«Надо искать женщину простую, русскую, чтоб без феминистких загонов в голове!» — возвестил Устой Маскулинович, отряхая прах с сайта знакомств.
Ага, надо. Простую бабу, что пахнет пирогами, а не дорогими духами. Которая слушает, кивает и не лезет со своими глупостями про «личные границы» и «карьерный рост».
И пошел он в народ.
Первой подвернулась уборщица тетя Люда. Простая. Душевная. Рассказала, как отмыла унитаз после пятничной пьянки соседа. И какие средства лучше всего пятна выводят...
Устой смущенно крякнул: «А об искусстве Перова что думаете?»
Тетя Люда честно ответила: «А я щас больше по сериалам. Турецкие особенно нравятся...».
Эх! Не срослось.
Затем была кассирша Маша. Милая. Улыбчивая. На вопрос «Чем увлекаешься?» радостно сообщила о долге по микрозаймам и мечте купить детям кроссовки не с AliExpress. Устой поспешил ретироваться, бормоча что-то о «поверхностности интересов» (а там еще и ДЕТИ!)
Дальше — доярка Анфиса. Сильная. Руки из нужного места. Румянец во всю щеку и шершавые мозоли ...
Та сразу спросила, поможет ли с покосом и сколько он получает. Устой, потупившись, пробормотал про «креативную экономику» и что покос - не его формат...
Анфиса вежливо посоветовала искать работу с соцпакетом. Пообещала, если что, показать, как превратить покос в свой формат...
И вот сидит наш герой в баре, желчно размешивая мохито.
Рядом — женщина-адвокат в идеальном пиджаке. Говорит умно, смотрит прямо. Устой морщится: «Слишком сложно».
А через столик — преподавательница йоги, вся в духовности, асанах, рассуждениях о Рерихе ... «Тоже мимо, — вздыхает он. — Какой мне Рерих! Не о том думает».
Устой на свидании с «простой» официанткой.
Та, оказывается, учится на вечернем, платит за съемную квартиру и мечтает открыть свой хостел. «Ну что за жизнь? — думает Устой. — И тут амбиции».
Устой пытается завести разговор с библиотекаршей.
Та цитирует Бродского и смеется над его шуткой про «женскую логику». Устой чувствует себя школьником у доски. Ему некомфортно.
Ему нужно не равенство, а благодарная аудитория.
Знаете, для таких, как Устой, простая женщина — это не про профессию или доход. Это про удобство.
Про женщину, что будет смотреть на него снизу вверх, не задавая лишних вопросов. Которая примет его таким, какой он есть — посредственностью с завышенной самооценкой.
Такой женщины нет. И не будет.
Потому что любая настоящая — со своими долгами, мечтами, йогой или Бродским — оказывается слишком сложной, слишком живой.
А ему нужна кукла для биологических функций.
Увы, сэр. Эпоха кукол закончилась. К счастью для женщин!
Итог?
Абсурдный, как и он сам. Устой так и не нашел свою простую женщину.
Зато нашел себя — сидящим в одиночестве перед телевизором, с фастфудом в еде и мыслях, с бессмертным: «Все бабы меркантильные стервы».
И этот монолог, знаете ли, был обращен к пустоте.
Которая всегда отвечала ему взаимностью.
Нравится? Можете кинуть донат в копилку вдохновения автора.
Ну а лайк и подписка — всегда бесплатны и тоже очень ценны!