11 ноября 2014 года. Астрахань, Трусовский район. Проспект Бумажников, дом номер 15. Около шести вечера.
Из подъезда пятиэтажки выбежала девчонка. Белокурая, с длинными волосами, в куртке. 12-летняя Нина Курова. Только что поссорилась с матерью... Хлопнула дверью и — всё. Больше её никто живой не видел.
А мать Елена тогда подумала: ну, погуляет, успокоится, вернётся. Бывает же у подростков. Настроение портится, хочется одной побыть. Но... полночь настала. Потом час ночи. Два. А Нины всё нет и нет.
Елена похолодела. Вместе с сыном стали обзванивать друзей дочери, бегать по улицам района. Кричали, искали. Ничего. Утром 12 ноября мать бросилась в полицию.
Представляете?! Ребёнок испарился. Просто... взял и исчез в ноябрьской темноте.
Город на ушах
Всю Астрахань взбудоражило исчезновение школьницы. По области расклеили сотни листовок с фотографией Нины: рост 145 см, худенькая, светлые длинные волосы, серо-голубые глаза, шрам на лбу.
Искали все. Полицейские, спасатели МЧС, пожарные, водители автобусов и троллейбусов. Более 600 человек прочёсывали город! Волонтёры — около 160 человек в десяти группах — лазили по заброшенным зданиям, чердакам, подвалам, канализациям. Проверяли лесополосы, овраги. Ничего.
Потом нашлась свидетельница: видела, мол, Нину, идущую к Волге. Обыскали несколько километров речного берега — тишина. Потом говорили, что девочку видели у торгового центра «Три кота», в микрорайоне Жилгородок. Якобы просила у прохожих деньги. Версия родилась: может, хочет уехать из города?
Розыск расширили. Соседние регионы. Потом вся страна. Дело взяло под контроль руководство регионального следственного управления СК России.
Но Нины всё не было. Ни следа. Ни звука.
А мать... Елена винила себя. За ту ссору. Через соцсети писала дочери: «Прости меня, прости. Вернись, пожалуйста». До последнего надеялась, что девочка жива, просто обижена и прячется.
Добрый дедушка с лодочной станции
А всё началось летом. Летом 2014 года.
Нина плакала на берегу возле лодочной станции в Трусовском районе. Чем-то расстроилась. Девочка была доверчивой, открытой. И тут к ней подошёл мужчина. Пожилой. Утешил, рассмешил, предложил дружбу.
Валерий Полковников. 63 года. Рецидивист. Неоднократно судимый за преступления против несовершеннолетних, грабежи, разбой. Половину жизни провёл за решёткой.
Но Нина-то об этом не знала! Для неё он был добрым понимающим дедушкой, который слушал, не ругал, не читал нотации. Так они и общались три месяца. Встречались, гуляли, разговаривали.
И вот 11 ноября, после той злосчастной ссоры с матерью, Нина позвонила Полковникову. Он, как всегда, выслушал, успокоил. А потом предложил: «Поехали ко мне на дачу. Развеешься».
Нина согласилась. Не ожидала подвоха. Почему бы и нет? Дедушка же хороший...
Котлован с палаткой
Они поехали в поселок Морской. Окраина Астрахани, почти пустырь. На одном из дачных участков — котлован, заваленный мусором. А на дне котлована... палатка. Вот это и была «дача» Полковникова.
Он завёл Нину внутрь. Отобрал телефон. И всё. Девочка стала пленницей.
Несколько дней она провела в этой палатке. Плакала. Умоляла отпустить домой.
«Пожалуйста, отпустите меня! Я хочу к маме!» — кричала Нина.
Но Полковников только качал головой. А когда девочка сказала, что пойдёт в полицию, если он её отпустит... он принял чудовищное решение.
Схватил нож. Нанёс смертельные ранения. Жертва погибла там, в холодной палатке, на дне котлована.
Что он чувствовал? Ничего.
«Она меня раздражала, — скажет потом на допросе. — Плакала постоянно, просилась домой. А тут ещё листовки с её фотографией по всему городу. Поиски развернулись. Я понял — надо избавляться от улик».
«Я думал, куда спрятать тело...»
После убийства Полковников стал думать. Как избавиться от тела? Закопать? Сжечь? А вдруг найдут?
И тогда... Боже. Он принял решение, которое потрясло даже видавших виды следователей.
«Я думал, куда спрятать тело, чтобы его не нашли», — признался он на допросе.
Полковников уничтожал улики самым немыслимым способом. Способом, о котором даже произносить страшно.
Экспертиза ДНК, взятая с его зубной щётки, подтвердила — на ней остались биологические следы Нины Куровой. Преступление было совершено в форме, встречающейся крайне редко даже в криминальной хронике.
Всё, что осталось от ребёнка, он сложил в пакеты, вернул в шалаш и сжёг. Палатку, одежду, останки — всё в огонь. Попытался уничтожить улики полностью.
И скрылся. Думал, что никто ничего не узнает.
Роковая халатность
Но произошло невероятное. Нину можно было спасти.
Председатель садоводческого товарищества, где находился тот самый котлован с палаткой, дважды видел девочку с незнакомым мужчиной на территории участка в конце осени. Он понял, что это та самая разыскиваемая школьница.
И дважды — ДВАЖДЫ! — сообщал об этом участковому полиции.
Но участковый... ничего не предпринял. Не зарегистрировал сообщения. Не поехал проверять. Просто проигнорировал.
Если бы он отреагировал, Нину нашли бы живой! Она ещё была жива, когда председатель СНТ звонил в полицию!
Позже в отношении этого участкового возбудили уголовное дело по статье 293 УК РФ — «Халатность». Его бездействие привело к трагедии. К смерти ребёнка.
Задержание и признание
Полковникова вычислили в январе 2015 года — спустя два месяца после исчезновения Нины.
Составили фоторобот по словам председателя СНТ. Установили личность. Рецидивист со стажем, 64 года. Беглый уголовник.
При задержании у него внезапно отказали ноги — остался инвалидом. На следственном эксперименте его уже возили в кресле-каталке.
Но он признался. Сразу, на первом допросе. Рассказал всё. Показал место, где спрятал останки.
6 января 2015 года останки были обнаружены. Молекулярно-генетическая экспертиза подтвердила — это Нина Курова.
Родители... Представляете, что они пережили? Надежда рухнула. Вместе с известием о том, что их дочь не просто убили, а ещё и... Нет слов. Просто нет слов.
Самый пожилой пожизненник
Полковников понимал, что ему грозит пожизненный срок. За убийство малолетней. За разбои (а его ещё обвиняли в четырёх разбойных нападениях, включая ограбление центра микрофинансирования).
Но он рассчитывал на лазейку. По части 2 статьи 57 УК РФ пожизненное лишение свободы не назначается мужчинам старше 65 лет. Полковникову было 64. Если бы дотянул до приговора до своего дня рождения — избежал бы пожизненного!
Но он просчитался.
Приговор огласили 29 сентября 2015 года. За несколько недель до того, как ему исполнилось бы 65 лет.
Астраханский областной суд признал Валерия Полковникова виновным в убийстве малолетней и четырёх разбоях. По совокупности преступлений назначено наказание: пожизненное лишение свободы в исправительной колонии особого режима.
Он стал самым пожилым россиянином, приговорённым к пожизненному сроку.
Хотя характер преступления был установлен полностью, формально некоторые детали в приговоре не отразили. Иначе Полковникова могли бы признать психически больным и отправить на принудительное лечение вместо тюрьмы. А следствие этого допустить не могло.
Где он сейчас?
Полковников отбывает пожизненный срок. Колония особого режима — самое страшное место в российской пенитенциарной системе.
На зоне, как известно, к таким, как он, относятся... по-особенному. Преступники, совершившие преступления против детей — самая презираемая категория. Их там называют «обиженными», держат отдельно, унижают.
Последних новостей о Полковникове нет. Неизвестно, жив ли он вообще. Возможно, его уже нет среди живых.
И знаете... многие считают, что справедливость восторжествовала. Что такому человеку не место на свободе. Даже среди заключённых он остаётся изгоем.
Чему учит эта история?
Нина Курова была обычной девочкой. Доверчивой, открытой, ранимой. Поссорилась с мамой — как это бывает у всех подростков. Выбежала из дома в сердцах. И попала в руки чудовища.
Её можно было спасти. Два раза. Два раза у полиции была информация, где она находится. Но участковый проигнорировал сообщения.
За халатность платят жизнями. Чужими жизнями. Детскими.
А ещё эта история — напоминание. Не все взрослые желают детям добра. Даже если они кажутся добрыми, понимающими, заботливыми. Хищники умеют притворяться. Умеют входить в доверие. Три месяца Полковников готовил Нину — утешал, дружил, ждал момента.
Елена Курова до сих пор винит себя за ту ссору. Хотя она ни в чём не виновата. Виноват только один человек — тот, кто сейчас доживает свои дни в бетонной клетке колонии особого режима.
У нас есть еще истории, статьи про которые совсем скоро выйдут на нашем канале. Подписывайтесь, чтобы не пропустить!
👍 Поддержите статью лайком – обратная связь важна для нас!