, что они не смогли этого
достичь.
Мы должны взяться за это сами и нести дальше.
Думаю, справедливо будет сказать, что это встретит сопротивление.
Именно начало войны придало Юнгу смелости сказать то, о чём он написал в
начале книги. Без неё у него не хватило бы смелости сделать это.
<...>
ДБ: Это возвращает нас к идее, что эта книга – произведение совести, и что мужество Юнга исходит от его совести.
СШ:
Совесть – это не термин, который здесь появляется. В первых разделах
она описывается так: это то, чего требует от него душа. Это
обязательство, которое на него возлагается.
ДБ:
Причина, по которой я решил использовать слово «совесть», связана с
тем, что сказал мне Мюррей Стайн: Юнг был каким-то образом связан с
протестантской традицией совести, когда определённые обязанности
возлагаются на нас душой. Вероятно, я добавляю слово «душой» ко всему,
что говорил Мюррей. Но не будет ошибкой сказать, что Юнг был хорошо
знаком с традицией совести. И он даже написал об этом работу
«Психологический взгляд на совесть» в конце своей жизни.
СШ: Да.
ДБ: Разве в протестантизме нет традиции, в частности, обращать внимание на то, что происходит внутри вас? И что определённые обязанности возникают как следствие этого? Проблемы Первой мировой войны были представлены
Юнгу изнутри, в форме видений, которые он интерпретировал как
пророческие. И я лично согласен: они убеждают меня в их пророческом
характере. Если подобные вещи происходят с ним как внутренний опыт, то
не является ли это частью его понимания того, что именно его собственная
душа представила ему эти проблемы?
СШ: Говоря языком книги, это дух глубин.
ДБ:
То есть, он должен заняться этими вопросами. Другими словами, ему нужно
задуматься о том, что стоит за этой войной. Его призывают заняться
этими психологическими или духовными проблемами, стоящими за войной.
СШ:
Есть цитата из Liber Primus: «Но прежде чем я смог собраться с силами и
по-настоящему сделать это, мне нужен был зримый знак, который показал
бы мне, что дух глубин во мне одновременно является управителем того что
происходит в мире.
ДБ: Этот отрывок глубоко затронул меня – дух глубин дал ему этот знак. Он как бы просил о нём.
СШ: Ему нужен был знак, чтобы продолжать своё дело.
ДБ: И в этом ответ на вопрос, откуда берётся смелость. Она даёт то, что Юнг
в своих опубликованных трудах называл либидо, энергией, энергией,
необходимой для выполнения задачи. Он получил знак. И вместе с этим
знаком у него появилась задача. Встречается ли это слово в «Новой
книге»(Liber Novus)?
СШ: Да, слово «задача» есть в переводе.
ДБ: Когда перед ним стояла задача, его неизменной позицией было: «Вы берётесь за неё».
СШ: По сути, он утверждает, что жить собой – значит быть своей собственной задачей.
ДБ: И есть ли ощущение, что он пришёл к выводу, что война началась потому, что слишком многие люди этого не сделали?
СШ: Это наглядная иллюстрация последствий нежелания взять собственную ношу."
Jung Becomes Jung - A Dialogue on Liber Novus