Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Истории одной

Я купила платье на свидание. А в итоге шла на похороны

Я всегда считала, что жизнь - это как кино. Только без дублей. И если тебе кажется, что всё идёт к счастливому финалу, скорее всего, сценарист просто затеял поворот. Когда я покупала то платье, я улыбалась в зеркало так, как не улыбалась уже давно. Тёмно-зелёное, струящееся, подчёркивающее талию - оно будто само шептало: «Сегодня твой день». Я крутилась перед продавщицей, и та кивала с видом человека, который видел много разбитых сердец, но всё ещё верил в чудеса. Свидание должно было стать особенным. Мы с Никитой переписывались два месяца. Познакомились в комментариях под постом о фильмах - он пошутил, я ответила, и как-то закрутилось. Он был не из тех, кто шлёт банальные «привет, как дела». Он писал о смысле жизни, присылал музыку, рассказывал про любимое кафе, где «вкуснейший штрудель в городе». Мы долго не встречались, потому что он постоянно ездил в командировки. Но в тот день он сам предложил: «Давай, наконец, увидимся. Сегодня, в семь. Возьми что-нибудь красивое». Я чуть не подп

Я всегда считала, что жизнь - это как кино. Только без дублей. И если тебе кажется, что всё идёт к счастливому финалу, скорее всего, сценарист просто затеял поворот.

Когда я покупала то платье, я улыбалась в зеркало так, как не улыбалась уже давно. Тёмно-зелёное, струящееся, подчёркивающее талию - оно будто само шептало: «Сегодня твой день». Я крутилась перед продавщицей, и та кивала с видом человека, который видел много разбитых сердец, но всё ещё верил в чудеса.

Свидание должно было стать особенным. Мы с Никитой переписывались два месяца. Познакомились в комментариях под постом о фильмах - он пошутил, я ответила, и как-то закрутилось. Он был не из тех, кто шлёт банальные «привет, как дела». Он писал о смысле жизни, присылал музыку, рассказывал про любимое кафе, где «вкуснейший штрудель в городе».

Мы долго не встречались, потому что он постоянно ездил в командировки. Но в тот день он сам предложил: «Давай, наконец, увидимся. Сегодня, в семь. Возьми что-нибудь красивое».

Я чуть не подпрыгнула от счастья. Полдня выбирала платье, полвечера делала макияж. Даже надела духи, которые берегла «для особого случая».

Я приехала в кафе чуть раньше. Села у окна, заказала чай, ждала. Минут десять, двадцать, сорок. Телефон молчал. Я писала: «Ты где?» - в ответ тишина.

Через час я уже чувствовала себя идиоткой. Потом разозлилась. А потом просто стало грустно. Я оплатила счёт и пошла домой, думая, что опять поверила не тому.

Дома ждала новость, от которой застыло всё внутри.

Мне написала незнакомая женщина. Короткое сообщение: «Вы знакомы с Никитой С.? Он сегодня погиб. Авария».

Я перечитала три раза, не веря глазам. Мне показалось, что это какой-то розыгрыш. Я даже набрала его номер - гудки, и снова тишина. Только потом эта женщина объяснила: она сестра Никиты, нашла мой контакт в его телефоне.

Я сидела на полу, в том самом зелёном платье, и не могла выдавить ни звука. Мы ведь даже не успели встретиться.

Через два дня я пошла на похороны. Не знала, зачем. Может, хотела убедиться, что это правда. Может, просто попрощаться. Никто меня там не знал, но я стояла в стороне, слушала, как о нём говорят, и чувствовала странную смесь боли и нежности.

Он был живым даже в словах других. Смелый, добрый, с безумным чувством юмора. Тот самый человек из переписок, которого я уже почти любила.

Когда гроб опускали в землю, я стояла в зелёном платье и думала, как нелепо всё вышло. Я купила его для свидания, чтобы понравиться. А теперь оно стало платьем прощания.

После похорон я долго не могла выбросить платье. Оно висело в шкафу, напоминая, что счастье иногда поднимается на порог, но не успевает постучать.

Прошло несколько месяцев. Я стала реже думать о Никите, но иногда, когда слышу песню, которую он мне присылал, ловлю себя на улыбке. Не грусти - просто благодарность. За то, что хоть немного, но было.

Жизнь продолжилась. Я снова хожу в кино, встречаюсь с людьми, смеюсь. Но то платье я всё-таки оставила. Иногда достаю, глажу ткань и думаю:

может, однажды я всё-таки надену его на свидание.