Глава 17
Предчувствие не обмануло меня. Удар пришел оттуда, откуда я не ждала. Не через крики или слезы, а через ледяное, выверенное молчание.
Весь следующий день Полина меня игнорировала. Абсолютно. Она проходила мимо, не удостаивая меня взглядом, словно я была пустым местом, пятном на стене. Вместо язвительных комментариев — абсолютная тишина. И это было в тысячу раз хуже. Ее молчание было громче любого крика.
А потом началось другое.
На перемене ко мне подошла Лена, моя соседка, с неловким видом.
— Крис, слушай... Полина всем рассказывает, что ты... ну... что ты специально влезла между ними, чтобы отобрать у нее Влада. Что ты все время над ней смеялась за ее спиной и ждала удобного момента.
У меня похолодело внутри.
— И ты ей поверила?
— Нет! Ну, то есть... — Лена заерзала. — Но она так уверенно говорит... И девчонки ей верят. Она ведь всегда была такой душевной, а ты... ну, ты всегда немного в стороне.
В этом и был весь ужас. Полина, яркая, общительная, душа компании, против меня, тихой и замкнутой. Ее слово против моего. И ее слово весило больше.
К вечеру в университетском чате, куда я редко заглядывала, я нашла анонимный пост. Без имени, но стиль письма, эти ядовитые, подобранные фразы — все выдавало ее.
«Интересно, как быстро новая парочка разбежится, когда он поймет, с кем связался? Некоторые кажутся тихими мышами, а на деле — самые опасные змеи. Прячутся в тени, пока не отнимут все, что плохо лежит. Бывших лучших подруг, кстати, не жалеют. Совсем».
Комментарии под постом пестрели сочувственными смайликами и вопросами: «О ком это?», «Ничего не понятно, но очень жаль». Все все прекрасно понимали.
Я сидела на кровати в своей комнате и чувствовала, как стены смыкаются. Она не просто злилась. Она вела против меня настоящую информационную войну, превращая меня в монстра в глазах всех окружающих. И она делала это мастерски.
Заскрипела дверь. Вошла Лена, избегая смотреть на меня.
— Ты пост видела? — спросила она, делая вид, что ищет что-то на полке.
— Видела.
— И что ты скажешь?
— Что это неправда. Все, что она говорит — неправда.
Лена молча покивала, но в ее глазах читались сомнения. Сомнения, которые Полина так умело посеяла.
Я не выдержала и написала Владу.
«Ты видел, что она пишет в чате?»
Его ответ пришел почти мгновенно.
«Видел. Бред. Не обращай внимания.»
«Но все ей верят!»
«Не все. Я — нет. И это главное. Расслабься.»
«Расслабься». Легко ему говорить. Он был вне зоны досягаемости ее сплетен. На него они не действовали. А я была здесь, одна, в эпицентре этого урагана из шепота и косых взглядов.
На следующей паре по философии я села с краю, надеясь стать невидимкой. Полина вошла с группой своих новых подруг и уселась в центре. В середине лекции ее телефон упал на пол и покатился ко мне. Я машинально наклонилась, чтобы поднять его, и протянула ей.
Она медленно взяла телефон. Ее пальцы не коснулись моих. Она подняла на меня глаза, и в них не было ни злости, ни ненависти. В них было нечто худшее — холодное, безразличное презрение.
— Спасибо, — сказала она громко, четко, так, что слышали все вокруг. — Но в следующий раз не утруждай себя. Я не хочу, чтобы у тебя возникло ощущение, что мы в чем-то обязаны друг другу. Мы — чужие люди. Так и будем держаться на расстоянии.
Она повернулась к преподавателю, будто ничего не произошло. По моей спине пробежали мурашки. Это была не просто обида. Это был публичный разрыв. Официальный и бесповоротный.
После пары я поспешила выйти, чувствуя на себе тяжелые взгляды. В коридоре меня догнала одна из девушек с нашего потока, Аня.
— Кристина, постой. — Она оглянулась по сторонам и понизила голос. — Я не верю всему, что она говорит. Но... будь осторожна. Она не успокоится. Она сейчас в такой ярости... Я с ней много лет училась в школе, я ее знаю. Она не проигрывает. Никогда.
— Что же мне делать? — спросила я, и в голосе прозвучала беспомощность, которую я так старалась скрыть.
— Я не знаю, — покачала головой Аня. — Но знаю, что просто так она тебя не оставит.
Она ушла, оставив меня наедине с леденящим душу предупреждением.
Вернувшись в комнату, я уставилась в стену. Я выиграла Влада. Но что я потеряла? Репутацию. Покой. Друзей. Подругу, которая знала меня лучше всех.
Я достала телефон и открыла галерею. Там были старые фотографии: мы с Полиной в школе, на выпускном, в первые дни в университете, счастливые, смеющиеся, с руками, обнявшими друг друга за плечи. «Правило двух половинок».
Теперь одна половинка объявила войну другой. И я понимала, что Аня права. Полина не остановится. Этот публичный холод был лишь началом. Настоящая буря была еще впереди. И я боялась, что не переживу ее.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))