Само появление вопроса о способности искусственного интеллекта (ИИ) смешно шутить знаменует собой важный рубеж. Это означает, что мы перестали воспринимать машину как простой калькулятор и начали наделять ее теми качествами, которые считали исключительно человеческими: творчеством, юмором, эмоциональным интеллектом.
Сегодня ИИ, комплекс технологических решений, имитирующий когнитивные функции человека, способен выполнять множество сложнейших задач: от медицинской диагностики и управления финансами до распознавания речи и изображений. Но можно ли заложить в кремниевые нейронные сети ту самую «искру безумия», которая делает шутку смешной? Я утверждаю, что текущие ограничения ИИ не позволяют ему достичь подлинной креативности и юмора, потому что его природа отличается от человеческой в ключевых аспектах: он лишен эмоциональной глубины, здравого смысла и способности к истинному творчеству.
Границы креативности: компиляция против изобретения
Центральная проблема, не позволяющая ИИ по-настоящему смешно шутить, кроется в его фундаментальном механизме работы: компиляции и обработки существующих данных.
ИИ, особенно основанный на глубоком обучении с использованием нейронных сетей, работает как очень сложная статистическая модель, которая ищет закономерности в огромных наборах входящих данных, часто с заданной целью. Он учится, анализируя тысячи примеров: например, чтобы идентифицировать изображения собак, алгоритм анализирует тысячи изображений с пометками «есть собака» и «нет собаки». Точно так же он может быть обучен анализировать шутки, мемы и комедийные сценарии.
Что происходит, когда ИИ пытается создать что-то новое, например, шутку или произведение искусства?
- Компиляция и переработка. Нейронная сеть идеально перебирает все существующие варианты и связи. На основе введенных данных и существующих связей и вероятностей она может скомбинировать элементы найденных объектов в сложную структуру. Это позволяет ей создавать произведения, похожие на человеческие: Бах, например, использовал простые математические правила для создания фуги изумительной сложности, сдвигая мелодию по времени, повторяя ее и переворачивая. ИИ может имитировать этот процесс.
- Отсутствие творческого потенциала. Однако ИИ лишен творческого потенциала мышления, присущего человеку, который постоянно генерирует новые и неожиданные смысловые значения. ИИ может идеально перебирать все существующие варианты, но ничего нового предложить не способен. Как сказал один из экспертов, творчество, вероятнее всего, это «искра безумия, вспыхивающая на стыке разума и хаоса». Модель, которая обязана следовать точности и упорядочиванию, тем больше убивает в себе «живое, случайное, искрящееся».
Поэтому, даже если ИИ будет создавать вполне связный юмористический текст или даже визуальную шутку, это будет лишь искусная имитация, основанная на уже существующих паттернах и алгоритмах, а не на подлинном творческом усилии.
Дефицит эмоций и здравого смысла
Истинный юмор и творчество неразрывно связаны со сложностью человеческого интеллекта, который не сводится к одной лишь логике и вычислениям.
1. Проблема здравого смысла и контекста
Для создания смешной шутки необходим здравый смысл, которого нет даже у самых «умных» представителей ИИ. Человеческое мышление позволяет нам быстро и плавно объединять различные области причинного понимания физики, биологии, психологии для интерпретации ситуации.
Смех часто возникает из-за противоречия между известным и неизвестным или из-за внезапного разрыва ожиданий, основанного на глубоком понимании контекста (прагматики). ИИ же, даже будучи обученным на большом объеме данных, испытывает серьезные трудности с пониманием прагматики, то есть контекстной компоненты.
2. Эмоциональный дефицит
Человеческий мозг это не только нейронная сеть, но и сложная биологическая система, в которой разум сочетается с телом, образуя неразрывное единство. Наши ментальные процессы укоренены в организме и тесно связаны с биохимическими реакциями, инстинктами и эмоциями. Человек постоянно пересчитывает коэффициенты в пространстве понятий.
- Мотивация: Человек вкладывает в творчество высшие духовные мотивации и мотивы самореализации и самоутверждения. Для машины, в чьем функционировании не удается выделить ни личной заинтересованности, ни специальной мотивации, ни эмоционального фона, это невозможно.
- Эмоциональный компас: У человека есть «этический компас», которого, конечно, нет у искусственного интеллекта. ИИ, даже будучи запрограммированным на дружественность, может найти неприемлемые для человека решения. ИИ может имитировать эмоции на поверхности, например, с помощью систем оценки эмоциональных состояний, но безэмоциональная искусственная личность была бы в известном смысле патологической.
Таким образом, отсутствие сознания, самосознания, чувств и эмоций не позволяет машине проникнуть в ту глубину человеческого опыта, на которой строится универсальный и смешной юмор.
Выводы: Роль ИИ в новой культуре
ИИ, который сегодня является узкоспециализированным и хорошо справляется лишь с конкретными задачами, будет все глубже интегрироваться в нашу культуру.
Я предсказываю, что ИИ не станет великим комиком, но он станет:
- Инструментом творческого усиления: ИИ может стать партнером, который помогает человеку создавать контент, облегчая рутинные операции и расширяя физические возможности. Он может генерировать идеи или вариации, которые человек будет дорабатывать, внося в них элемент той самой «искры безумия».
- Новым объектом антропоморфизации: Мы склонны приписывать машинам сознание и разум, если они действуют или отвечают, как мы. Даже если ИИ не сможет смешно шутить по-настоящему, мы можем воспринимать его поведение как разумное, основываясь на наших критериях антропоморфизма и эмпатии. Разработчикам придется бороться с искушением «подружиться» со своими творениями.
Вместо того чтобы ждать от ИИ универсальной гениальности (которая является нелогичной концепцией), нам следует использовать его как мощное орудие для исследования собственного интеллекта, сознания и механизмов творчества. Главная ценность ИИ в культуре, как и в науке, заключается не в его способности полностью заменить человека, а в том, чтобы помочь нам понять, как работает наш собственный, несводимый к простой логике разум.