Глава 26
Выборг встретил нас прохладным солнцем и запахом свежего кофе, смешанным с соленым дыханием Балтики. Мощеные улочки, черепичные крыши, возвышающийся над всем этим старый замок — казалось, мы попали в другую эпоху, в другое измерение, где не было места университетским интригам и старым обидам.
Мы сняли маленькую комнату в гостевом доме с видом на залив. Хозяйка, пожилая женщина с добрыми глазами, посмотрела на наши чемоданы с оборудованием и спросила:
— На фестиваль?
— Да, — ответил Влад, и в его голосе прозвучала гордость, которую он даже не пытался скрыть.
— Удачи вам, — улыбнулась она. — Молодые, красивые, талантливые... Все у вас получится.
Ее слова стали для нас добрым предзнаменованием.
Фестивальная суматоха поглотила нас с головой. Дворец культуры, где проходили показы, был полон людей — режиссеров, операторов, критиков, просто зрителей. Воздух гудел от возбужденных голосов на разных языках. Мы получили свои бейджи, программу и ошеломленно бродили по коридорам, разглядывая афиши.
— Ничего себе масштаб, — прошептала я, чувствуя, как робость снова подкрадывается ко мне.
— Наш фильм не хуже, — твердо сказал Влад, сжимая мою руку. — Помни это.
Наш показ был назначен на пять. За час до начала мы уже сидели в зале, наблюдая, как он заполняется. Сердце колотилось где-то в горле. Влад сидел спокойно, но я видела, как он сжимает и разжимает кулаки. Он волновался не меньше моего.
Погас свет. На экране появилось знакомое черно-белое изображение. Зазвучал мой голос. Я смотрела на нашу работу и не верила, что это мы — два студента из провинциального университета — смогли создать нечто настолько... настоящее. Зал затих. В тишине было слышно, как зрители сопереживают нашему герою, как кто-то вздыхает в особенно трогательных моментах.
Когда зажегся свет, на секунду воцарилась тишина. А потом раздались аплодисменты. Не такие громкие, как в университетской аудитории, но куда более весомые. Это были аплодисменты незнакомых людей, которых мы смогли тронуть.
Мы вышли к сцене для обсуждения. Члены жюри задавали вопросы — умные, сложные, иногда провокационные. Я ловила себя на том, что отвечаю четко и уверенно, без прежней робости. Рядом стоял Влад, и его спокойная уверенность подпитывала мою.
После официальной части к нам подошли несколько человек — коллеги по цеху, зрители. Они хвалили работу, задавали вопросы о съемках, обменивались контактами. На нас смотрели как на равных. Это было невероятно.
Вечером мы сидели в маленьком кафе на набережной. В закатном солнце вода в заливе казалась расплавленным золотом. Мы молча пили вино, переваривая случившееся.
— Мы это сделали, — наконец сказала я, все еще не веря.
— Мы, — он улыбнулся и чокнулся со мной бокалом. — И знаешь, что я понял сегодня?
— Что?
— Что я хочу делать это всегда. Снимать. Ездить на фестивали. Сидеть с тобой в кафе после показов. Все. Со всеми вытекающими.
Он смотрел на меня, и в его глазах не было ни тени сомнения. Только ясность и решимость.
— Я тоже, — прошептала я.
Мы допили вино и вышли на улицу. Сумерки сгущались, на небе зажигались первые звезды. Мы шли по старой, неровной мостовой, и его рука лежала на моей талии. Мы не говорили о будущем, не строили грандиозных планов. Мы просто шли, наслаждаясь моментом. Этим городом. Этим вечером. Друг другом.
И я понимала, что фестиваль, призы, признание — все это было важно. Но самое главное мы уже получили. Мы нашли друг в друге не только любовь, но и родственную душу. Партнера, с которым хотели идти по одной дороге.
Мы вернулись в наш гостевой дом. В маленькой комнате под крышей пахло деревом и морем. Я стояла у окна, глядя на огни города, отражавшиеся в темной воде залива.
Он подошел сзади и обнял меня.
— О чем думаешь? — тихо спросил он.
— О том, что я счастлива. По-настоящему.
Он прижался губами к моей шее.
— Это только начало, Кристина. Обещаю.
И я верила ему. Потому что с ним я научилась верить не только в него, но и в себя. А это было самым ценным призом из всех возможных.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))