Исследователи до сих пор спорят: стоит ли считать роман Льва Толстого русским ответом Гюставу Флоберу. И склоняются к тому, что у этих двух историй адюльтера и самоубийства замужних женщин немало общего.
НАТАЛЬЯ КОЧЕТКОВА
Скандал с «Бовари»
«Мадам Бовари» Флобера вышла в Париже 1856-м и тут же вызвала скандал. Уже в начале следующего года за роман о набожной девочке, которая становится скучающей женой, пытающейся вернуть охладевшего любовника, а в финале убивает себя, автор был отдан под суд. Книгу назвали аморальной. А спустя месяц триумфально… оправдали.
Лев Толстой приехал в Париж спустя две недели после окончания судебного процесса. В Париже Толстой проводил время с Иваном Тургеневым. Франкофил Тургенев, разумеется, уже прочел «Мадам Бовари» и был в полном восторге — назвал книгу лучшим произведением «во всем литературном мире». Трудно представить, что Тургенев не посвятил товарища во все детали литературной сенсации. И даже если Толстой не прочел тогда роман Флобера, с высокой вероятностью он знал о его сюжете. Однако упорно скрывал этот факт — в этом сходятся в своих трудах и профессор русской литературы Андрей Зорин, и толстовед Павел Басинский.
Прототип Анны и работа над романом
Исследователи обратили внимание, что первые черновики «Анны Карениной», в отличие от, например, черновиков «Войны и мира», говорят о том, что Толстой сразу представлял логику сюжета и знал, к чему он хочет привести персонажей.
В начале 1872 года он даже специально отправился смотреть обезображенное тело некой Анны Пироговой, экономки и оставленной любовницы помещика, бросившейся под поезд после разрыва. Такой способ самоубийства тогда был довольно редким, а Толстому нужны были достоверные детали.
Толстой хотел придать истории Анны флер античной трагедии. Поэтому в промежутке между работой над «Войной и миром» и «Анной Карениной» он изучил древнегреческий язык, чтобы читать классиков в оригинале. Произведения Софокла и Еврипида должны были помочь ему в поиске нужной интонации. Однако в финальном тексте автор отказался от идеи оправдания своей героини злым роком.
Разводы и адюльтер в русском свете
В русском высшем обществе случаи открытого адюльтера и гражданские браки отнюдь не являлись редкостью.
Так, в придворных кругах было известно, что император Александра II живет с княжной Екатериной Долгоруковой и у них есть совместные дети. А сестра Толстого Мария Николаевна рассталась с мужем и родила ребенка в гражданском браке со шведским виконтом Гектором де Клееном. Позднее она покаялась и в конце жизни ушла в монастырь, но в любом случае никогда не воспринималась как пария.
Кроме того, старшая сестра жены Толстого Софьи Андреевны Елизавета развелась с мужем и вышла замуж за своего кузена, с которым некоторое время до развода состояла в открытой связи. Ее общественный статус при этом особенно не пострадал.
То есть в жизни такие сюжеты встречались часто и не сильно порицались. Но Толстой придерживался своей известной позиции — однозначного осуждения. И в своем романе намеренно сгустил краски: общество не приемлет внебрачную связь Анны.
Поэт Николай Некрасов, известный своими любовными похождениями, даже высмеял эту позицию Толстого в эпиграмме: “Толстой, ты доказал с терпеньем и талантом, что женщине не следует «гулять» ни с камер-юнкером, ни с флигель-адъютантом, когда она жена и мать“.
Так читал ли Толстой «Мадам Бовари»?
Да, читал. Но вот когда именно? Похоже, фигуры умолчания здесь красноречивее фактов. В 1892 году, то есть через 36 лет после публикации «Мадам Бовари» и через 15 лет после выхода «Анны Карениной», Толстой сухо написал жене, что читает «Flaubert M-me Bovary [которая] имеет большие достоинства и не даром славится у французов».
Однако даже если мэтр лукавит, и его «Анна Каренина» написана по следам прочитанной ранее «Мадам Бовари», это нисколько не умаляет достоинств русского романа. Напротив: живой литературный процесс строится на диалоге, споре, взаимном цитировании, перекрестных ссылках и интерпретациях. Это работает не только применительно к литературам прошлого (когда постмодернисты переписывают античные сюжеты, например), но и к взаимодействию современников. Ведь как считают литературоведы, соприкосновение разных литературных точек зрения создает среду для развития большой литературы.