Торгово-обменная сделка придумана не нами, а существует еще с тех времен, когда наш пещерный предок впервые взял в руки камень и дубину. И не просто взял, а впоследствии заточил, потирая о другой камень, пристроил к нему черешок, закрепив (вероятно, приспособив попавшийся под руку длинный и тонкий хвост бегающей вокруг зверюшки в качестве веревки), а затем обменял сей предмет на кусок жирной и вкусной лодыжки от мамонта, вчера упавшего со скалы прямо в реку.
Достать несколько килограмм мамонтятины смог вот этот шустрый молоденький паренек из соседней пещеры. Ему был необходим инструмент, чтобы отрубить еще кусочек ноги, а взять его было негде, кроме как вот у этого ленивого прощелыги, что сидит на дереве и ничего не делает…
Сам паренек не был способен изготовить инструмент, тут терпение нужно, усидчивость. Мясник-добытчик только и знал, как лазить по деревьям да скалам, больше ничего не умел, кроме как добывать пищу голыми руками или с применением все того же камня.
Подкрадется к жертве, тресь ее по голове, и потащил на жареху всей родне, огонь уже научились к тому времени добывать.
По случаю приобретения первого инструмента он нажрался, положив топор под голову, чтобы не сперли, а затем уснул. Проснулся в ночи от жуткой боли в области давно немытой головы (бань тогда тоже еще не было). Оттого он пробудился, что кто‑то бегал в его длинных волосах и больно кусал, прямо в темечко, да так сильно! Аж до неистовых царапулек дело дошло, благо ногти длинные, ножницы потом появились, позже…
Парень громко взвыл! (Как звали обоих субъектов, участвующих в этой сделке под номером один на Руси, мы знать не можем, по причине того, что тогда еще не было привычки давать первобытным порядочные, разнообразные, имеющие значения имена и прозвища.) И вот именно тогда он впервые крепко выругался, то есть сматерился.
Но и это из области предположений. О том, когда на Руси начали ругаться матами, никто не знает, сведений нет, потому мы и выдвигаем версию, что это и был первый русский мат. Над дикой тайгой, над туманной рекой ураганом пронесся ругательный неприличный термин в адрес «единопещерца» и всего племени собратьев.
Возможно, именно после этого случая наши предки поняли: пора за дело браться. И начали спускаться с деревьев, вылазить из пещер, строить землянки, общественные бани. Появилось первое лобное место, где не только по башке давали, но и собирались, чтобы о чем‑либо договориться, кое-что прикупить, а денег не было. Порешили меняться чем‑либо между собой, пока умные головы не придумают чего путного.
Так появился первый в нашей стране, не имеющей тогда еще границ, на окраине какого‑то дремучего леса, недалеко от реки и прямо под скалой, где еще недавно раздербанили свалившегося как снег на голову мамонта, блошиный рынок, а впоследствии там же, но поближе к воде, и общественная баня…