- Ты слишком хороша для того, чтобы быть замурованной с ребенком, — говорил мне поклонник, и я бросила ребенка

Иногда я просыпаюсь ночью оттого, что мне кажется, будто я слышу детский плач. Но в квартире царит гробовая тишина. И это заставляет меня плакать уже по-настоящему. Пять лет назад я сделала самый страшный выбор в своей жизни. И с тех пор живу в аду, который создала себе сама.

Мне было 23 года, когда родился Артем. Его отец сбежал, едва узнал о беременности. Я осталась одна с ребенком на руках, без работы, без поддержки. Первые два года были сплошным кошмаром: ночные кормления, вечный недосып, работа на износ, чтобы прокормить нас двоих. Родители ни черта мне не помогали.

- Вот сама создала себе трудности, сама и выпутывайся! – сказал мне тогда отец.

Конечно, они хотели, чтобы я не рожала. Но я надеялась, что отец Артема одумается, и мы будем жить семьей. Увы, я мечтала о невозможном. Прошло несколько лет, я начинала постепенно привыкать к сыну. Но тут моя подруга Юля, с которой мы вместе работали в салоне красоты, твердила:

- Хватит себя хоронить! Ты молодая, красивая! Еще выйдешь замуж и нарожаешь малышню.

И однажды я сорвалась. Пошла с ней в клуб, выпила... и почувствовала себя снова живой. Без этого комочка проблем, который вечно висел на шее. Это стало регулярным. Я искала любую возможность сбежать от ребенка. А потом встретила Максима. Он был старше, состоятельнее, и в его мире не было места детским капризам.

- Ты слишком хороша для того, чтобы быть замурованной с ребенком, — говорил он.

И я поверила.

Тот роковой день я помню как в тумане. Максим звал на яхту, а у Артема поднялась температура. Я стояла над кроваткой и смотрела на его раскрасневшееся личико. А потом... потом я просто вышла из комнаты. Надела самое короткое платье, накрасила губы и ушла, захлопнув дверь. Я помню, как он плакал за дверью, а я шла по лестнице, заглушая его крики музыкой в наушниках.

Когда я вернулась на следующее утро, в квартире были соседи и участковый. Соседка снизу, услышав долгий плач, вызвала полицию. Артема забрали органы опеки. Помню, как социальный работник, унося моего сына на руках, смотрел на меня с таким отвращением, что мне захотелось провалиться сквозь землю.

Сейчас мне 28. Максима давно нет — он нашел себе более веселую и бездетную спутницу. Юля тоже исчезла из моей жизни. А я осталась в этой пустой квартире, где до сих пор витает призрачный запах детской присыпки.

Я знаю, что Артем жив, его усыновила хорошая семья. Иногда я тайком стою у его школы, смотрю, как он выходит, держа за руку свою новую маму. Он такой счастливый... И я понимаю, что сделала для него единственное правильное в своей жизни — отпустила. Но эта мысль не приносит утешения. Потому что я — мать-чудовище, которая променяла тепло сына на огни ночного города и пустые комплименты. И этот груз я буду нести до конца своих дней.