Ирина, поставив любимый плейлист и слегка пританцовывая под знакомые мелодии, занялась ужином. Сегодня настроение у нее было на редкость светлым. Она представляла, как Митя вернется с работы, а она встретит его ароматом свежеприготовленных блюд, которые редко баловала даже саму себя.
В такие минуты Ира чувствовала гармонию с выбранным образом жизни. Домашние хлопоты, кухня, уют — всё это приносило ей тихое удовлетворение и ощущение внутренней завершенности, будто именно так и должно быть. Митя, казалось, это ценил, и она ощущала себя нужной.
Но бывали и иные дни. Тогда Ира вдруг вспоминала, какой могла быть её жизнь, если бы всё сложилось чуть иначе. В университете она училась отлично, окончила архитектурный факультет с похвалой, за пару лет успела поработать по специальности. Потом — замужество, семья, дом.
Иногда, глядя в окно, Ирина представляла, как проектирует современные здания, возможно целые жилые кварталы. Или, может, переключилась бы на ландшафтный дизайн — тоже ведь интересная и творческая сфера. Но стоило подобным мыслям закрасться в голову, она старалась их гнать прочь. Решение было принято давно, десять лет назад, когда она выбрала Митю и потом официально подтвердила этот выбор, став его женой.
Теперь, поди попробуй что-то вернуть. Мир изменился, профессия ушла вперед, знания устарели. Да и сама она уже не та амбициозная студентка, что когда-то мечтала о большом будущем. В конце концов, речь шла не только о её желаниях, но и о семье, которую она ставила превыше всего.
Они не раз возвращались к этому разговору, обсуждая всё предельно открыто. Уже тогда Митя высказывал своё мнение без тени сомнения.
— Работать моя жена не будет, — заявил он твёрдо. — Ни при каких обстоятельствах.
— Почему? — искренне удивилась Ира. В то время у неё ещё были собственные цели — семья, конечно, входила в планы, но и личная самореализация тоже. Не зря же она поступала в университет. Архитектура была её страстью: она изучала стили, читала о старинных зданиях, часами могла рисовать вымышленные проекты, не представляя день без творчества.
— Потому что я мужчина, — спокойно ответил он. — И именно я должен обеспечивать семью. У меня уже есть своё дело, и оно развивается. Со временем доход только вырастет.
— Но чем это мешает и мне работать? — не унималась Ира. — Денег ведь много не бывает.
Митя чуть усмехнулся, в голосе проскользнули нотки снисхождения.
— У женщины совсем другие задачи, — произнёс он. — Дом — это её территория. Следить за порядком, готовить, растить детей, да и о себе не забывать, чтобы мужу было приятно смотреть.
— Но ведь можно совмещать, — осторожно возразила она.
Лицо Мити стало напряжённым. Он ненадолго замолчал, будто подбирал слова, чтобы не вспылить.
— Послушай, — сказал он наконец мягче, — видел я таких "успешных" женщин. На деле выходит — ни дома, ни на работе толку нет. Хроническая усталость, раздражение, вечные недовольства. Мне этого не нужно.
— А если что-то случится? — не сдавалась Ира. — С тобой или с бизнесом. Ведь подстраховка никогда не помешает.
— Это моя забота, — отрезал он. — Я сделаю так, чтобы всё было в порядке — и сейчас, и если когда-нибудь возникнут трудности.
Её, признаться, подкупала его уверенность. Тогда она решила: ладно, работать не будет, но обязательно займётся чем-то для души — проектами, акварелью, чем угодно. Вот только эти намерения так и остались мечтами. То времени не находилось, то вдохновения не было, а потом родился Никита — и всё окончательно отошло на второй план.
Ира давным-давно пообещала себе: вот подрастёт сын — и она непременно вернётся к прежним увлечениям. Но года шли, а руки так и не дошли. Порой накатывало лёгкое сожаление, но в целом её устраивала привычная спокойная жизнь. А в такие дни, как сегодня, она чувствовала себя по-настоящему счастливой — без всякой причины, просто потому что всё вокруг казалось правильным.
Настроение было настолько хорошим, что ей хотелось делиться им с другими. Именно в такие минуты Ира устраивала для Мити уютные вечера, готовила с фантазией, продумывала мелочи. Поэтому, когда на телефоне всплыло сообщение: «Сегодня не жди, задержусь», — она сначала даже растерялась.
В сущности, ничего неожиданного — у мужа свой бизнес, график часто сбивается. Митя всегда старался уделять внимание семье, но случаи, когда работа требовала большего, случались неизбежно. Обычно подобное слегка огорчало Иру, но сегодня она была в таком приподнятом настроении, что никакая задержка не могла его испортить.
«Раз сам не может прийти, значит, я приду к нему», — решила она. С этой мыслью энергично разложила ужин по контейнерам, аккуратно поставила их в плетёную корзину. Никиту покормила и велела улечься спать без долгих посиделок.
— И не смей до полуночи за компьютером сидеть! — строго добавила она на прощание. — Ты ведь знаешь, я проверю.
— Ладно, — хмыкнул сын, улыбаясь так, что Ира прекрасно поняла: проверяй не проверяй — всё равно своё сделает.
Иногда это вызывало раздражение. Этот мальчишка разбирался в технологиях куда лучше неё самой, крутился у монитора, словно родился с ним. Но в глубине души она гордилась им и верила — с таким умением он уж точно не пропадёт.
Только выйдя из машины у здания бизнес-центра, где находился Митин офис, Ира на секунду замерла. Лишь теперь вспомнила, что пропуска-то у неё нет.
Позвонить Мите и предупредить его, конечно, можно было, но тогда исчез бы весь эффект неожиданности. А Ире ужасно хотелось, чтобы сюрприз удался. Поэтому она решила действовать спонтанно и надеяться на счастливый случай.
— Добрый вечер, Ирочка, — приветливо сказал знакомый пожилой охранник у входа, заметив её. — Опять к Дмитрию?
— Да, — улыбнулась она, прижимая к себе корзинку. — Только тс-с, пусть никто не узнает. Хочу устроить ему небольшой сюрприз. Пропуск, правда, не оформила, но ведь вы меня знаете.
— Ну что вы, конечно! — махнул рукой мужчина. — Для вас сделаем исключение, не переживайте.
Получив разрешение, Ира поднялась на нужный этаж и, ступая почти бесшумно, направилась по коридору. Дверь в кабинет Мити оказалась чуть приоткрыта, и это придало затее ещё больше азарта. Она уже собиралась войти, как вдруг услышала его голос.
Тон у мужа был какой-то напряжённый, с хрипотцой. Сначала Ира решила, что он спорит с кем-то по рабочим вопросам, — в бизнесе ведь всякое бывает. Но что-то в интонации сбивало с толку, заставляя внутренне насторожиться.
Она подошла ближе и осторожно заглянула внутрь. Митя стоял к ней спиной, жестикулируя, а напротив него, за столом, расположился незнакомый мужчина в дорогом костюме. На лице гостя застыло самодовольное выражение, от которого Ире сразу стало не по себе.
— Посмотрите, — говорил Митя напряжённо, — дом отличный: просторный, современный, с качественным ремонтом. Ваша цена слишком низкая.
— А вы, боюсь, не в том положении, чтобы спорить, — холодно усмехнулся собеседник. — Радуйтесь, что вам вообще предлагают такой вариант. Поверьте, может быть и хуже.
Митя чуть отступил, и Ира, заглянув глубже в кабинет, заметила на столе какие-то бумаги. Несколько секунд ей понадобилось, чтобы понять, что это чертежи их дома. Сердце болезненно сжалось. Неужели он собирается продать дом — их общий дом — и даже не сказал об этом? Причём, похоже, по заниженной цене.
Мысли смешались, дыхание сбилось. Всё выглядело так, будто Митя оказался в долгах и теперь, отчаянно спасая положение, был готов избавиться от самого дорогого, что у них было.
Незнакомец, развалившийся в кресле Мити, совсем не походил на делового партнёра или риэлтора. В нём было что-то от хищника — слишком уверенный взгляд, развязная манера, словно он пришёл не на переговоры, а взыскать долг. Ира мгновенно это почувствовала.
От волнения пальцы её дрогнули — корзина с ужином со звоном упала на пол, и стеклянные бокалы разлетелись вдребезги. Митя резко обернулся. На его лице отразилось всё: шок, стыд, злость и отчаяние.
— Подумайте над моими словами, — лениво бросил незнакомец, нехотя поднимаясь из кресла. — Дмитрий Филиппович, время не на вашей стороне. Второго такого предложения может и не быть.
Он усмехнулся, прошёл мимо Иры, словно её вовсе не существовало, и вышел из кабинета. Воздух словно сгустился. Ира стояла, не в силах вымолвить ни слова, глядя прямо в глаза мужу.
— Объясни, что это всё значит, — наконец произнесла она.
— Давай домой, — устало ответил Митя. — Там поговорим.
Дорога до дома прошла почти в тишине. Ирина задавала вопросы, но Митя отмалчивался, сжав губы. Он выглядел подавленным, сосредоточенным на своих мыслях, и от этого молчания становилось ещё тревожнее.
Лишь когда дома они переоделись и сели за стол, Ира потребовала объяснений:
— Так всё-таки? Ты собираешься продать дом? И даже не сказал мне? Причём ещё и по смехотворной цене?
Митя устало потер лицо руками.
— Ничего я продавать не собирался. Просто хотел заложить дом, чтобы взять кредит для нового проекта. Это временная мера. Наш дом — лучший залог.
— Но ты же даже не посоветовался со мной! — воскликнула Ира. — А если что-то не получится? Если мы останемся без дома?
— Я уже говорил, — раздражённо бросил он. — Это моя ответственность, не твоя. Всё, что связано с бизнесом, — на мне. Я просто хотел сделать тебе подарок после того, как проект выгорит. Риск есть всегда. Без него я бы ничего не достиг.
Он замолчал. Разговор зашёл в тупик. Ира сидела, глядя на него, и пыталась убедить себя, что это правда. Что всё действительно под контролем. Но какое-то тревожное чувство не покидало её ни на минуту.
продолжение