Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
GRAZIA

Показ дебютной коллекция Пьерпаоло Пиччоли в качестве креативного директора Balenciaga на парижской Неделе моды стал одним из самых

Показ дебютной коллекция Пьерпаоло Пиччоли в качестве креативного директора Balenciaga на парижской Неделе моды стал одним из самых обсуждаемых событий сезона. Дизайнер представил свое видение осовремененных архивах Дома. В недавнем интервью The Cut кутюрье поделился своими впечатлениями от новой главы своей жизни. Выделили главное: Показ начался с биения сердца и песни Нины Симон Feeling Good. Для Пиччоли это был символ нового начала — не только для бренда, но и для него самого: «Биение сердца — это нечто очень личное. В каком-то смысле это то, что объединяет всех нас, но также и определяет каждого из нас. Для меня это был символ нового рассвета, не только для Balenciaga, но и для меня». О наследии Баленсиаги: «Платье-мешок невероятно значимо, потому что оно сделало Кристобаля таким актуальным не только в моде, но и в культуре. В 1957 году женщины все еще носили платья с корсетами и обтягивающие жакеты. Затем появилось это платье — свободное, струящееся и совершенно непонятое. Для

Показ дебютной коллекция Пьерпаоло Пиччоли в качестве креативного директора Balenciaga на парижской Неделе моды стал одним из самых обсуждаемых событий сезона. Дизайнер представил свое видение осовремененных архивах Дома. В недавнем интервью The Cut кутюрье поделился своими впечатлениями от новой главы своей жизни. Выделили главное:

Показ начался с биения сердца и песни Нины Симон Feeling Good. Для Пиччоли это был символ нового начала — не только для бренда, но и для него самого:

«Биение сердца — это нечто очень личное. В каком-то смысле это то, что объединяет всех нас, но также и определяет каждого из нас. Для меня это был символ нового рассвета, не только для Balenciaga, но и для меня».

О наследии Баленсиаги:

«Платье-мешок невероятно значимо, потому что оно сделало Кристобаля таким актуальным не только в моде, но и в культуре. В 1957 году женщины все еще носили платья с корсетами и обтягивающие жакеты. Затем появилось это платье — свободное, струящееся и совершенно непонятое. Для меня в этом и заключался смысл. Оно освободило женщин от бремени социальных ожиданий и дало им пространство для движения и существования. Этот посыл актуален и сегодня».

Об уходе из Valentino:

«Иногда жизнь ведет тебя туда, где тебе и нужно быть. Решение уйти из места, которое ты любишь, всегда трудно. Но я чувствую, что оказался именно там, где должен».

О смелых решениях в коллекции:

«Чтобы сделать красоту современной, мне нужно было приблизить ее к жизни, к тому, что ощущается как нечто настоящее. Я хотела объединить кутюр и реальность — вернуть красоту как то, что можно чувствовать, а не просто восхищаться. Для меня кутюр — это не просто вечернее платье, это целая культура».

Grazia