Федор, человек с душой поэта и телом, склонным к неожиданным метаморфозам, внезапно осознал, что его текущая "деятельность" (он называл это "творческим поиском вдохновения", жена – "бездельем с элементами саморазрушения") больше не приносит ни вдохновения, ни, что важнее, денег. Жена, Светлана, женщина практичная и с железными нервами (до определенного момента), поставила ультиматум:
- Федор, либо ты находишь работу, либо я нахожу тебе новую жену. И поверь, она будет очень, очень практичной.
Федор, слегка ошарашенный, но не сломленный, решил действовать. Его план был гениален в своей простоте: - Я буду искать работу, которая мне по душе! Что-то творческое, где можно проявить себя!
Первым делом он решил освоить искусство составления резюме. Светлана, наблюдая за его потугами, тихонько хихикала, когда Федор пытался вписать в графу "опыт работы" такие пункты, как "мастер по созданию воздушных замков из облаков" и "эксперт по переговорам с домашними тапочками".
- Федор, дорогой, – осторожно начала Светлана, – может, лучше что-то более… приземленное?
- Приземленное? Светлана, я – птица высокого полета! Мне нужна работа, где я смогу расправить крылья! – пафосно заявил Федор, размахивая руками и чуть не опрокинув вазу с цветами.
Федор начал свой "великий поиск". Первым делом он отправился на собеседование в зоопарк. Его целью было стать "специалистом по эмоциональному развитию приматов".
- У меня есть уникальный подход к общению с обезьянами, – убеждал он директора зоопарка, – я могу научить их играть в шахматы и сочинять хайку!
Директор, мужчина с лицом, напоминающим старый кожаный портфель, лишь недоверчиво приподнял бровь. - А опыт у вас есть?
- Опыт? Я всю жизнь общаюсь с людьми, а они, как известно, – самые сложные приматы! – гордо ответил Федор.
В итоге, Федора вежливо попросили удалиться, намекнув, что его "творческий подход" может вызвать у горилл экзистенциальный кризис.
Следующим пунктом в его списке желаний была вакансия "дегустатора мороженого". Федор был уверен, что это его призвание. Он пришел на собеседование с блокнотом, где уже были набросаны поэмы о ванильном наслаждении и сонеты о шоколадном блаженстве.
- Я могу отличить оттенки вкуса, которые не подвластны обычному человеку, – вещал он, – я чувствую душу каждого шарика!
Его попросили продегустировать три вида мороженого. После первого, клубничного, Федор заявил: - Это клубника, но не та, что росла под лунным светом в полнолуние. Это клубника, которая видела слишком много солнца.
После второго, шоколадного: - Этот шоколад… он грустит. Он скучает по какао-бобам, которые остались на родине.
Третье, ванильное, вызвало у него настоящую истерику: - Ваниль! О, ваниль! Ты – воплощение нежности, но где твоя страсть? Где твоя буря эмоций?!
Девушка-менеджер, бледная как ванильное мороженое, поспешила сообщить, что вакансия уже занята.
Светлана, тем временем, находилась в состоянии перманентного шока. Каждый вечер Федор возвращался домой с новой историей о своих "подвигах".
- Представляешь, Света, – рассказывал он, – я сегодня чуть не стал профессиональным дегустатором сыров! Мне предложили попробовать сыр с плесенью. Я сказал, что это не плесень, а космическая пыль, которая придает сыру особую пикантность!
- Федор, – вздыхала Светлана, – ты хоть понимаешь, что ты говоришь?
- Конечно! Я же говорю, что это не плесень, а космическая пыль! Это же так романтично!
Однажды Федор, совершенно отчаявшись, решил попробовать себя в роли… аниматора на детских праздниках. Он представлял себя как "мастер волшебства и смеха", способный превратить любой день рождения в сказку.
На первом же празднике, где он должен был изображать пирата, Федор, увлекшись, начал импровизировать. Вместо того, чтобы искать "сокровища", он устроил "экспедицию за потерянными но…сками". Дети, сначала в восторге, вскоре начали недоуменно переглядываться, когда "пират" Федор, размахивая игрушечной саблей, декламировал стихи о бренности бытия и тщетности погони за материальными благами. Он даже попытался научить именинника, шестилетнего Мишу, медитировать, чтобы "обрести внутренний дзен и перестать плакать из-за отсутствия подарков". Миша, вместо того чтобы обрести дзен, устроил истерику, требуя настоящего пирата с попугаем на плече.
Светлана, приглашенная на праздник в качестве "помощника аниматора", стояла с каменным лицом, пытаясь не рассмеяться. Когда Федор, устав от "пиратских" приключений, решил продемонстрировать свои "магические" способности, он достал из кармана старый носок и попытался превратить его в кролика. Носок, естественно, остался носком, но Федор, не теряя присутствия духа, заявил: - Видите? Это не просто носок! Это носок-трансформер! Он может превращаться во что угодно, если очень сильно захотеть!
Дети, однако, были больше заинтересованы в торте.
После этого фиаско Федор впал в глубокую депрессию. Он сидел на диване, уставившись в потолок, и бормотал: - Я – неудачник. Я – человек без призвания. Я – носок-трансформер, который не может превратиться даже в носок.
Светлана, видя его состояние, решила применить свой последний козырь. Она достала из шкафа старый, пыльный чемодан и сказала:
- Федор, если ты не найдешь работу до конца недели, мы уезжаем. В деревню. К моей тете Клаве. Она держит ферму. Там тебе найдется работа. Ты будешь… доить коров.
Федор вздрогнул. Доить коров? Это звучало как приговор. Он представил себя, Федора, поэта и философа, с ведром в руках, пытающегося найти общий язык с буренкой.
- Но… но я же не умею! – пролепетал он.
- Научишься, – спокойно ответила Светлана. – А пока… у тебя есть три дня, чтобы найти работу. Любую. Только не ту, где нужно общаться с приматами или дегустировать грустные сыры.
Федор, охваченный паникой, начал лихорадочно просматривать объявления. Он перебирал вакансии: "грузчик", "охранник", "продавец в магазине канцтоваров". Все казалось ему скучным и неинтересным.
И тут он увидел его. Объявление, которое заставило его сердце забиться чаще. "Требуется специалист по созданию атмосферы в антикафе. Опыт работы с людьми и креативный подход приветствуются."
- Антикафе! – воскликнул Федор. – Это же мое! Я могу создать там такую атмосферу, что люди будут приходить туда, чтобы просто дышать!
Он помчался на собеседование. В антикафе было уютно, пахло кофе и старыми книгами. Федор, вдохновленный, начал рассказывать о своих идеях:
- Мы можем проводить вечера поэзии, где каждый сможет прочитать свои стихи! Мы можем устраивать литературные клубы, где будем обсуждать классику и современную прозу! Мы можем даже… создать уголок для медитации с ароматом лаванды!
Владелец антикафе, молодой человек с бородой и умными глазами, внимательно слушал. Он видел в Федоре не просто соискателя, а человека, который действительно горел идеей.
- А что насчет… более практичных вещей? – спросил он, улыбаясь. – Нам нужен человек, который сможет поддерживать порядок, общаться с посетителями, возможно, даже готовить кофе.
Федор на секунду замер. Кофе? Порядок? Это было далеко от его представлений о "создании атмосферы". Но потом он вспомнил про корову тети Клавы и про свою жену, которая уже начала присматривать ему валенки.
- Конечно! – бодро заявил Федор. – Я могу готовить кофе! Я могу даже научиться варить его с оттенками грусти и радости, как тот шоколадный сыр! А порядок… порядок – это лишь другая форма хаоса, которую я могу упорядочить своим творческим подходом!
Владелец антикафе рассмеялся. - Хорошо, Федор. Вы приняты. Начните с завтрашнего дня.
Федор, сияя, вылетел из антикафе. Он тут же позвонил Светлане.
- Света! Я нашел работу! Я буду создавать атмосферу! Я буду варить кофе! Я буду… я буду человеком!
Светлана, услышав его радостный голос, облегченно вздохнула.
- Федор, дорогой, я так рада! Только, пожалуйста, обещай мне, что больше никаких хайку для приматов и поэзии про ванильное мороженое.
- Обещаю! – крикнул Федор. – Теперь моя поэзия будет о запахе свежесваренного кофе и о том, как уютно сидеть в антикафе с хорошей книгой!
С тех пор Федор стал душой антикафе. Он действительно создавал там неповторимую атмосферу. Посетители любили его за его истории, за его необычные рецепты кофе (он научился варить "кофе с оттенком осеннего дождя" и "эспрессо с нотками весеннего пробуждения"), и за его умение находить общий язык с каждым.
Светлана, наблюдая за ним, иногда тихонько улыбалась. Она знала, что ее муж – человек необычный. Но теперь он был необычным человеком, который приносил домой зарплату. И это было самое главное.
Однажды, когда Федор рассказывал очередную историю о том, как он убедил пожилую даму, что ее вязание – это "символ бесконечности", Светлана подошла к нему и обняла.
- Федор, ты – гений, – сказала она.
Федор, немного смущенный, ответил: - Я просто создаю атмосферу, Света. И, знаешь, это гораздо интереснее, чем доить коров.
Светлана рассмеялась. - Да, дорогой. Гораздо интереснее. Но если что… тетя Клава всегда будет рада тебя видеть.
Федор лишь обнял ее крепче, зная, что его великий поиск работы, полный абсурда и смеха, наконец-то привел его к самому лучшему месту – рядом с любимой женой, в мире, где даже носок-трансформер может найти свое призвание.