"…Ещё с третьего класса маленький Давид обратил внимание на достаток усеченной семьи. Папа вроде бы был и, как бы, его не было, но деньги дома водились всегда…
(часть 1 - https://dzen.ru/a/aOtBEXp2GSQhhjB9)
Мальчика особо не баловали, но школьник Иванов ходил во всем новеньком в отличие от многих одноклассников, а мама никогда не возмущалась по поводу различных денежных сборов.
Да и в секции бокса мальчик впервые появился с новой фирменной сумкой, в которой лежали боксёрки, перчатки и скакалка…
Мама с бабушкой работали в разных музеях города: Зоя Петровна трудилась старшим научным сотрудником в Эрмитаже, а её дочь занимала должность технического директора в Русском музее, хотя в своё время закончила Ленинградский Инженерно-Строительный институт (ЛИСИ).
Внук и сын только в пятом классе узнал примерную зарплату родных и понял, что семью содержит в основном папа, который иногда пропадал очень надолго. Восьмого мая 2008 года Давиду стукнуло шестнадцать лет, и это событие решили отметить в День Победы.
И стоило появившемуся в этот знаменательный день отцу намекнуть о возмужании и самостоятельном заработке; как сын, несмотря на протест мамы (мальчику надо отдохнуть от школы!) и молчаливое согласие бабушки, устроился с первого июня временным рабочим по благоустройству и озеленению садово-паркового хозяйства Центрального района города.
В парках и газонах района парень отработал три месяца. Днём – работа, а по вечерам – тренировки. Лопата, грабли и тачка добавили здоровья городскому юноше, а солнечные лучи жаркого лета ещё больше подчеркнули мышечный рельеф спортсмена.
За лето Давид научился разбираться в почве, цветах и клумбах, заработал около шестидесяти тысяч рублей и очень гордился собой. Курс доллара в августе 2008 года составил двадцать четыре полновесных российских рубля…
Следующей весной отец посоветовал отдать все силы на сдачу ЕГЭ и поступление в ВУЗ. Состоялся очередной мужской разговор на той же скамейке в Овсянниковском саду. Лев Абрамович не вмешивался в выбор сыном дальнейшего жизненного пути, и сейчас ему было любопытно, куда же решил поступать новоиспеченный абитуриент.
Мужчина в тёплом коричневом пиджаке в клетку и голубой рубашке отключил крутейший телефон Nokia N96 (Нокиа была еще сильна...), убрал в карман и задал прямой вопрос:
– По какой стезе решили пойти, молодой человек? И куда думаем поступать?
Давид ответил сразу и с юношеской беспечностью:
– Подам документы на юридический факультет университета вместе с Сашкой.
– Достойный выбор. – Отец задумчиво покачал головой и добавил: – Вот только тебе не поступить на бюджет. Это точно! Но на платное отделение ты точно попадешь. Сам-то представляешь стоимость учёбы?
Сын, заработавший прошлым летом круглую сумму, понял, что разговор идёт на равных, и просто пожал плечами. Не интересовался…
– Примерно девяносто тысяч рублей за первый семестр. Точно не могу сказать, там оплату принимают в у.е., – сообщил Лев Абрамович и откинулся на скамейке, разглядывая парк.
Хороший день сегодня, солнечный…
Потенциальный студент СПбГУ в новом тёмно-синем джинсовом костюме фирмы «Levi Strauss & Co.» (подарок папы на семнадцатилетие…) широко расставил ноги, поник головой и уставился вниз, вдыхая запах мягкой весенней земли.
Давид уже знал цену заработанным деньгам, не хотел висеть на шее отца и принялся размышлять о вечернем или заочном обучении в университете. И тогда днём можно будет поработать в садово-парковом хозяйстве.
Парню очень хотелось постоянно находиться рядом с подругой и закончить тот же факультет, в котором когда-то учился премьер-министр и преподавал президент этой же страны. Это было бы круто!
Но тогда через год на горизонте обязательно замаячит служба в армии… Так сказать, священный долг перед Родиной. Молодой человек не мог принять несуществующий с самого его рождения долг (почему мужчина должен Родине, а женщина ничего не должна?) и служить не хотел.
Тяжелые мысли отразились на лице сына, и отец, повернув голову, сообщил:
– На Ваське (питерский сленг, обозначающий Василеостровский район города…), недалеко от 23-линии, где будет учиться твоя Александра, находится юридический факультет Академии госслужбы при нашем Президенте. Дом №16 на 7-линии. Те же преподаватели, те же профессора и доценты, но стоимость учёбы в два раза меньше.
Давид поднял голову и посмотрел на отца. Интересное предложение, да и Сашка будет рядом. Вот только почему госслужба, да ещё при президенте Российской Федерации? В армию не заберут с первого же курса? Не хотелось бы целый год терять…
А с другой стороны – ну, круто же звучит? Академия, госслужба, президент…
Папа подлил масла в пламя бушующих мыслей в голове сынишки:
– Я оплачу первый семестр, а дальше сам.
Давид откинулся на спинку скамейки и ответил:
– Отец, я согласен! Но у меня условие.
– Слушаю, – Лев Абрамович, которого впервые назвали отцом (а то всё папа да папа…), повернулся к сыну.
– После первого курса я буду жить отдельно от мамы с бабушкой. Сниму комнату в центре.
– Где бы хотел остановиться?
Молодой человек думал не долго.
– На Гороховой!
– Понял. Зов детства! – Родитель печально улыбнулся и предложил: – Тогда заканчивай первый курс академии на одни пятёрки, и будет у тебя небольшая квартирка на улице Гороховой. Оформим на маму.
– Отец, ты серьёзно? – от возбуждения и переизбытка энергии Давид вскочил и встал перед родителем.
– А когда я шутил? – Лев Абрамович поднял голову. – Сядь, не мельтеши и не закрывай мне солнце. У нас ещё один разговор предвидится. И не самый весёлый…
Парень догадался, что сейчас начнётся воспитательная беседа о драке у стен «Ленты», вздохнул и вернулся на место. Взрослый мужчина спросил у парня:
– Сам расскажешь или мне надо уточнить предмет обсуждения?
Молодой человек согласно кивнул, но ответил вопросом на вопрос:
– Мама стуканула?
– Давид, запомни раз и навсегда – твоя мать никогда не стучит и никого не закладывает. Никогда! Она всегда беспокоится о тебе, обо мне и бабушке. А теперь я тебя слушаю внимательно.
Боксёр устремил взгляд в противоположный конец парка, за которым возвышался супермаркет, и коротко рассказал неспортивную историю схватки с охранниками магазина.
Лев Абрамович дослушал до конца, с минуту поразмышлял и подытожил услышанные слова:
– Вам обоим повезло, над боковыми выходами с «Ленты» нет видеокамер. Я прогулялся перед встречей и проверил. Если служба безопасности знает данные твоего друга, то тебя легко могут вычислить через спортзал. Поговорят с тренером, построят всех в ряд и проведут опознание. И я не думаю, что потерпевшие подали заявление в милицию. Самим же будет стыдно. – Мужчина усмехнулся и устремил взгляд на здание магазина. – Скорее всего, вас ищут негласно, через своих ментов и за отдельное вознаграждение. Возможно, в розыске участвуют опера с нашего отдела на Мытнинской. Пока в зал не ходи, тем более у тебя скоро экзамены. И на улицах особо не светись. А друзей надо беречь, ты всё сделал правильно…
Сын подготовился к другим словам, с интересом посмотрел на отца и повернул голову в сторону стоящего невдалеке здания УВД (Управление внутренних вел).
– Юрик уже давно не ходит в зал, бросил ещё год назад.
– Это хорошо. И тебе, сынок, тоже пора завязывать с боксом.
– Почему?
– По кочану! В прямом смысле. Тебя тоже бьют и бьют по голове, какой бы ты не был крутой спортсмен. Пока молодой, переносится легче. С каждым годом будет сложней. Слышал про болезнь Паркинсона? Надеюсь, не вздумал уйти в профессиональный бокс?
– Тренер намекал пару раз.
– Не советую.
– Там большие деньги.
– Здоровье дороже. А о больших деньгах мы с тобой обязательно поговорим лет так к твоим двадцати. – Отец взглянул сыну в глаза. – Ты мне вот что скажи, у твоего Юры Гагарина есть старший брат?
Давид не особо удивился вопросу. Про брата Космонавта знали многие в округе, да и не только в Центральном районе.
– Есть. Старше Юры на восемь лет, зовут Андреем.
– И на районе он более известен, как Гагара.
– Да. Вчера с ним встречались, за брата поблагодарил. Обменялись телефонами. Он назвал меня Нокаут.
– Братья про меня знают?
– Да они сами выросли без отца, – усмехнулся сын и, взглянув на приходящего папу, добавил: – И с чего бы это им про тебя знать?
– Это тоже хорошо! Запомни, чем меньше людей знают про меня, тем лучше для тебя…
Мимо собеседников прошла группа малышей во главе с воспитателем из ближайшего детского сада, отец и сын замолчали и одинаково улыбнулись ребятишкам. Давид первый нарушил паузу:
– Отец, раз у нас такой разговор пошёл, скажи мне, а где ты был три года, начиная с 2001 года?
– Почему раньше не спрашивал?
– Мама попросила. Сказала, что твое отсутствие – это государственная тайна. Мне тогда только девять лет исполнилось, и я поверил.
– А сейчас не веришь?
– Нет.
Лев Абрамович развернулся всем корпусом к сыну и сказал:
– Ну, тогда слушай правду и только правду – я отбывал наказание в исправительной колонии строго режима в республике Карелия, и откуда весной 2004 года вышел на УДО.
– За что сидел?
– За контрабанду, статья 226.1 УК РФ.
– Ну, ты, даёшь! – Давид так сильно удивился признанию отца, что даже не мог понять, восхищаться им или презирать.
– А до этого меня привлекали за спекуляцию и за незаконные валютные операции. Это было ещё по старому Уголовному Кодексу РСФСР.
– Тогда почему я узнаю об этом только сейчас?
– Значит, сынок, подошло время…, – ответил с печальной улыбкой отец, посмотрел на часы и, вставая с места, добавил: – А сейчас мне пора ехать. Скажешь маме, что мы поговорили серьёзно, и ты решил уйти из бокса. Вообще, мама пять лет назад хотела отдать тебя в фигурное катание, но я настоял на своём.
– Отец, я ещё с год потренируюсь, выполню Мастера спорта и уйду из секции. Даю слово.
– Договорились.
Отец и сын выдвинулись к выходу из парка.
– Постой, чуть не забыл. Держи! – Лев Абрамович аккуратно достал из внутреннего кармана пиджака небольшой белый конверт и протянул сыну. – Монгольские!
– Ого! Марки. – Давид открыл незапечатанный конверт и вынул прозрачный пластик с почтовыми марками внутри.
С первого класса папа приучил сынишку к коллекционированию почтовых марок. Для пополнения совместной коллекции мужчины выбрали спортивную тему, но оба оказались не самыми заядлыми филателистами, и альбом пополнялся от случая к случаю.
Особым шиком считалось добыть марку выпуска 1964 года (год рождения отца) или выпуска 1992 года (год рождения сына).
Лев Абрамович пополнял коллекцию через своих друзей, а Давид старался приобретать марки в поездках по различным городам и весям, где проводились боксёрские поединки. Спортсмен успел побывать на соревнованиях в Белоруссии и на Украине, дальше пока не боксировал…
Мужчины дошли до припаркованного на 4-Советской улице тёмно-синего джипа марки Range Rover и попрощались, пожав друг другу руки. Сын проводил взглядом удаляющийся автомобиль и пошёл домой, размышляя над странной судьбой родного отца: две семьи, два сына и три судимости…
Чего ещё он не знает о Льве Абрамовиче Левине? И почему в его свидетельстве о рождении, в графе «отец» стоит прочерк?
Но, всё же, стоило прислушаться к словам отца, тем более он сам предложил квартиру на Гороховой. Опять невидимый барьер с дорогущим призом через год?
Давиду очень захотелось жить отдельно от мамы с бабушкой, и не то, чтобы он их не любил… Просто повзрослевшему сыну и внуку сильно загорелось жить с любимой подругой. Такова мужская природа. Инстинкт размножения рода человеческого…
И для этого оставалось только одно – учиться, учиться и учиться! Как завещал нам великий Ленин!
Роман Тагиров (продолжение - https://dzen.ru/a/aO9Kfq_kanCdmbpt)
