Процесс канонизации чуть больше века назад был непростым, но от этого его описание читать ещё увлекательней. Комиссии, которую возглавлял епископ Варнава, предстояло самой совершить ряд действий, в определённом порядке с соблюдением всех таинств и канонов. И, возможно, на нашей Западносибирской земле с тех пор и не видели ничего подобного. Но обо всём по порядку.
Инициаторами причисления Иоанна Максимовича к лику святых стали миряне и духовенство Тобольской епархии, которые на себе испытали чудесное исцеление и помощь по молитвам святителю. В целях канонизации Иоанна Максимовича в лик святителя Святейшим Синодом был издан указ от 1914 года за № 11150 о проведении осмотра могилы и останков митрополита Иоанна покоящихся в придельном Златоустовском храме Софийско-Успенского собора Тобольского кремля с последующим его описанием. Это поручения было направленно епископу Тобольскому и Сибирскому Варнаве. Для проведения этих мероприятий была сформирована специальная комиссия состоявшая, как из представителей духовенства, так и мирян. В их числе от духовенства были архимандрит Тобольского архиерейского дома Августин, настоятель Тобольского кафедрального собора протоиерей Никанор Грифцев и др. От мирян, исполняющий обязанности Тобольского губернатора, действительный статский советник Николай Гаврилов, Тобольский городской голова Степан Трусов, а так же секретарь Тобольской духовной консистории, мой предок Яков Афанасьев. Всего 11 человек. Этот список был лично составлен и утверждён епископом Варнавой и никому больше из всего населения Тобольской губернии и всей империи в этот небольшой придел вход был закрыт.
Сам Софийско-Успенский собор на время проведения мероприятий постоянно находился под наблюдением и особой охраной. Однако, продолжал свою работу и был открыт для прихожан. Отмечу, что и сейчас придел где почивали останки святителя сохранился и является непосредственной частью храмового комплекса.
13 октября 1914 года в условиях полной секретности начались мероприятия по вскрытию могилы святителя Иоанна. Эту ответственность по благословлению владыки взял на себя почётный житель Тобольска, член комиссии, мирянин Алексей Хвастунов. Именно он, при участии настоятеля и ключаря кафедрального собора, вскрывал могилу до обнаружения склепа. И уже утром 15 числа специальная комиссия во главе с владыкой Варнавой прибыли в предел для разбора и изучения склепа святителя. Здесь и начинается самая удивительная часть повествования.
Когда члены комиссии разобрали боковые стенки склепа, в образовавшихся отверстиях они с помощью свеч смогли осмотреть его внутреннюю часть. Однако разглядеть его содержимое не давали сгнившие провалившиеся на сводик доски, вместе с трухлявыми кирпичами и металлическими дугами. И вся эта тяжесть, по словам свидетелей, в любой момент могла обвалиться и раздавить собой всё, что находилось в склепе. Как затем было написано в описании осмотра: "Только милость Божия чудесно охраняла покой святителя Иоанна." Из-за условий расположения склепа его осмотр был возможен только после разбора развалившегося сводика. Эту работу выполняли секретарь консистории Яков Афанасьев, уже вышеупомянутый Алексей Хвастунов и ключарь собора Евгений Фениксов. К вечеру работы закончили и доступ в склеп теперь был свободен. Однако из-за наступившей темноты его осмотр был отложен до следующего утра.
16 октября весь состав комиссии прибыл в придел, чтобы продолжить осмотр склепа святителя. К нему спустились сам епископ Варнава, архимандрит Августин и ещё несколько лиц, которых могло вместить пространство усыпальницы. Под сопровождение псалмов епископ лично приступил к очищению склепа. Перед глазами комиссии предстал полностью разрушившейся гроб, и только поперечные доски у изголовья и ног на то, что он вообще был. Несмотря на то, что вкруг склепа всё было сухо - сама усыпальница была пропитана влажностью, вплоть до земли, не говоря о стенах и кирпиче. Как отмечено в описании осмотра, в некоторые кирпичи истлели настолько, что рассыпались в руках. При этом сырость в склепе отличалась от привычной! Влажность была маслянистой, без малейшего намёка на плесень и даже запаха затхлости. Воздух в помещении с момента его вскрытия был совершенно чистым.
После того, как склеп освободили от загнивших досок и других истлевших элементов перед глазами комиссии открылось "дивное чудо милости Божией". За те, почти 200 лет, что почивало тело святителя в гробу и со всеми перемещениями его в связи с перезахоронением, одежды в которых был святитель Иоанн должны были прийти в тоже состояние, что и всё наполнение склепа. Однако перед глазами моего предка и других участников комиссии открылась совершенно удивительная картина! Среди полного разрушения святитель Иоанн почивал в совершенно нетленных одеждах, облечённый в куколь (монашеский головной убор), мантию и покрытый пеленой. При этом лежал святитель прямо на сырой земле, так как от нижней доски гроба также не осталось и следа! Замечу, что облачение святителя было сильно, почти насквозь пропитано сыростью, но оставалось целым и даже крепким. Даже вышивка, цвет и рисунок материи не подверглись разрушению временем. В отличии от всего остального, что окружало тело святителя. В виду того, что состояние склепа было, мягко говоря, плачевным, было решено, не раскрывая одежд, переложить останки митрополита Иоанна в новый "приличный" гроб, который смастерил один из участников комиссии, уже известный нам Алексей Хвастунов. Из-за ограниченного пространства в склепе для перемещения святителя комиссией было предложено следующее решение - осторожно подложить под останки митрополита картон, под ним протянуть полотно и на нём поднять Иоанна из склепа. Епископ Варнава лично, при содействии архимандрита Августина подложил под одежды святителя два листа картона, под них продёрнул полотно и под пение "Святый Боже", на руках владыки и присутствующего духовенства, святитель Иоанн без какого-либо нарушения его останков был поднят из склепа и положен в новый гроб на неношеную архиерейскую мантию предоставленную владыкой Варнавой.
Ещё одно чудо произошло именно в тот момент, когда останки святителя были подняты с земли. По всей церкви в этот момент распространилось благоухание, которое ясно ощутили все 11 членов комиссии. При этом они отмечали, что запах распространялся ни от одежд святителя или других вещей, а наполнял храм "неведомо откуда". Поразившись этим чудесным явлением все присутствующие приклонили колено и приложились к одеждам святителя. После, гроб с останками Иоанна был внесён в алтарь придельного храма и по окончанию панихиды о упокоении души святителя был закрыт крышкой и перевязан крепким шнуром концы которого запечатали кафедральной печатью.