Олег Кугаев: 1978 г.р., фотограф-натуралист, видеооператор, путешественник, исследователь, лауреат международных фотоконкурсов, автор книги «Дикие и симпатичные», научно-популярных фильмов, персональных фотовыставок. Живет в Новосибирске, работает по всей России.
Мировая премьера семидесятиминутного документального фильма «Лес. Хранитель жизни» студии LESFILM прошла 19 сентября 2025 года на фестивале «Флоэртиана» в Перми. 27 сентября его показали на фестивале научного кино «Кремний» в Новосибирске, где он удостоился победы в номинации «За лучшее изобразительное решение» и спецприза жюри «За восхитительный результат кропотливого труда». Затем – Петербург, Москва, Краснодар, Екатеринбург. И везде полные залы, потому что такое можно увидеть только в кино.
Создается впечатление, что съемки велись на другой планете. Нетронутый лес, более двух тысяч лет существующий без вмешательства извне, – это и есть другая планета, то есть та, куда нам не попасть. А там что ни кадр – зрелище не просто познавательное, а гипнотическое, сродни фантастическому сну. В сиянии солнечного марева кружатся споры гриба трутовика в период спороношения – закручивается спиралью сентябрьская метель, дрожит и переливается вихрь крохотных блесток, летят невесомые пушинки из золота на фоне полупрозрачной взвеси светящейся пыли… При помощи техники тайм-лапс заснят процесс таяния снегов: в реальности он длится неделю, в кино – минуту. Стадо оленей плывет в рапиде, рассекая замшевыми рогами густой от мороза воздух: в реальности это длится считанные секунды, в кино – пол-минуты. Камера то взмывает ввысь, то приближается к объекту на микроскопическое расстояние. Всё это ради того, чтобы заворожить красотой и убедить, что лес – основа жизни на Земле. «Если темпы рубок и пожаров сохранятся, леса исчезнут», – предупреждает голос за кадром.
Работа над «Лесом» потребовала 12 экспедиций в течении пяти лет. Съемки охватили Печоро-Илычский заповедник республики Коми, Лапландский заповедник Мурманской области, заповедник «Денежкин Камень» Свердловской области и Центрально-Лесной заповедника Тверской области. В проекте была задействована команда в составе 15 профессионалов высокого класса плюс девять проводников по труднодоступным местам. Новосибирец Олег Кугаев – главный оператор картины.
Логистика труднодоступных мест – это отдельная история продюсеров, а бывало, что он оставлял команду за перевалом и добирался до точки один. Вылет самолетом до Ухты, из аэропорта на уазике в поселок Якша, где встречает администрация заповедника, организующая ночевку и затаривание продуктами. Затем следует сплав на лодке вверх по Печоре до кордона и еще несколько километров с проводником. И начинается блаженство интроверта среди 348 видов мхов и 859 видов лишайников, 49 видов млекопитающих и 242 видов птиц. Один на один с тишиной и медленное погружение в глубь нетронутой природы, куда до него не ступала нога человека. Словно на машине времени переносишься на сотни лет назад, когда никой цивилизации не было и в помине.
Под авторством и соавторством Олега Кугаева вышло 12 киноработ о дикой природе, 70 научно-популярных видеороликов, а также восемь персональных фотовыставок в России и за рубежом. Путешествия в заповедные края – образ жизни, создание их визуального образа – ее смысл. Но «Лес. Хранитель жизни» он считает самым сложным своим проектом. «Это было время прекрасного одиночества», – написал он в ВК, а после выхода фильма тоже пришлось много ездить, но теперь уже по фестивалям с их презентациями, интервью, встречами со зрителями. Слава для него безразлична; высоких слов типа «миссия» вслух он не произносит. Но месседж от этого не меняется – донести до каждого собеседника или читателя мысль об уникальности природы, рассказать и показать, как прекрасен этот мир, посмотри.
С этой целью он занимался организацией и проведением туров интеллектуального туризма. Когда оставалось время от кино и книг, собирал небольшие группы по 7-8 человек, встречал в разгар бархатного сезона во Владивостоке или в Горно-Алтайске, вел навстречу нестандартным впечатлениям. Для себя разрабатывает более сложные, не обозначенные на картах маршруты. Там он проходит непроходимое, изучает неизученное, ловит неуловимое, постигает непостижимое. Следует закону не нарушать ненарушенное, то есть оставить девственную тайгу такой же, какой она была до твоего незваного вторжения.
Разговор с горожанами про «Лес» начался еще летом, когда в отделе природы Новосибирского краеведческого музея открылась его персональная фотовыставка «Первозданный лес». Ее можно было воспринимать как трейлер фильма, как прелюдию к нему – или как самостоятельное высказывание автора, совмещающего видеооператора и фотографа в одном лице. Его предыдущие проекты знакомят преимущественно с животным миром дикой природы, к экспедициям он готовился с конкретной целью – встретить гималайского медведя в южных лесах Хабаровского края, снежного барса на алтайских склонах или лежбище моржей на берегу Баренцева моря. Но студия документального кино LESFILM пригласила мастера в команду, преследующую несколько иную задачу, чем сюжеты в духе Николая Дроздова.
И вот автор-анималист повернул свою оптику под несколько иным углом, чем обычно. Не обойдя зайца-беляка, дятла, соболя, он сделал акцент на растительном мире, следуя концепции фильма. Деревья всех возрастов в ненарушенной тайге – главные герои этих снимков, а почву под кедрами и вокруг них усыпает валеж – упавшие стволы, дающие жизнь мхам, лишаям, грибам, насекомым, бактериям. Пятисотлетняя кедровая сосна устала от долгожительства и рухнула под ноги своему семейству, чтобы стать обиталищем жука-короеда. Дуплы и западины прячут мелкоту, залегающую на зимовку. Организм первозданного леса дышит, пульсирует, двигается, в нем ежесекундно что-то меняется, замещается, стареет, рождается, умирает и возрождается.
Фотограф ждет, прислушивается, высматривает, пробирается сквозь чащу, приближается или удаляется. Ловит свет, каждую секунду разный, текучий, струящийся, непредсказуемый даже в режимное время, или носит его с собой, рифмуя с лунным и звездным сиянием. Ночью с телевиком в рюкзаке и фонарем совершает восхождение на хребет Кожим-Из, чтобы поймать ровные, будто разлинованные ленты тумана на рассвете, пронизывающие зеленый массив леса. Или высветить мутную завесу темнохвойной тайги, что тянется к небесам на протяжении тысячелетий. Спускается вниз и приближает макрообъектив почти вплотную к поверхности дерева или размещает его ниже травы, чтобы рассеять эту самую мутную завесу, под которой таятся части целого. Макромир леса живет своей жизнью: умные слизняки миксомицеты, муравей в расщелинах коры, ржавые нашлепки на лопастях папоротника, глянцевитая чешуйка кедрового ореха.
В таких экспедициях происходит раздвоение личности на видеооператора и фотографа. Профессионал четко разделяет приоритеты в зависимости от конкретной цели. В съемках фильма «Лес. Хранитель жизни» лидирует оператор, а фотограф остается на подхвате, когда видеоматериал уже собран. Спороношение трутовика – это чистый видеосюжет, ибо фотография не способна запечатлеть ежесекундно меняющуюся воздушную перспективу и показывает лишь один момент из многих. А при работе над книгой «Дикие и симпатичные» верховодил фотограф. Фотокамера заморозила картье-брессоновский решающий момент – всего на долю секунду лошадь Пржевальского встала на дыбы. Подробности же первой и единственной в России государственной программы восстановления популяции лошади Пржевальского передает документальный фильм Олега Кугаева «Заповедник «Оренбургский»: союз степей и диких копытных», снятый в 2015 году по заказу Степного проекта Программы развития ООН, Глобального экологического фонда и Минприроды России.
Животных в зоопарке он не снимает. Потому что только в естественной среде они проявляют себя такими, какими их сотворила природа. Главное, у них другой взгляд и другая энергия: «Этот взгляд трудно перепутать. Он пронизан силой духа и свободой. За ним — хозяин своей жизни. Это его земля. Он знает, где, когда и что тут растет… Он останется свободным до последнего вздоха».
Непросто посмотреть в глаза чудовищ, охраняющих свою территорию. От них исходит опасность и даже вызов. Но они перестают таковыми быть, превращаясь в чудеса природы, если начать их понимать, следовать их законам, соблюдать их границы. Олег Кугаев смотрел в глаза горному барану в Сайлюгемском нацпарке Алтая, когда на него неслось целое стадо аргали, спугнутое волком, и остановилось всего в нескольких метрах, а хищник скрылся, почуяв человека. Смотрел в глаза зубру, встретил его взгляд исподлобья, тяжелый и трудночитаемый. Именно взгляд предупреждает об опасности. Инспектор заказника под Новосибирской областью рассказывал ему, как на него восемь раз нападал кабан. На Олега – никто не нападал, да он и не нарывался. Он много пишет про то, как правильно вести себя в лесу. Как уберечься от нападения хозяев тайги, как обезопасить себя в глухомани. Как перестать бояться, но не забывать про страх.
Или как держаться при встрече с самцом косули: «Он пошел на меня напрямик, высоко поднимая ноги и сильно ударяя ими о землю, снег разлетался в разные стороны и в воздухе повисала пауза, говорящая: "Ты кто такой вообще?" Топанье вокруг меня не помогло. Тогда суровый самец решил напугать звуком: набрав в легкие воздух, он выдал устрашающий крик… В первый раз я этого совсем не ожидал и чуть камеру из рук не выронил от вибраций. Да и вообще, последующие топанье, маханье головой и крик стали похожи на танец племени маори… Эх, десятиминутные танцы закончились, потомок маори исчез в лесу, окончательно перепугав мне всех зайцев».
Олег Кугаев исколесил всю Россию, работал в Узбекистане и Казахстане, путешествовал по Индии и Монголии. Ночевал под австралийским небом и проснулся от ощущения чьего-то присутствия. А это его обступили любопытные и дружелюбные кенгуру. Австралию он посетил в составе съемочной группы видеоблога «Всё как у зверей», с которой несколько лет ездил по странам и континентам. Легкая и задорная Евгения Тимонова сочиняла такие неожиданные, основанные на доскональном знании животного мира сюжеты, что поражались даже ее спутники, не то что зрители. Но с закрытием ютуба пришлось перепрофилироваться. Евгения занялась интеллектуальным туризмом, а Олег продолжил свою деятельность в индивидуальных проектах и в партнерстве с ведущими информационными каналами России.
…Утопал по пояс в снегу, оставив лыжи на стоянке, ибо на них больше пары движений сделать было невозможно, и таща на себе рюкзак с аппаратурой. Попадал в бурю, которая «сдувает не только машину, но и все лишние мысли». Тонул на снегоходе во время съемки фильма «Ловушка для тигра», герой которого Игорь Метельский из Петербурга тоже занимается съемкой диких зверей, но несколько иными методами – не бродит по тайге в ожидании встречи, а работает с помощью фотоловушек. Испытание было ниспослано на выдержку, упорство, верность призванию.
Добираться до точки съемки пришлось несколько дней, в том числе по льду реки Бекин – притока дальневосточной Уссури. В путь отправились четыре снегохода, под завязку нагруженные вещами. Проводник предупредил, что вода не везде замерзает, поэтому снегоход должен изловчиться и проскочить это место. И только тот снегоход, где он ехал пассажиром, три раза за один день уходил под лед. Три раза за один день. Три раза, а мороз скрипел крещенский. Три раза, Карл!
Дорога трещит, льдины ломаются, вода захлестывает, пар клубится, ломящая боль пронизывает тело, глаза ничего не видят. Вынырнуть, ухватиться, сдернуть с себя очки, тащить, тащить, почувствовать твердь берега, высвободиться от вставшего колом комбеза, переодеться, и снова, и снова. Утонуло ценное оборудование – фотоаппараты, ноутбук, зарядки, но сам-то остался цел и даже не простудился…
А ведь когда-то он жил совершенно иначе. Работал видеооператором на телевидении, участвовал в коммерческих проектах. Новый отсчет времени начался с отчетливого ощущения, что перестал получать удовольствие от рекламной заказухи. И решил сменить вид из окна, уехал поработать в Тосканскую Каррару, снять фильм о нравах и обычаях тех мест.
Местные воспринимали его как пришельца из другого мира и не могли поверить, что Россия – это, извините, не разгуливающие по городу медведи. Он решил открыть им глаза на правду, произвести своего рода культурный обмен. В Новосибирск он вернулся с фотовыставкой «Ключи к Италии», которая открылась в сентябре 2015 года в ЦК19. В анонсе к ней было сказано: «Основной вид деятельности — организация уникальных визуальных решений для коммерческих и социальных проектов».
Италию посетил второй раз тоже с краеведческим материалом, но не с городским, а с таким, за какой до этого еще не брался. Стоило сделать первый шаг в этом направлении, как сразу же повезло. Повезло сказочно и нереально – природа наградила его возможностью первый раз посмотреть в глаза чудовищ, окунув в свои тайны. Намекнула на его настоящее место в профессии, дала почувствовать, что он не ошибся, выбрал единственно верный ориентир. И должен следовать ему, хотя следов, по которым можно пробираться сквозь непролазные заросли леса, часто может и не случиться.
Ему тогда было слегка за тридцать: «Я до этого никогда не снимал природу, а в лес приходил не с целью что-то понять, а чтобы что-то взять – грибы собрать, шашлыки нажарить. Был заядлым рыбаком, ни разу не видел диких животных. А тут приехал в лес, впервые стал прислушиваться, как он шумит. Не успел оглянуться, как выбегает куница, мчится на меня, смотрит в глаза, взлетает на дерево, на неё нападает сова – длиннохвостая неясыть, как я выяснил позже. Завязывается молниеносная драка. Я испытал бурю эмоций. И понял, что с такими эмоциями я и хочу идти по жизни».
За свой первый снимок совы и куницы, поворотный в его судьбе, он удостоился и первой победы – на международном фотоконкурсе от журнала «National Geographic Россия». Триумф повторялся неоднократно: почти каждый год National Geographic Russia, попутно Best of Russia (2016) «, Sony World Photography Awards (2019), Русская Цивилизация (2018), Золотая Черепаха» (2021)…
Один из его любимых снимков реки Мутноватой под названием «Ожидание», сделанном на Камчатке во время съемок «Всё как у зверей», стал лучшим в номинации «Энергия жизни» в конкурсе «Дикая природа России 2017». Он писал, какими трудами даются такие снимки: «Мы не смогли пройти последнюю реку — снег на вершинах под натиском дождя, который шел уже два дня, таял очень быстро, и все реки наполнились безумной энергией, а за ней, в нескольких километрах, в бухте Тихого океана, нас ждал катамаран. Вернуться обратно у нас тоже не получалось, и было принято решение вызвать МЧС. И когда мы были в режиме ожидания, меня привлекла эта энергия, которая бурлила в паре метров от нас».
При таком образе жизни, наверное, не может быть семьи. Но семьи не может не быть! Более того, при рождении дочери он присутствовал лично, о чем и рассказал в своем блоге: «Ее первый крик меняет мой мир кардинально, из него исчезает много чего ненужного, как, собственно, и из квартиры тоже... Ко мне пришло понимание, как это важно, быть со своей любимой женщиной до конца этого процесса. Рождение было, конечно, космическим, и эмоции были сопоставимы с теми, когда на медведя ходил и плюс когда детеныша вомбата молоком кормил. Страх, милота и 4 кг щек с голубыми глазами. Ну привет, Лисенок».
Вскоре дочка отправилась в свое первое путешествие. «Каким увидела этот закат восьмимесячная Алиса, знает только Алиса. Но уверен, одна песчинка прекрасного лежит у нее в копилке. Этой же песчинкой хочу поделиться и с вами. Фотография входит в мой новый календарь, посвященный Горному Алтаю», – сообщил в своем блоге Олег Кугаев.
Сын Матвей, пока не заделался заядлым компьютерщиком, тоже был нацелен на путешествия. Чтобы слепить летом снежки, они поехали на ледник Актру Северо-Чуйского хребта. Чтобы поиграть в самой большой песочнице мира, отправились в пустыню Гоби. После каникул класс писал сочинение на тему «Как я провел лето», и Матвей жаловался родителям, что ему никто не верит.
Зато в путешествия шаговой доступности всем верится легко. Эти локации открыты для каждого и, у тому же, могут показать любителям живой природы много неожиданного. Олег Кугаев размещает на своей странице ВК истории наблюдений за птицами в городском сквере на монументе Славы. Пишет, что раньше «приходилось исходить всю тайгу, чтобы снять горихвостку — этих ярких самцов с потрясающим вокалом не так просто поймать в кадр. И представьте мое удивление, когда обнаружил их... в соседнем сквере! Причем не одну-две, а целую компанию. Теперь можно спокойно наблюдать, слушать их пение и делать десятки кадров».
И еще: «У ястреба-перепелятника есть одна суперспособность, о которой я, как отец маленькой дочки и фотограф дикой природы, могу только мечтать. Это его поворот головы на 180 градусов! Пока я в парке разрываюсь между тем, чтобы следить за ребёнком и не упустить момент с хищником, ястреб спокойно озирает всё вокруг без единого лишнего движения. Заметил добычу — и вот он уже исчезает в кронах деревьев, словно молния».
Коршуны, ястребы, осоеды гнездятся в скверах Новосибирска, высиживают птенцов, охотятся, дерутся, орут. Лисы устраивают логово в окрестностях парка «Арена». В Инюшенский бор за педуниверситетом выходит лось. Свою вторую книгу Олег Кугаев в перерывах между фестивалями пишет о диких обитателях города, уверяя, что экзотическое путешествие не обязательно должно пролегать на дальние расстояния. К тому же, большое всегда начинается с малого, стоит только решиться на это.
Яна Колесинская
Октябрь 2025 г.