В большом доме с солнечным балконом жил пес по имени Чиба. У него были умные глаза и бархатные уши, а сердце его было полно одной-единственной мечты. Чиба смотрел на своего хозяина, Артема, на то, как тот читает книги, смотрит фильмы, разговаривает по телефону, и думал: «Вот бы стать человеком! Вот бы понять, о чем все это, и самому все это делать!»
Он так сильно мечтал, что его тихое поскуливание во сне долетало до звезд. И однажды одна звезда шепнула волшебнику, который проходил по лесной тропинке неподалеку.
Волшебник был старый, в плаще, усыпанном лунной пылью. Он постучал в дверь дома Чибы. Артем был на работе, а Чиба, удивленный, подошел к двери и тявкнул.
«Я чувствую твою мечту, дружок,» — сказал Волшебник, его глаза мерцали, как два аквамарина. «Она жаркая, как летнее солнце. Но ты уверен, что хочешь этого? Мир людей полон не только смеха, но и печали, не только простых слов, но и хитрых мыслей».
Чиба энергично закивал головой и вильнул хвостом так, что с дивана упала подушка.
«Что ж, как говорится, каждому – его мечту,» — вздохнул Волшебник. Он коснулся лба Чибы веточкой орешника. «Я дам тебе дар. Ты станешь человеком. Но твое собачье сердце останется с тобой. И если ты почувствуешь, что тебе нужно снова стать собакой, просто ляг на свой коврик и закрой глаза. Обратное превращение случится само. Помни: однажды использовав этот дар, ты будешь владеть им всегда».
Яркая вспышка света окутала Чибу. Он почувствовал, как его лапы вытягиваются в длинные ноги и руки, шерсть исчезает, а вместо ошейника на шее появляется мягкий воротник свитера. Он подошел к зеркалу и увидел молодого человека с добрыми, немного растерянными глазами и темными волосами, которые вихрились, как его когда-то лохматая шерсть.
В этот момент вернулся Артем. Увидев в своем доме незнакомца, он остолбенел. Но потом он посмотрел в глаза незнакомцу — и сердце его екнуло. Это был тот же преданный, полный любви взгляд.
«Чиба?» — прошептал Артем.
Человек-Чиба кивнул и неуверенно улыбнулся.
Артем был хорошим человеком. Он не кричал и не прогонял Чибу. Он попытался понять. Они даже провели вместе несколько дней. Но это было странно и неудобно. Артем не мог гладить своего пса по голове, не мог кинуть ему мячик, не мог с ним поболтать о своем дне, как делал раньше. Собака была его лучшим другом, а этот человек... этот человек был чужаком, хоть и с душой его Чибы.
Однажды вечером Артем сказал: «Чиба, этот дом... он всегда был твоим. Ты его охранял, ты в нем жил. Я не могу жить здесь с тобой, как с человеком. Это слишком сложно. Я куплю себе новый дом, недалеко отсюда. А этот дом... он твой. Ты заслужил его своей верностью».
И Артем ушел. Чиба остался один в большом тихом доме. Он был человеком, он мог включать телевизор, готовить еду, сидеть за компьютером. Но очень скоро он понял мудрость слов Волшебника. Быть человеком было одиноко. Люди говорили, но не всегда искренне. Они улыбались, но не всегда от радости. Им не хватало простого, собачьего тепла.
Тогда Чиба вспомнил о второй части дара. Он нашел свой старый, немного потрепанный коврик в углу гостиной, лег на него и закрыл глаза. Снова вспышка — и вот он снова был псом! Он радостно побежал в парк, погонял голубей и почувствовал себя по-настоящему счастливым.
С тех пор жизнь Чибы разделилась надвое. Днем он часто становился человеком. Он ходил в магазин, убирался в доме, даже научился печенье печь. А по вечерам он снова превращался в собаку и бежал к дому Артема. Он стучал лапой в дверь, и Артем, счастливый, впускал его. Они сидели на диване, Артем гладил его по голове, и Чиба, виляя хвостом, чувствовал, как тает лед одиночества в сердце хозяина.
И тогда Чиба понял свое истинное предназначение. Он начал свой тихий подвиг. Он стал маленьким, пушистым целителем душ. В образе человека он приходил в приюты и больницы, но людям было с ним как-то не по себе — слишком уж он был тихий и внимательный. Настоящее волшебство случалось, когда он был собакой.
Он умел находить тех, кому было грустно. Он подходил к плачущему ребенку в парке и клал свою голову ему на колени. Он терся бочком о ноги одинокого старика на скамейке. Он просто сидел рядом с кем-то, кому было плохо, и дышал тепло и покой. Его собачье сердце, большое и преданное, смягчало самые окаменевшие сердца. Люди начинали улыбаться, гладили его, и их грусть понемногу уходила.
Так Чиба и жил на два мира. У него был свой дом, подаренный любящим хозяином, и был дар, подаренный мудрым волшебником. Но самым главным даром было его собственное сердце, которое он, в образе пса по имени Чиба, дарил всем, кто нуждался в маленьком чуде. Он не стал до конца человеком, но он сделал мир людей чуточку добрее, теплее и... немного более собачьим. А в этом, как оказалось, и заключалась самая большая человеческая мечта.