Дождь за окном такси был идеальным саундтреком к моему настроению. Серый, монотонный, безнадежный. Я смотрела на отражение в запотевшем стекле — женщина в строгом, чуть старомодном пиджаке, с макияжем, который не мог скрыть усталости на лице. Мне без малого сорок три года. И я ехала на собеседование на должность офис-менеджера.
Вернуться на прежний уровень карьеры мне сейчас почти нереально — везде ищут «амбициозных профессионалов до 35». Остается пытаться встроиться куда-то вниз карьерной лестницы.
Я ехала в офис, в котором уже бывала несколько раз. Раньше здесь располаирнагался детский развивающий центр,и я возила сюда своего сына на занятия с логопедом. Офис компании поразил меня своими метаморфозоми. Раньше это был лабиринт из гипсокартонных перегородок, теперь — open space с хай-тек кухней, креслами-грушами и стеной с граффити. В воздухе витал аромат свежесваренного кофе и молодости.
Меня проводили в переговорку, где уже сидел рекрутер. Он был очень молод. Очень. Я бы дала ему лет двадцать пять. Максимум. «Меня зовут Артем, я HR-специалист», — представился он, и его улыбка была ослепительной и беззаботной.
Мы сели. Он открыл мое резюме на планшете.
— Итак, Ирина Владимировна, — начал он, и я почувствовала, как это «Владимировна» повисает в воздухе немым укором моему возрасту. — Вижу у вас очень интересный опыт. Работали в маркетинговых и SEO проектах, оптимизировали трафики на сайтах. А что вас привлекло в вакансии офис-менеджера?
Вопрос был ожидаемым, и у меня был заготовлен вежливый ответ про «желание сменить вектор» и «стабильность». Я его и выдала.
Артем кивал, но его взгляд был пустым. Он не понимал. Для него мой ответ был набором слов. Человек, сидящий напротив, был с другой планеты. С планеты, где в сорок три ты не начинаешь карьеру с нуля, а уже пожинаешь плоды.
— Расскажите, как вы справляетесь со стрессом? — спросил он, заглядывая в свой список вопросов. — Например, если нужно одновременно заказать воду для кулера, разобраться с сокрушившимся принтером и успеть встретить курьера?
Я смотрела на него и думала: «Дорогой мой, я вела проекты с истеричными клиентами, которым надо было «то не знаю что» и еще вчера. а параллельно надо было вести переписку с новым клиентом и объяснять почему за два вечера трафик на его сайте не увеличился. Воду для кулера? Серьезно?»
Но вслух я сказала: «Я умею грамотно расставлять приоритеты и сохранять спокойствие в многозадачной среде».
— Отлично! — снова его улыбка. — А какой вы видите себя через пять лет?
Я чуть не рассмеялась. В свои сорок три я уже не строила планов на пять лет вперед. Я научилась жить от квартала к кварталу, от одного учебного года сына до другого. Я видела себя… выживающей.
— Я надеюсь быть ценным и надежным сотрудником компании, — выдавила я.
Он задал еще пару стандартных вопросов, я так же стандартно ответила. Между нами зияла пропасть. Он искал бойкого, энергичного человека, который будет на «ты» с коллегами и с легкостью закажет пиццу для корпоратива. Я была слишком «взрослой», слишком серьезной. Я читала это в его глазах. Я была «переквалифицированной». И в его мире это было страшным грехом.
В конце он, как полагается, спросил, есть ли у меня вопросы.
— Да, — сказала я, собрав остатки достоинства. — Команда молодая? Средний возраст?
Он оживился.
— О да! Очень динамичный коллектив! Практически все до тридцати. Атмосфера очень крутая!
Его ответ был исчерпывающим. Мне там не было места. Я была бы белой вороной, напоминанием о том, что молодость не вечна.
— Спасибо, это все, — улыбнулась я той самой профессиональной, ничего не значащей улыбкой, которую оттачивала годами.
К следующему вечеру а на почту пришло письмо. Вежливое, шаблонное. «Спасибо за проявленный интерес… К сожалению, на данный момент мы приняли решение в пользу другого кандидата… Желаем успехов…»
Я стояла на балконе своей квартиры на окраине Москвы и смотрела на море огней чужого города. Где-то там, в одном из этих огней, сидел Артем и отмечал в какой-нибудь таблице мой статус: «Не подходит. Возраст. Переквалификация».
Я не плакала. Во мне была просто тяжелая, свинцовая пустота. Я слишком стара для одной работы и слишком молода, чтобы сдаться. И в этом промежутке застряло что-то важное — самоуважение, надежда, вера в то, что мой опыт что-то значит.
Я закрыла глаза и позволила дождю смыть хотя бы пыль с подоконника. Завтра нужно будет снова открыть сайты с вакансиями. Снова рассылать резюме. Снова пытаться вписаться в чужую, молодую и стремительную, жизнь.
А может махнуть рукой и перестать уже унижаться? Сидят же женщины дома на шее мужей и занимаются наведением домашнего уюта! Но, чувствую, что домохозяйство не мой путь развитития.