В память о тебе, родная. Помним
1
Что такое 12 ноября? Для кого-то рядовой день, но только не для меня…
Обычно все праздники заканчивались у нас в конце весны. Начиналась огородная пора: ягоды, веники, прополка и полив и многое другое – от зари до зари. И вот, к августу, когда вечера становились прохладными, почти весь урожай был убран, начинались приготовления к школе. В кухне все было пропитано запахом уксуса, чеснока, хрена. Время заготовок на зиму. К 1 сентября мама пекла торт, делали небольшое чаепитие. Так, не особо радостно, обычно. И дальше шли школьные будни, дожди, переходящие в снег.
2
Снег уже плотно лег, окутал все вокруг, установился холод. И вдруг начиналась приятная суета: скоро 12 ноября!
На столе у мамы лежал список имен, некоторые обведены фигурной скобкой. Носились по магазинам, обсуждали меню, папа проверял полированный раздвижной стол. Начинали все прибирать, советоваться, что надеть.
После долгих трудов полгода - 12 ноября – отсчетная точка начинающихся праздников. Это день рождения моей бабушки. Так у нас заведено. День, когда мы снова все увидимся: Вальки, Таньки, Ирки, Генки, Наташки.
3
Утро начиналось рано: мама, наверное, вообще не ложилась. Отец, то и дело, что-нибудь заносил, то выносил. Нас с сестрой отправляли стелить скатерть, протирать сухим полотенцем бокалы и тарелки, сворачивать в стаканчики бумажные салфетки. Мы с удовольствием справлялись, иногда бросая эти занятия и прыгая на диване.
Бабушка волновалась. Внимательно посматривала там, сям, все ли сделано, все ли в порядке. Подправляла недавно сделанную ей прическу – химическую завивку.
- Пойдем-ка со мной, - тихонько звала она к себе в комнату.
Открывала свой шифоньер, в котором всегда царил идеальный порядок и начинала по очереди демонстрировать свои наряды, прикладывая к себе.
- Может, в этом? Или в этом? А бусы надеть? Какие лучше?
Они у нее лежали в белой коробочке изнутри двери шкафа. Наконец, наряд выбран, бабушка соглашалась, успокаивалась.
Время прихода гостей все приближалось, обычно звали к часу-двум дня. Мы тоже подобающе одеты и заплетены, папу мама накануне подстригла и подготовила ему рубаху и брюки.
Салаты, закуски, фрукты, хлеб, компоты, нарезка – все мы расставили на столе, двигая то туда, то сюда, ища место, куда воткнуть крохотную чашечку с лимоном. Места не было. Мама проверяла, все ли так, указывала, что одинаковые блюда надо ставить в разные концы стола. Приносила бутылки для взрослых, обтирала и притискивала их к вазе с цветами в центре.
4
Прозвенел звонок. Все замерли на миг и пошли встречать. Мама, бросив фартук на табуретку, побежала переодеваться.
Послышались громкие шаги по крыльцу, голоса, открылась дверь и вошли первые гости. В дом ворвался мороз, пробежав по ногам. Перемешал запахи угощений, духов, одеколонов, запахи шуб и.. больших, просто огромных шаров хризантем.
Мы приносили табуретку, чтобы гостям не наклоняться, снимая обувь, уносили шубы в спальню (мы потом на них прыгали, пока взрослые не видят), бежали за вазой. Все со всеми обнимались, целовались, оставляли следы помад на щеках. Следом шли и шли гости. Спрашивали, смеялись, сами говорили обо всем подряд. Дом гудел, как пчелиный улей.
Проходило минут сорок, а всё не садились- где Генка с Валькой. Подождем.
И вот, все в сборе, усаживаются. Каждый раз так выходило, что на одни и те же места. Только бабушка во главе стола возле окна, а мама напротив, ближе к двери. И мы неподалеку, потому что приходилось бегать то за компотом, то хлебом, то бутылками.
Первые полчаса почти не говорили – обедали, произносили тосты, дарили конверты. Когда начинали обсуждать рецепты, хвалить приготовленное, это был верный признак, что нам пора выходить.
К празднику у нас заготовлен сценарий. Стихи, песни, сценки в костюмах, все посвящено бабушке. Некоторые гости тоже выступали, переодетые в каких-нибудь смешных героев. Гости радостно смеялись, хлопали в ладоши, снова поднимали тосты. Дядя Гена вставал и серьезно сообщал:
- Сейчас я произнесу тост на английском.
Все утихали, он поднимал рюмку и говорил:
- Доуайте уыпьем!
И снова дружный хохот. Мама предлагала «протрястись». Включали музыку, женщины выходили в круг, все болтая между собой. Мужчины шли во двор курить.
Наплясавшись, раскрасневшись, сделав бабушке «каравай», где она все время не знала, кого выбрать, смеялась и говорила, что всех очень сильно любит, садились по местам.
5
Несли горячее, по дому разносился аромат запечённого мяса, сыра. «Под горячее надо выпить».
Мы похватали куски и побежали на улицу с детьми гостей. Уже стемнело. Вышла луна. Синий снег поблескивал. Мы брали санки и неслись кататься с горы по улице. Сейчас, проезжая по этой дороге, уже заасфальтированной, с большим движением машин, вспоминаю то время.
Румяные и готовые к торту, мы возвращались мокрые с головы до ног. Оказывается, кто-то из гостей уже откланялся. Стало заметно тише. На столе поубавилось посуды, мама и тетя убирали грязную посуду, ставили фарфоровые чашки и блюдца. Закипал чайник, торжественно вносили торт, украшенный узорами из крема и ягодами.
Можно было не наряжаться, быть в майке и колготках, есть без церемоний, как в обед.
К девяти вечера самые стойкие и разморенные гости покидали дом, приседая под тяжестью шуб на плечах, улыбаясь, обнимаясь, целуясь.
И мама, и бабушка, и мы с сестрой садились на диван выдохнуть перед тем, как убрать стол. Папа уходил спать. А мы доставали конверты… и обсуждали, кто сколько принес. Потом делали вывод, что все слава Богу, что всем всего хватило и даже осталось. Убирали пищу в холодильник, и все шли спать.
И это 12 ноября. День встреч, разговоров, смеха, вкусной еды, любви.
Я ждала этот день. Каждый год. И до сих пор до мелочи помню все-все, и запах духов Сигнатюр.
Бабушки давно нет, но день этот я жду и сегодня. Нет уже того торжества, но в доме в этот день пахнет пирогами, в вазе стоят хризантемы. Иногда бывают и гости. Сейчас 12 ноября в нашей семье – день памяти, светлой, доброй, дающей силы.